Точка отсчета
Шрифт:
... и завопила, почти начав пальбу по светящемуся, парящему монстру, внезапно представшему перед ней, и лишь секунду спустя поняла, что он мертв.
– Ребекка!
– Все хорошо!
– крикнула она в ответ Билли, глядя на странное существо.
– Просто неожиданность. Жди там.
Девушка подошла ближе к тубе для хранения образцов, размер которой с легкостью позволял разместить в ней взрослого человека, и увидела, что та была заполнена чистой жидкостью, подсвеченной изнутри. Таких туб было четыре - они стояли в ряд, и в каждой последующей содержалось нечто более ужасное, чем в предыдущей. Чудища, хранящиеся внутри туб, когда-то являлись
За рядом гуманоидных монстров стоял стеклянный контейнер, заполненный тубами меньших размеров. Ребекка склонилась над ними и увидела, что в каждой тубе находилась мертвая пиявка. Девушка передернулась и уже собралась отойти от контейнера, когда поняла, что пиявка в одной из пробирок отличалась от остальных. Эта пиявка... была не пиявкой вовсе.
Она отодвинула запылившуюся стеклянную дверцу в сторону и вытащила отличающуюся тубу, рассматривая ее на слабом свету. Крышку тубы приклеили или припаяли, так что открыть ее не получалось, а штука внутри своими очертаниями очень походила на пиявку, но была вылеплена или вырезана из какого-то материала цвета глубокой кобальтовой сини.
”Зачем кому-то создавать искусственную пиявку и класть ее...”
Она моргнула, вспоминая обрывок бумажки, которую читал Билли: если хочешь спрятать лист, прячь его в лесу. Если хочешь спрятать ключ...
Ребекка вернулась к отверстию и протянула тубу по направлению к Билли.
– Думаю, я нашла загадочный ключ-лист, - сказал она, и бросила его вниз.
– Хотя, думаю, его стоило бы назвать ключ-пиявка.
Билли осторожно поймал его и начал рассматривать.
– Я почти уверен, что он подойдет к одной из тех дверей, - согласился он.
– Спускайся, сходим проверим.
– Крышку не снять...
– начала было она, прервавшись на полуслове. Ее напарник шарахнул тубу об пол рядом со столом. Усмехнулся, глядя на нее, спрыгнул со стола и каблуком ботинка потоптался по тубе. Стекло, захрустев, треснуло, и минутой позже он уже вынимал пиявку из осколков.
– Вообще не проблема, - заявил он.
– Идем.
Ребекка кусала губы, оглядывая лабораторию. Тут были шкафы с папками, и куча бумаг...
– Ты иди, проверь. А я пока поищу здесь другую карту.
Билли нахмурился:
– Уверена?
– Что такое? Неужто боишься идти один?
– отозвалась она, слегка улыбнувшись.
– Честно говоря, да, - сказал ее напарник, но улыбнулся в ответ.
– Ладно. Вернусь через минуту. Далеко не забредай, хорошо? Если что-нибудь понадобиться, тут же зови.
Ребекка постучала по рации:
– Без проблем.
Юноша, не отрываясь, смотрел на нее еще несколько секунд, а затем повернулся и пошел к выходу. Ребекка же оглядела лабораторию еще раз, сфокусировавшись на двух больших столах.
– Ладненько, Маркус, посмотрим, оставил ли ты что-нибудь полезное, - сказала она и пошла к столам, даже не подозревая о том, что в это самое время за ней очень, очень пристально наблюдают и смотрят, как она взяла пачку листов и начала читать.
”Так не пойдет ”.
Он сжал кулаки, сгорая от ярости. Дети пытались успокоить его, утешающе ползая по плечам, но он откинул их прочь, не желая принимать их сочувствие.
Ребекка, читающая личные записи доктора Маркуса. Это она нашла амулет, ведущий к святая святых доктора Маркуса, и отдала его Билли. Все, что им требовалось сделать — это сесть в вагон фуникулера, в крайнем случае — использовать пару-другую отмычек, и они бы уже оказались на пути к свободе... Но им, вероятно, так сильно не хотелось оставлять в покое память о докторе Маркусе, что они были готовы вот-вот нарушить те немногие границы частной жизни, что он оставил позади.
– Не нарушат, если мы их остановим, - сказал он своим детям, глядя на то, как Билли использует маленькое чучело, открывая дверь, ведущую в покои Маркуса, а Ребекка небрежно роется в его личных бумагах. Миру придется узнать правду об "Амбрелле" без их участия.
Настало время ввести в игру своих детей.
Глава 11
Как он и подозревал, тупик, похожий на вход в усыпальницу, оказался дверью, а крохотная статуэтка пиявки, которую нашла Ребекка, идеально подошла на роль ключа в "замке". Когда он вставил ее в отверстие, раздался мягкий, приглушенный клик, и дверь открылась.
Прежде чем войти внутрь, Билли постоял, внимательно рассматривая дверь, и решил, что профиль, изображенный на ней, действительно принадлежит доктору Джеймсу Маркусу. Он задавался вопросом, почему словно сотканный из пиявок человек, которого они встретили в поезде, выглядел как Маркус; и этих пиявок, совершенно очевидно, контролировал молодой мужчина, певший снаружи. Был ли жив настоящий Маркус? Вряд ли. Судя по дневнику, который нашла Ребекка, Маркус бредил, был одержим параноидальной идеей о том, что на него охотится Спенсер, что он придет за его трудами, а это было написано десять лет назад. Такие чокнутые обычно не в состоянии справиться с ежедневной рутиной.
Его ждет Ребекка. Билли отвлекся от незначительных на данный момент тайн и шагнул внутрь, проходя через экстравагантную дверь с дробовиком наперевес. Быстро оглядел помещение на предмет движения — чисто — и опустил оружие, ступая дальше.
– Ух ты, - сказал он приглушенно, оглядывая комнату. Она представляла собой большой кабинет, с одной стороны обставленный дорогими встроенными стеллажами и шкафами, сделанными из темного, полированного дерева, украшенными фацетированным стеклом, с противоположной стороны располагался камин. Античная деревянная мебель — низкий стол, стулья, большой рабочий стол — были прекрасны, на полу лежал плюшевый ковер, скрадывающий звук шагов. В дальнем конце комнаты, за рабочим столом, Билли заприметил дверь и в уме перекрестил пальцы, молясь, чтобы она привела их к выходу отсюда.
Большая часть комнаты освещалась благодаря огромному аквариуму, занимавшему северовосточный угол, этот мягкий свет окрашивал все нежным голубым цветом, сам же аквариум пустовал...
– Билли моргнул, подходя к нему ближе. Нет, он не был пуст. Рыб внутри не было, и камней с водорослями тоже, но на поверхности плавало нечто — отвратительные штуки, которые он не смог опознать, что не делало их менее уродливыми. Они походили на куски человеческой плоти, но бесформенные, лишенные костей, будто деформированные, ампутированные части тела. Билли тотчас отошел от аквариума, чувствуя отвращение, вызванное бледными, колышущимися штуками.