Я – телохранитель. Киллер к юбилею
Шрифт:
– Тетя Люда похудела, – вздохнула Аня.
– Да уж, здоровья у нее не прибавляется, – произнёс её родственник с неожиданной для Анатолия желчью в голосе.
Аня отчего-то смутилась, посмотрела на дорогу и сказала тихим голосом:
– На перекрестке – направо.
Некоторое время ехали молча.
– Кто еще будет? – спросил в полной тишине Анин родственник.
– Дядя Юра…
– Брат?
– Да. Потом еще Скворцова…
– Ну-ну, – сказал мужчина.
Очень неодобрительно, как показалось Китайгородцеву.
– С сыном? – помолчав,
– Вряд ли, – покачала головой Аня.
– Вот и я думаю, что вряд ли. Хорошо она твоего папку за жабры взяла…
Аня снова смутилась. Разговор был ей явно неприятен.
– Что тут у вас интересного можно посмотреть? – сжалился над ней родственник.
– Центр. Площадь. Потом еще – парк. Там ледяные фигуры. Можем в музей местный…
– Не нужен нам музей, – оборвал ее мужчина. – Там – пыльные чучела и по всем стенам лапти развешаны. Знаю я эти ваши музеи. Ни уму ни сердцу.
– И ещё Виталий Степанович приедет, – вдруг сказала Аня. – Из Москвы.
– Это какой Виталий Степанович?
– Врач, который Романа лечил.
– Романа-наркомана, – едва ли не песней пропел жестокосердечный Анин родственник.
И в следующую секунду их автомобиль с хрустом сминаемого бампера въехал в так не-кстати резко затормозивший прямо перед ними дряхлый «Москвич».
Телохранитель Китайгородцев:
««Москвич»… 2140… Номерной знак «Н 573 КР»… Цвет – бежевый… Заднее правое крыло – перекрашено… Четверо… Мужчины. По 22–25 лет… Стоп! Крыло – перекрашено?!! Подставили?! Бригадой работают? Вышли из машины все одновременно… В руках – ничего… А у нас – иногородние номера… Да, специально подставили свою рухлядь! Трое заходят со стороны водителя… Там будет прессинг… Один – здесь… Этот – для подстраховки… Ничего, нормально… Город маленький, люди бедные… Много не потребуют…»
– У вас есть деньги? – обратился Анатолий к водителю.
– Что?
– Да не волнуйтесь вы… Всё нормально. Деньги есть у вас? Дайте им сколько попросят, и пускай едут.
– Они же специально! Специально подставили машину! Вы разве не видите?! Ничего я им не дам! Это же рэкет! Да я на них милицию!..
«Так! Открыли дверцу со стороны водителя… Только с ним будут разбираться? Только с водителем… Надо отдать деньги… Закончить этот балаган и увозить Риту…»
– Ну, ты чё, мужик, какая милиция? Ты нам машину разбил! Посмотри, как задницу раскурочил! Ты чё, платить не хочешь?
– А это что за девки? Ванюха, гля, девки какие!
«Ага… Тянет ручку задней двери… Там – Рита… Пора… Предохранитель… Из кобуры… Дверцу – ногой…»
– Ложись! Поубиваю! – заорал Анатолий.
«Замешкались…
– Лежать! Не шевелиться! Стреляю без предупреждения! Ноги шире! Шире, я сказал! Руки – за голову!
«Дверца… Ох и рухлядь… Отвалится скоро… Ключ – в замке зажигания… Ключ – в бензобак… Бросить в бензобак… У «Москвича» горловина бака – за номерным знаком… Крышка горловины… Открыто… Ключ – в бензобак… Не скоро они теперь отсюда уедут… Если только провода напрямую… Но мы уже будем далеко…»
– Считать до ста, пацаны! Потом можно подняться!
«Так! В машину… Рита – бледна, но все нормально… Пистолет пока в руке… Предохранитель…»
– Поехали! И чем быстрее, тем лучше!
– Куда? – Водитель бледный.
– Домой! Теперь только домой!
Богданов пришел сразу, едва только прослышал о случившемся. Вошел в комнату к Китайгородцеву, сказал со смешком:
– Ну, рассказывай, как ты наших рэкетиров недоделанных уму-разуму учил.
– Шалят на дорогах, да?
– Шалят, – засмеялся Андрей Ильич. Словечко это ему явно понравилось.
Это у вас там, в Москве, мол, кровь настоящая и звериная жестокость, а у нас тут – так, шалости одни, все по-детски… Вот и рэкетиры у нас какие-то недоделанные…
– Дурью маются, понимаешь. Как увидят на дороге машину с чужими номерами, так тут же под неё свою подставляют, чтобы деньги на ремонт стребовать. Ремонтируют-то потом сами, а деньги пропивают. Такой вот нехитрый бизнес.
– Я там стрелял, – напомнил Анатолий. – Теперь мне положено об инциденте в органы сообщить.
– Я позвоню им, – махнул рукой Богданов. – Ты не волнуйся. И вообще не надо шума. Ну, было, ну, случилось. Пацаны те тихо будут сидеть. Так что можешь забыть про эту историю. Нам всё это ни к чему. У нас тут – тихо. У нас – без стрельбы.
– А я вот о чем спросить хотел, – вспомнилось кстати Китайгородцеву. – Что тут у вас за история была в прошлом году?
– Что у нас за история была в прошлом году? – переспросил Андрей Ильич, а у самого веселье стремительно таяло во взгляде.
– Охранник погиб.
– Когда?
– В прошлом году, – терпеливо напомнил Анатолий.
– Та-а-ак, – протянул Богданов. – И кто же это тебе рассказал?
– Ну, какая разница?
Андрей Ильич ответил ему красноречивым хмурым взглядом.
– Тебе-то это зачем? – спросил он после паузы.
– Интересно.
– Погиб – и погиб.
– Мне сказали, что здесь, на территории.
– На территории.
– При каких обстоятельствах?
– Ты что – следователь?
– При каких обстоятельствах? – повторил Анатолий.