Войти в роль
Шрифт:
— Дэниел, — прошептала она и потрясла головой, словно прогоняя ненужное прочь, — не забывай, в какие передряги я иногда попадаю…
— Я хочу всегда и во всем защищать тебя, Эйрин. Я хочу иметь от тебя детей, смеяться и радоваться жизни вместе с тобой.
Она облизнула пересохшие губы.
— А как же завод по производству самолетов?
— Я пошлю его к черту! То была всего лишь отговорка.
— Ты хочешь сказать, что придумал его?
— Нет, конечно. Это моя старая мечта. Но мечта-в бизнесе, а ты — моя жизнь, моя радость.
— И ты не будешь на меня сердиться
Дэниел улыбнулся ей с такой нежностью, что она почувствовала себя счастливой. Он протянул к ней руку, и Эйрин безмолвно устремилась в его объятия, словно возвращаясь к себе домой.
— Все хорошо, все хорошо, — бормотал он, целуя ее волосы и крепко прижимая к себе, — доверься мне и ничего не бойся.
Таких чувств Эйрин не доводилось испытывать еще никогда. Дэниел Паркер любит ее — целиком, со всеми достоинствами и недостатками. Она чувствовала себя так, будто оказалась в надежной безопасной пристани.
— Страшно сказать, — она подняла к нему сияющее лицо, — но временами я не доверяла вообще никому.
— А я понятия не имел, кого ищу. Пока ты босиком не вошла в мой кабинет. Не могу выразить словами то, что чувствую, но я мог бы показать тебе это, — тихо сказал он, и она ощутила, как теплая волна передалась ей, когда он сомкнул руки вокруг нее.
— А я могу показать тебе, как чувствую я, — откликнулась она.
— Ты никогда не говорил мне, — сонно пробормотала Эйрин и остановилась…
— О чем я не говорил тебе, любимая?
Дэниел высвободил руку из-под ее обнаженного тела. Они лежали в постели утомленные, но бесконечно счастливые. Она оперлась на локоть и шаловливо улыбнулась, глядя на него сверху вниз.
— Не говорил, что это может быть столь прекрасно — чувствовать себя как выжатый персик…
— Я рад, — прервал он и одним легким движением снова оказался над нею, слегка придавив тяжестью своего могучего тела.
— Дэниел, — строго произнесла она, но в ее глазах прыгали веселые чертики.
— Продолжай, Эйрин. — Он принялся прокладывать дорожку из легких поцелуев от ее шеи к ложбинке между холмиками грудей. — Продолжай, ты хорошо говоришь и мне совсем не мешаешь.
— Д-да, так вот… — с усилием выговорила она. — Ты не уточнил, какой смысл вкладываешь в эти слова о девушках, персиках и деревьях.
— Никакого. — Он приподнял голову, и в его глазах заплясал дьявольский огонек. — Так случилось, что на тот день в моем ежедневнике значилось множество скучнейших дел. Вот я решил поразвлечься и подразнить тебя.
— Дэниел Паркер! — гневно выдохнула она. — Это просто!..
— Как бы ты меня не отругала, я с тобой заранее согласен, — покорно ответил он. — Я сатрап, угнетатель и половой шовинист. Скажу тебе только одно, Эйрин: я согласился тогда признать Рейчел Теннеси великолепной моделью, но она ведь не достойна даже держать светильник у твоей постели.
Эйрин закрыла лицо руками.
— Я люблю тебя, Дэниел.
— Я люблю тебя, Эйрин.
И они скова соединились в любовном порыве, превратившись в единое целое, которое кик- то и ничто не в силах разлучить.
— Ты уже думала о свадьбе? Как ты себе ее представляешь?
Они
— Ох, Дэниел! — воскликнула Эйрин. — Я забыла спросить тебя, как все прошло у Лилиан!
— Просто прекрасно. Лили и Тэд были действительно счастливы и полны веры в еще большее счастье после бракосочетания.
— Как хорошо! — Эйрин вздохнула. — А то я так переживала, что доставила им неприятности. — Он накрутил на палец влажную после душа прядь ее волос и поцеловал этот душистый завиток. Она нежно прикоснулась пальцем к его губам. — Как тебе идея насчет необитаемого острова, Дэниел? — Ее глаза оставались серьезными, но в уголках губ мелькала улыбка. — Вряд ли я смогу перенести еще одну свадьбу в Уайт-Роке!
Дэниел расхохотался.
— Прекрасно! А что, если мы выберем компромисс — простая церемония с ужином в Сан- Бич в узком кругу семьи, а потом — на необитаемый остров.
— Замечательно. И когда, как ты думаешь?
— Чем раньше, тем лучше. Сразу, как только я успею дать нужные распоряжения. Нам надо позаботиться о кольцах и… — Эйрин резко приподнялась.
— Дорогая, на этот раз мы вместе выберем то, что ты захочешь. Никаких напоминаний о девушке, нанятой на работу.
— Может быть, ты сможешь продать то кольцо, — предложила она. — Ты говорил, что его всегда легко будет продать.
— Да, говорил. Но, боюсь, теперь это невозможно.
— Что ты имеешь в виду? — Она нахмурилась, явственно вспомнив колечко с розовым бриллиантом.
— Оно покоится на дне реки.
— Дэниел, — прошептала она, — как ты мог?
— Я бросил его в реку с причала.
— Но почему?
— Потому, что оно символизировало собой все ошибки, которые я совершил по отношению к тебе, Эйрин. И напоминало мне о том, что я потерял тебя, — мрачно добавил он и вздохнул, откинув голову на спинку дивана. — Однажды я достал его из сейфа, действительно намереваясь продать. Потом, сам не знаю как, оказался у причала и вспомнил: здесь она упала в воду. Мне показалось, что это я сам сейчас тону. — Она погладила его по щеке. — Все, что мы делали, говорили друг другу, как мы любили друг друга той ночью — все это пронеслось перед моими глазами, — продолжил он, — и я почувствовал, что ненавижу это кольцо. И швырнул его в реку. Но тут же понял, что кольцо совершенно ни при чем и что я ненавижу себя. Потом я, конечно, пожалел, что выбросил столько денег на ветер. На следующее утро я сделал благотворительный взнос, равный его стоимости.
— Для меня существует только одно ценное кольцо — обычное обручальное, — мягко сказала Эйрин. — Вот и все. Не могу передать, как я буду гордиться им.
— Родная…
— Я никогда не любила драгоценностей, Дэниел. И вряд ли мои склонности изменятся, когда…
— Когда из Эйрин Клиффорд ты превратишься в Эйрин Паркер? — закончил он за нее.
— Надеюсь, ты против этого не возражаешь? — спросила она.
— Буду весьма польщен.
Через две недели они поженились. Кроме членов семьи Паркер на свадебном вечере присутствовали Питер Коффман с женой и леди Трэвис.