Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка
Шрифт:
— Влиятельными и богатыми родственники будущей королевы должны быть лишь до определенной степени, — серьезно ответил Максвелл. — Иначе могут возникнуть некоторые… проблемы.
«Как он ненавязчиво завуалировал тему дворцовых переворотов», — заметил Саймон.
— Вижу, мои родственники не вызывают у вас опасений? — с иронией поинтересовалась я.
— Нет. Ваш отец равнодушен к политике, матушка увлеклась альфонсом, а тетушка и вовсе всю жизнь ходит бледной молью. Другие родные тоже безобидны.
Я
— Как приятно, что именно этим замечательным людям я обязана оказанной вами честью.
Максвелл снова усмехнулся — снисходительно и слегка свысока.
— Вообще-то, изначально я поставил на другую девушку. Но вы поразили меня умом, сообразительностью и какой-то особенной искренностью. Вы играете, как и другие, но делаете это по-своему честно.
— И вам это нравится? — догадалась я.
— Мне проще договориться с противником, сражающимся с открытым забралом. Предпочитаю видеть лицо человека, которого перетягиваю на свою сторону.
«Слушай, скажу крамольную мысль, — снова вклинился Саймон. — Может, пускай Николас сам выберет себе жену, а?»
Я по инерции решила озвучить его вопрос, но сбилась на полуслове.
— Вы не думаете, что Его Величество в состоянии сам…
Максвелл вскинул бровь и посмотрел на меня с любопытством.
— Да-да? — поощрительно проговорил он. — Вы собираетесь закончить фразу, леди Морган?
Перед моим внутренним взором предстало лицо Николаса, обрамленное томными кудрями, и я покачала головой.
— Да нет, — со вздохом согласилась я. — Глупость какая-то.
Определенно, Николас может и сам выбрать себе жену. Но лучше бы ему этого не делать. Все-таки от его решения зависит судьба королевства.
— Я рад, что к вам вернулось здравомыслие, — с легким кивком сказал он. — Мне нравится, что вы не поддаетесь эмоциям. И умеете видеть ситуацию в верном свете.
— Да мне просто цены нет! — огрызнулась я, раздраженная облизывающим спину жаром.
По-моему, на лбу уже скоро выступит испарина.
Максвелл пожал плечами.
— У всего есть цена, и у вас тоже. К счастью, мне по карману договориться с такой амбициозной женщиной, как вы.
Я снова насупилась.
— Надеюсь, это был комплимент?
— Как вам будет угодно, — вежливо откликнулся Максвелл и, словно подведя итог всего нашего разговора, обронил: — Жду вас сегодня вечером в моем кабинете. Обсудим все подальше от чужих глаз.
Прозвучало это так интимно, словно речь шла то ли свидании под покровом ночи, то ли о заговоре против короны.
Нет, возможно, еще с примерно таким же подтекстом зовут на прослушивание к какому-нибудь продюсеру перед заключением контракта.
— В кабинете? — с непониманием переспросила я. — Почему там?
Максвелл вскинул бровь:
— А вы предпочитаете обсуждать такие вещи на публике?
Он чуть приподнял подбородок, словно указывая мне на девушек, прогуливающихся на берегу озера. Со стороны казалось, что каждая из них занята своим делом, но взгляды, будто ножи, метаемые из-под полуопущенных ресниц, говорили о том, что мой маневр был замечен. Определенно, наш с Максвеллом разговор вызвал интерес у конкуренток.
— Пожалуй, вы правы, — медленно согласилась я. — Нам нужно более укромное место.
Саймон громко застонал, словно принимая свое полное поражение.
— Отлично, я рад, что мы с вами поняли друг друга. — Максвелл чуть сощурился и снова перевел взгляд куда-то за мое плечо. — К слову, во время прогулки с Николасом постарайтесь умерить ироничность и не демонстрировать ум.
Я едва не поперхнулась и посмотрела на своего собеседника с плохо скрываемым возмущением. Кончики пальцев потеплели, будто я сунула их под горячую воду.
«Ника, только не злись! Дыши!»
— Скажете, вам не нравится мое чувство юмора?
— О нет, я в восторге, — скучающим тоном заверил меня Максвелл. — Но вот мой кузен считает девушек веселыми в том случае, если они смеются над его шутками, а не шутят сами. Мысль ясна?
«Дыши-дыши! — засуетился Саймон. Гнев, злость и другие сильные эмоции провоцируют пробуждение дара!»
— Мне все понятно, — огрызнулась я то ли на фамильяра, то ли на Максвелла. — Постараюсь держать себя в узде.
— Берите пример с леди Дейврут, — посоветовал Максвелл, который, казалось, вовсе не заметил моего раздражения. — Она выбрала верную тактику.
Я припомнила милое, немного наивное лицо Розмари и едва слышно фыркнула. У меня с этим белокурым ангелом не было ничего общего.
Внезапный укол любопытства заставил разжать губы:
— В кандидатуре Розмари вас не устраивает не только ее происхождение, так ведь?
Честно говоря, не думала, что Максвелл мне ответит, но, к моему удивлению, он не проигнорировал вопрос.
— Верно. Опыт подсказывает, что в жизни не бывает таких трепетных барышень, какой пытается показать себя леди Дейврут. Меня бы восхитила та тщательность, с которой она рассчитала ходы этой партии, но, к сожалению, игра явно ведется с целями, противоречащими моим.
Я задумчиво склонила голову набок, рассматривая невозмутимого Максвелла.
— А вам лучше не переходить дорогу, — резюмировала я.
В его черных глазах вспыхнул огонек подозрения и тут же исчез.
— Даже не пытайтесь, — без угрозы, но с интонацией, от которой у меня пробежали по спине мурашки, предупредил он. — Поверьте, лучше нам с вами сражаться по одну сторону баррикад.