Все запущено у Путина
Шрифт:
Без особых сложностей я миновал охрану и попал на пустынную треугольную Сенатскую Площадь и по ступенькам поднялся в Сенатский же Дворец. Именно там находится офис свергнутого только что самодержца.
– Виталий Иванович, приветствую Вас, прозвучало из глубины тускло освещенного холла.
Я начал всматриваться и вздрогнул: передо мной стоял Путин.
– Здравствуйте, Владимир Владимирович, - проблеял от неожиданности я, не веря собственным глазам, - вас же только что порвали на части и скормили собакам.
– Меня?
– удивленно спросил он, - тебе просто показалось. Так будет, если я упущу власть и покину Кремль раньше срока. Все, кто
Мы стали подниматься по лестнице, на которой лежала красная ковровая дорожка. От ослепительной золотой роскоши уставали глаза, хотелось просто бежать из этого царства безвкусия. Проходя по безлюдному коридору, Путин произнес:
– Виталий, я очень рассчитываю на твою благородную помощь. Чувствую, что не дотяну я еще один срок: здоровье уже не то и прыть, когда за 70 лет, не очень. Жизнь коротка, поэтому хочется ее завершить не бесславно около мавзолея, а где-нибудь на Лазурном берегу, там, где Люда со своим молодым мужем, мои дочери, мой сын, а так же внуки.
– Вы ничего не рассказывали про сына, - вырвалось у меня.
– Да, Алина родила в 2009, Димкой назвали в честь клоуна этого с амбициями Наполеона, чтобы он особо не зарывался властью, а то опасные это игры. Виталий, - продолжал он, - я страшно устал, все мои старания сделать страну сильной и независимой, самобытной и особенной, разбились о нежелание совкового народа что-то менять в своей жизни. Россия анти-прогрессивна, любые инновации - это угроза в сознании населения, привыкшего ходить в туалет в дырку во дворе. Сколько не улучшай этому быдлу условия жизни - они их не воспримут и никогда не будут благодарны. В общем, ты человек молодой, современный, я бы хотел тебя объявить своим преемником и премьер-министром вместо Мишустина, а затем, когда ситуация накалится до предела, я досрочно уйду в отставку, ты станешь и.о., а через 3 месяца тебя выберут в Президенты. Это может произойти через месяц или через год: в общем, в любой момент. Это будет последняя передача кресла через рокировочки, которые, как показало время, абсолютно деструктивны в долгосрочной перспективе. Твоя задача - вернуть культуру преемственности власти, чтобы после тебя было все равно, кто станет Президентом страны, хоть Вася Пупкин, но слаженные механизмы и процедуры не дали бы ему разрушить страну. А это достигается наличием сильных государственных институтов и строгим разделением полномочий, и независимостью законодательной, судебной и исполнительной властей. Как ты это будешь решать, я не знаю, но мне этого сделать не удалось.
"Не верю своим ушам" - подумал я - "как же твои слова не согласуются с твоей же сущностью заскорузлого циничного гэбиста".
– Виталий, мне необходимо, чтобы ты подписал указ о предоставлении гарантий неприкосновенности для всей моей семьи - продолжал он, постепенно открывая свое настоящее лицо.
– Еще я бы хотел тебе передать список тех, к кому юридических претензий после моего ухода быть не должно.
– Кто такие?
– спросил я.
– Мои друзья из Питера, они же члены кооператива "Озеро" - ответил Путин.
– Без проблем - выпалил я на автомате.
А про себя подумал: "Если вас всех не будет на политическом горизонте, то это уже громадная победа и облегчение для страны, валите с миром, скоты".
Так незаметно мы оказались в Президентском кабинете.
– Присядь на мое кресло - попросил меня Путин.
Я присел и словно растворился, моя многострадальная геморройная задница никогда подобного блаженства не испытывала.
– Ну, как, нравится?
– спросил Президент.
– Не жмет!
– с иронией в голосе ответил я, повторив его же шутку, которую когда-то он воспроизвел сильно интересующемуся журналисту.
Чтобы не привыкать к хорошему, я встал и пересел на кресло около приставного столика, за которым он принимает своих ходоков. Путин расположился напротив меня.
– Тебе придется перекроить всю политическую карту, - продолжал он, - многие будут возражать, но я где смогу, я их нейтрализую. Гарантии им нужны, чтобы они не особо залупались и не сожрали тебя с потрохами. Я донесу до них простую мысль о том, что их время давно прошло, и сейчас удобный момент предоставить все рычаги молодому поколению, умному, современному, прагматичному, высокопрофессиональному, а главное, свободному.
Я тут же поспешил уточнить некоторые технические детали.
– А как мне быть с Вашими дружками, теми, что стали в одночасье долларовыми миллиардерами? Чтобы Сечина свалить у меня никаких мускулов не хватит! А с Кадыровым чего делать? У меня от одного его вида пукан рвется на части!
– Виталий, - прервал меня Путин, - я поэтому и пригласил тебя, чтобы ты весь этот неразрешимый бардак разрулил. Поступай как знаешь, а там будь что будет, тем более что хуже уже некуда. В тот системе, что я отстроил, вход-то рубль, а выход – жизнь. Ты просто должен изменить данное положение вещей.
Мы еще долго сидели и тупо молчали, гладя друг другу в глаза. Мне многие говорили до этой встречи, что взгляд президента обладает каким-то магическим действием, он очень умеет нравиться и в процессе беседы способен легко переманить абсолютно любого человека себе в единомышленники. Но мне в тот момент было его по-человечески жаль, я видел перед собой ничтожество, загнавшее себя в угол и не понимающее, как выбраться из собственной западни. Я мысленно согласился помочь этому давно смердящему политическому трупу, чисто из-за человеческих соображений. Тем более, что было совершенно ясно и мне, и ему, что самые верные соратники, которых он мандил своими волшебными глазами, готовы в любой момент засадить ему нож в спину.
– Ладно, я согласен, - сказал я, оборвав нашу затянувшуюся паузу, - но только при условии невмешательства в мои дела. Я намерен принимать решения на основе своих представлений о добре и зле, а если Вы в чем-то со мной будете не согласны, то засуньте свое несогласие куда подальше.
– По рукам?
– По рукам!
Рукопожатие Президента оказалось вяленьким, сухенькая ручонка когда-то всемогущего феодала не внушала никакой дальнейшей исходящей угрозы. Боюсь даже, что ни себе, ни Кабаевой эти гэбистские обшарпанные пальчики уже давно были не в состоянии доставить никакой писькиной радости.
Через мгновенье мы очутились в Доме Правительства, том самом, что в 1991 году физически уберегся от штурма по заказу ГКЧП, спасая Ельцина, а в 1993 году уже с огромным трудом, но все же устоял от расстрела, утроенного самим же Ельциным.
В общем, оказались мы на четвертом этаже в роскошном Президентском кабинете, где нам подобострастно уже наливал чаек и ставил бараночки на стол сам Мишустин. Мы расселись вокруг стола и Путин начал свою речь.
– Михаил Владимирович, я хотел бы представить Вашему вниманию Загорского Виталия Ивановича, который по моему мнению в момент нынешних исторических вызовов наиболее всего подходит на должность председателя правительства.