Турнир для бракованной драконицы
![](https://style.bubooker.vip/templ/izobr/18_pl.png)
Шрифт:
Пролог
«Невозможно! – это была первая мысль драгонеры Лорелин де Санталон-Миардор, когда на её запястье расцвёл родовой герб императорской семьи. Золотые линии охваченной пламенем короны переливались, казалось, что рисунок двигался, что корона действительно горела. – Этого просто не может быть!» Однако как девушка ни тёрла чужую метку, и с мылом, и без него, и с применением дорогущего зелья, удаляющего с кожи даже шрамы от отравленных когтей, а проклятый узор никуда не испарился. Герб словно насмехался над своей бракованной новой обладательницей. Впрочем, поначалу Лорелин, или ласковее – Линни, вообще не поняла, что происходит.
В Высокогорье Лорелин де Санталон-Миардор поступила отнюдь не ради того, чтобы выскочить замуж за наследного принца Зотера, как половина девиц в этом году. Нет, она, как и все они, намеревалась участвовать в уже тысячном по счёту Турнире Звёзд, проводимом раз в двадцать пять лет, чтобы стать Жрицей Хаоса. Просто так совпало, что победительница тысячного магического турнира, величайшего для драконов, на сей раз должна была получить не только лучший пост в империи, который только может занять женщина, но и руку и сердце наследника престола. И, конечно же, многие желали стать и Жрицей Хаоса, и императрицей Страны-Под-Горой. Тем более что в последние годы Страна-Под-Горой окончательно закрепила свои позиции на континенте, разросшись и подавив многих соседей, Лорелин это не понаслышке знала.
Лорелин смотрела на своих однокурсниц и старшекурсниц с немалой долей презрения, правда мысленно, внешне это прикрывая: ей довелось познакомиться с принцем Зотером в юности, в те времена, когда она ещё не была столь холодной к любви. Линни не считала, что его рука стоит борьбы за неё, когда должность Жрицы Хаоса предполагает куда больше свобод. Вот если бы в супруги предлагался Калиан де Реньерас, его младший брат, то… нет, даже тогда Лорелин бы не сочла эту идею действующего императора хоть сколько-нибудь адекватной!
Девушка намеревалась отказаться от сомнительной, с её точки зрения, награды, забрав лишь то, о чём мечтала с детства. К счастью, власть победительнице даруется самим Богом Драконов, а не драконьим императором. И воля Жрицы Хаоса важнее правительской в одном, ключевом для всех драконов вопросе, – в чарах. Ни одну прошлую Жрицу не принуждали к свадьбе. Потому если кто-то был намерен выиграть и стать императрицей, Лорелин намеревалась выиграть право на свою свободу. В том числе от императорской семьи и прошлого, с ней связанного.
Так что девушка расписалась напротив своего имени, подтверждая участие в Турнире Звёзд и чувствуя, как чешется предплечье, пока она выводит свою аккуратную витиеватую подпись. Распорядители Турнира, сидевшие за длинным столом, напротив которого выстроилась очередь из будущих соперниц, смотрели на неё странно – её рука дрожала. Она улыбнулась им, вежливо и прохладно, и, закончив, поспешила отойти от других девушек и скрыться с внутреннего двора, даже зимой тёплого как летом, чтобы взглянуть, что с её рукой не так. Неужели сегодня кто-то подсыпал ей что-то в еду, увидев конкурентку из-за её оценок? Она бы даже посмеялась, будь это так! Но всё оказалось куда хуже.
– Тролльи рога! – выругалась девушка.
Закатала рукав она благоразумно только в своей комнате в общежитии. Сверканье чуть ниже локтя ей совсем не понравилось.
Наличие проклятой метки истинности меняло для неё просто всё! Потому что истинность – это изъявление Бога Драконов, и его волю она, как его Жрица, не сможет оспорить! Никак! Ей придётся подчиниться, выйти замуж, как полагается… Или отказаться от участия в Турнире Звёзд, чтобы этого никогда не случилось. Или… попытаться скрыть наличие метки всеми возможными способами?
– Что ж, Калиан. Ты снова заставляешь меня творить невозможное, – пробормотала девушка в пустоту.
Глава 1. Змея в кармане
Проснувшись на следующий день после проявления метки истинности, Лорелин привычно направилась в личную ванную комнату, поплескала в лицо холодной водой и обработала его кремом от любых неприятных высыпаний. Он пах свежей драконьей травой арноэ, и в отрочестве приходящие в дом генерала Миардора подростки часто издевались над девочкой, говоря, что оттого, что она возюкается в арноэ, более привлекательной для драконов она не станет. Девчонка без запаха, хуже самой жалкой человечки, у которой запах есть. То, что её покойная мать была человечкой, популярности ей тоже не прибавляло. И лишь один мальчишка всегда находил то, что она пахнет арноэ, привлекательным.
Если несколько лет назад насмешки сверстников Лорелин задевали, то сейчас она уже чётко понимала, что они ничего не стоят, пока она имеет свою фамилию и положение. А у травы арноэ, помимо её чудодейственного воздействия на гладкость кожи, был ещё один занимательный эффект: она усиливала драконью магию тем больше, чем чаще наносилась. Это позволяло Лорелин, полукровке, практически сравниваться в бою с чистокровным драконами. Правда, не с теми, кто императорских кровей и не с высшими аристократами…
Закончив водные процедуры, Лорелин натянула рубашку и, для надёжности, чтобы рукава не задрались неудачно в самый неподходящий момент, закрепила портупею на рукаве прямо поверх метки истинности. Даже если кто-то подрежет ей одежду, что в магических сражениях случалось намеренно и без, ремень всё скроет – портупея гораздо, гораздо крепче форменной одежды. И, благо, наличие поверх одежды креплений для оружия никогда не вызывало в Высокогорье вопросов – здесь учились представители знати, сюда не каждый дракон-то мог поступить, что говорить о полукровках или людских магах, жаждущих постичь здешние секреты волшебства и драконьего волшебного боя. Опасностей в общении знати хватало, да и не стоило забывать о том факте, что обучались здесь и дети драконов, получивших признание за завоевания. А Лорелин де Санталон-Миардор была генеральской дочкой.
Девушка нацепила поверх брюк гартеры, закрепив в них отцовский кинжал и, на всякий случай, кристалл мгновенной трансформации. Она старалась дышать глубоко, спокойно, но беспокойство разрасталось. Истории о метках истинности, которые способны были становиться больше, пока не покроют всё тело, не прибавляли ей уверенности в том, что всё будет хорошо.
Из комнаты в жилом крыле Лорелин вышла с ледяной высокомерной усмешкой – и мало кому удавалось её стереть. Завтракали в Высокогорье прежде, чем начинались занятия, потому все свежие новости девушка намеревалась собрать за завтраком. Но везение не было тем, чем обладала бракованная драконица.