Трогай меня
Шрифт:
– Что это еще, черт возьми, значит? – опешил мистер Коллинз, – Хочешь сказать, ты подписала его, не читая? Рехнулась? – продолжил он еще более агрессивно.
– Я просто хочу глубже ознакомиться с деталями, – робко ответила я.
– Ты начинаешь меня разочаровывать. Возвращайся в свою комнату, кто-нибудь из слуг принесет тебе копию, – произнес он, и я поняла, что лучше уносить ноги.
Через некоторое время пришла Аманда и вручила мне копию контракта. Как предусмотрительно со стороны мистера Коллинза не давать оригинал, вдруг я его уничтожу.
Я устроилась на кресле и крутила контракт
Глубоко вздохнув, я перевернула первую страницу контракта. В условиях сразу же говорилось, что мистер Коллинз имеет полный доступ к моему телу и вправе делать с ним, что перечислено далее, когда захочет и где захочет. Мое желание не учитывалось. Прочитав перечень позволительных действий, я бросила документ на пол и вскочила с кресла. Сердце забилось чаще, уши заложило. Кажется, у меня началась паническая атака. Я металась по комнате, а в голове всплывали напечатанные жирным шрифтом слова: связывание, порка кнутом, использование фалллоимитаторов, электродов. Текст был больше похож на судебное дело маньяка, безжалостно мучавшего своих жертв.
Пугающие мысли наворачивали круги в моей голове, пронзая разум. Я села на пол, приложила пальцы к вискам и закрыла глаза. Нужно глубоко дышать и вести подсчет, тогда паника прекратится.
Приступ постепенно ослабевал, хоть навязчивые мысли и продолжали атаковать. Сознание не прояснилось, но пришло четкое решение – надо бежать. Лучше всего сделать это ночью, но я не могла находиться здесь больше не секунды. Для собственной же безопасности. Может, мистеру Коллинзу захочется поиздеваться надо мной прямо сейчас, и он прикует меня цепями и начнет удовлетворять свои извращенские заскоки. Как вообще я могла подумать, что он нормальный человек? С самого начала было понятно, что он психопат. А психопаты, как известны, умеют отлично притворяться очаровательными джентльменами.
Бежать нужно прямо сейчас! Никаких ценных вещей я с собой не привезла, поэтому собирать сумки нет необходимости. Есть только одна загвоздка: всю мою одежду выбросили. Придется бежать в халате и балетках. Надеюсь, увидев меня в таком виде на улице, никто не вызовет санитаров психбольницы.
Уже в который раз я кралась, как настоящая шпионка. В конце коридора выглянула в окно, кажется, придется бежать по лесу. Куда он приведет, неизвестно, но отсюда я точно должна выбраться.
Спустившись по лестнице, я притаилась, анализируя обстановку. С кухни доносились приглушенные голоса. Пусть к выходу был открыт. Я подбежала к двери и осторожно ее толкнула, она сразу же поддалась. И, правда, зачем закрывать замок, если заложницы здесь находятся по собственному желанию и не планируют убегать? В отличие от меня.
Оказавшись на улице, я сразу же побежала на заднюю часть участка. Уверена, там должны быть запасные ворота, ведущие в лес. Бежать по открытой местности слишком заметно.
Моя догадка подтвердилась. Позади особняка я увидела высокие кованные ворота. Больше всего было жаль, что у меня нет времени полюбоваться красивым зданием, в котором проходило мое короткое заточение. Около ворот стояли какие-то коробки. Видимо, недавно сюда приезжала машина с грузом, поэтому вход открыт.
– Эй, ты куда?! – услышала я крик, уже проходя через ворота.
Что ей мочи я побежала вперед. Халат распахнулся, и тело пронзало осенним холодом. Позади слышала крик, значит, за мной гонятся. Я неслась, как от преследования опасного зверя, запинаясь и падая на землю. Затем вскакивала и мчалась дальше. Не знаю, сколько я бежала, но вдруг почувствовала, как меня схватили за плечо. Я начала брыкаться, тогда меня сжали еще сильнее.
– Пожалуйста, отпустите меня! Я не хочу возвращаться! – кричала я.
– Не положено, – последовал спокойный ответ. Скорее всего, меня поймал один из охранников.
– Прошу вас, – я заглянула в карие глаза молодого человека, умоляя дать мне бежать.
– Не могу, мисс. Я всего лишь выполняю приказ.
Охранник сжал мои плечи и повел обратно к особняку. В этот момент я ненавидела его больше всех на свете.
Я взглянула на фасад дома, он был выполнен, в скандинавском стиле: белые стены, в контраст им темная древесина, которой обито все здание, и, конечно, панорамные окна, перед которыми так и хочется бесконечно растворяться, мечтая. Я разглядела и мой балкончик, из которого, по всей видимости, и надо было прыгать на простынях, как это делают в фильмах.
Меня привели прямиком в ванную. Видимо, не хотели, чтобы я запачкала ту прекрасную комнату, в которую меня заселили. Только там я чувствовала себя защищенно, а оказавшись здесь, не знала, чего ждать.
– Мисс, наденьте повязку, – вежливо попросил кареглазый предатель, протягивая мне вещь, от которой, я думала, уже избавилась.
Я подчинилась в страхе разгневать здесь всех, включая слуг. Охранник ушел, и я осталась одна, понимая, что сейчас ко мне присоединится мой тиран.
Не успела об этом подумать, как предсказание исполнилось, и в помещение кто-то зашел. Он молча прошел мимо меня, и я услышала, как включился кран с водой.
– Придется подобрать тебе новый халат, – попытался пошутить мистер Коллинз, снимая с меня грязную вещь.
– Простите, – лишь вымолвила я, боясь разрыдаться прямо при нем. Господин ничего не ответил. Он взял меня за руку и потянул туда, откуда шумела вода.
– Залезай в ванну, – приказал он.
Я послушно перекинула ногу в воздухе и почувствовала теплоту разливающийся жидкости.
– Теперь вторую, – командовал мужчина, словно собирался купать ребенка.
Я позволила себе сесть без разрешения, даже не подумав, просто мне хотелось быстрее скрыть свою наготу, пусть и под прозрачной водой.
Мистер Коллинз же проводил какие-то манипуляции около меня, но я не понимала, что он хочет сделать. По всей видимости, он сел на колени возле ванны.
Через минуту моя кожа ощутила нежное прикосновение намыленной губки. Мужчина начал со спины и заботливо водил по каждому позвонку плюшевым орудием.
– Ты вновь удивила меня Доминика, – послышался спокойный голос господина. Он не был зол или напряжен, скорее, опечален случившимся.
– Я обидел тебя? Или сделал что-то непозволительное? – спросил он вновь.