Венецианские страсти
Шрифт:
Дама забрала маску черепа, спрятала у себя под плащом и прильнула к своему спутнику в объятия. Она что-то прошептала ему, и оба наконец-то оглянулись так, что Пётр увидел их новые маски... Тоже белые, но и эти выглядели иначе, чем те, которые данные люди носили до сих пор...
– Это маска Баутта, - сказал вставший рядом с ним Тико.
– В полиции сказали, что в день убийства Линдберга у него за пазухой нашли такую. Я её видел... Высшая аристократия предпочитает именно эти маски.
– В них какой-то намёк?
– вопросил
– Я видел её на некоторых людях.
– Не знаю пока, но маска Баутта — маска смерти, без пола и возраста. Костюмы с этой маской тоже именно такие — чёрный плащ и треуголка, - добавил Тико.
– Ясно, чтоб отказаться от себя, сбить с толку, - кивнул с пониманием Пётр...
Эта маска, действительно, подходила каждому: скрыть пол, возраст, веру — всё. Эта маска прикрывала всё лицо. Верхняя губа маски была оттопырена. Подбородок оставался открытым и ясно было, что при ношении подобной маски можно было спокойно пить и есть, не обнажая лица.
– Такую маску носили люди, которые напали на моих новых друзей, - молвил Алекс на французском своей спутнице, когда сменил маску на ту, что она предложила.
– Странно, что Вы, таинственная незнакомка, пытаетесь как-то что-то изменить. Кто Вы и что знаете?
– Это маска смерти, укрытия,... тишины, - шептала страстно она, прижавшись в его объятия.
– Мне удобнее было и под маской Вольта, обычной белой, и под черепом, - игриво ответил Алекс.
– Если хочешь быть неузнаваемым, лучше носить разные маски, - хотела увести его куда-то с собой его собеседница, но Алекс с подозрением прищурился:
– Если не хочешь неприятностей, лучше больше ко мне не подходи, милая... Я понимаю, ты постоянно преследуешь меня.
От этих слов она отступила, и он направил свой шаг за двумя офицерами. Те только что о чём-то весело поговорили с Филиппом и его друзьями, и поспешили отправиться дальше по улице...
– Проследи за соседкой, - попросил Пётр Тико и направился следить за Алексом...
Глава 14
Церковь «Il Redentore» (Искупитель)... Гравированное на меди здание, где чувствуется жизнь древних, их вера во всё священное и сила той великой любви, которая помогает сотворить подобные строения... Над входом на самой середине возвышается статуя Христа Спасителя, словно охраняет всю Венецию от любой напасти.
Шагнув внутрь этой церкви следом за теми, кого преследовал, Алекс остановился в стороне у пары молившихся. Словно и он пришёл помолиться. Пётр так же прошёл в церковь. Взгляд быстро окинул всё вокруг и остановился на тех, за кем следил его подозреваемый — Алекс.
Офицеры не долго побродили по церкви, разглядывая ручную роспись алтаря, и скоро вышли на улицу, продолжая прогулочным шагом изучать Венецию. Когда хотели сесть в гондолу, оба оглянулись на прошедшую толпу людей, которые пели и танцевали столь шумно, столь будто ко времени, что застывший за углом церкви Алекс достал висевший на ремне под плащом
Он был готов наконец-то расправиться с очередными врагами. Всё шло, как хотел... Снова раздался выстрел, а за ним и второй... Дёрнувшийся было следом за исчезнувшим за углом церкви Алексом Пётр резко остановился, заметив, как из-за другого угла той же самой церкви к убитым подбежал господин в маске черепа. Он то ли ощупал их, чтобы увериться, живы ли; то ли оставил у них что, после чего убежал обратно.
Насторожившись, будто растерялся, Пётр на мгновение задумался. Только терять время не хотел больше. Оба офицера, которые подвергались всё время слежке, лежали мёртвые на тротуаре, а тот, кто стрелял, скрывался дальше. Скорее подбежав к убитым, Пётр заметил в их руках вложенные записки. Взглянув на знакомый рисунок, он положил записки в карман и бросился за господином в маске черепа следом. Пётр чувствовал, будто следил всё время не за тем человеком, что этот, за кем сейчас бежит, который пытается уйти, зная о погони, и есть нужная персона. Почему-то именно человек в маске черепа теперь вселял веру в то, что он и есть убийца, которого Пётр хочет выследить и разоблачить.
Выбежав на улицу, куда завернул преступник, Пётр остановился. Царила тишина. Редко доносилось откуда-то издалека пение или смех веселившихся людей. Прислушавшись и медленно пройдя немного дальше, Пётр понял, что вновь вышел к своей гостинице. Там же увидел и направившегося навстречу Тико.
– Ты ещё здесь?
– вздохнул Пётр, но глазами искал нужного человека.
– Следил за соседкой нашей, - встал рядом друг и указал взглядом на гостиницу.
– Она в панике скрылась у себя в комнате и заперлась. Я не успел догнать, а дверь она не открыла. Пока следил здесь, к ней подбежал некий парень в маске кота и скорее выхватил как раз ту маску черепа, которую она отняла у нашего подозреваемого.
– Что?!
– поразился Пётр, уставившись в ответ с широко раскрытыми глазами.
– Что за кошки-мышки?!
– И я так подумал, - кивнул друг.
– Может не один убийца-то.
– Да уж ясно, что не один, - понимал и Пётр.
Он оглядел проходящих мимо людей, которые были то в масках, то нет, то отправлялись по каналам в гондолах, то весело убегали, словно спешили на очередной праздник.
– Стоит посетить наших гвардейцев, - сказал после затянувшейся паузы Тико.
– Узнать, как обстоят дела с охраной шведских подданных.
– Ты прав, - задумчиво молвил Пётр.
– Они может и знают что больше о Линдберге. Потом я бы хотел поговорить с начальником местной полиции. Но сначала, ты уж извини, проверю соседку.
Пётр решительно направил шаг в гостиницу. Он остановился лишь у двери той дамы, за которой в последние дни следит. Терпение всё уже узнать, снять все маски подошло к концу, но... дверь в комнату оказалась открытой, а в самой комнате — никого..
Тико встал рядом, глубоко вздохнув с сожалением, и Пётр оглянулся: