30 лет спустя
Шрифт:
— Так может, не стоит туда переселяться? — Забеспокоился я, — если там все так плохо.
— Там не все плохо. К тому же, цивилизация, владевшая тем миром до нас, сильно от нас отличалась. Не все ресурсы, которые для нас являются ценностью, точно такой же ценностью были и для них. Я, как маг земли, не очень искусен, но даже я смог заметить там признаки нефтяного месторождения. Да и в любом случае, целый мир сможет предоставить нам гораздо больше возможностей, чем одна наша засушливая равнина, которая, к тому же и принадлежит нам не полностью. Опять же, мы же туда не завтра будем переселяться, покумекаем
— Тогда магов земли тоже нужно туда отправлять: дома и дороги тоже лучше приготовить заранее, — поддакнул я, заражаясь от отца его грандиозной идеей. — А еще там нужны будут маги воды, чтобы поднимать водные жилы на поверхность, ритуалисты в помощь друидам, артефакторы и алхимики, без которых вообще все остальные смогут гораздо меньше, целители, маги воздуха, чтобы в дальние уголки могли быстро долететь и все разведать, и еще много кто, которых я просто навскидку припомнить не смог.
— Размахнулся ты, сынок, на первое время много народу туда просто не сможем отправить, мы ведь отсюда, вроде как, пока уходить тоже не собираемся, — попытался притормозить мой пыл родитель, но я уже раздухарился.
— Народ ведь туда можно отправлять не только тот, что уже живет на наших землях. Вот, в Узбекистане целая куча магов природы едва ли не друг у друга на головах ютится, можем подключить дедушку Юсуфа, наверняка у него там знакомые остались. А у тех знакомых и свои знакомые могут отыскаться. В Европе вообще нескончаемая война идет, а ведь там всяких специалистов много. Или вон, СССР взять, они же совершенно не ценят своих магов, загнали их в резервации, в Сибирь, по разным лагерям. — Мне припомнился тот мужик, которого мы вывезли на такси из-под развернувшейся на него облавы.
— М-да, СССР, конечно, — задумчиво повторил за мной отец, — вроде и Берию там в пятьдесят третьем расстреляли, а все равно, все его дела живут и процветают. Ладно, там я сам посмотрю, что можно будет сделать. — И я вдруг припомнил, что до самого своего исчезновения отец вел в Советском Союзе какие-то свои дела. А что ему, маг пространства, на другое полушарие планеты сходить — немногим сложнее, чем из комнаты в комнату перейти.
— А как же наши люди будут себе уровни поднимать, там же ни войн, ни демонов не будет? — Внезапно осознал я встающую перед нами проблему.
— Так кто будет нам мешать организовывать сафари на тех же дивов? Их, с их псевдотелами, нам надолго хватить должно. — Хмыкнул отец на эту надуманную мной проблему.
— Ты только это, — вдруг припомнил я свои приключения в Ленинграде, — борцов за счастье народное и всяких повстанцев, наподобие поляков, не бери, намаемся мы с ними.
— Да я и сам таких не особо хотел. — Отозвался родитель задумчиво.
Понятное дело, всех возможных проблем мы этой нашей беседой не охватили, но вчерновую план все же сверстали. Теперь его только нужно будет потихоньку в жизнь воплощать. Всего делов-то, начать и кончить.
Несколько дней с того разговора прошло. Я свозил Химари к своим дедушкам и бабушкам. Не подумайте, что сам такую инициативу проявил, бабушка Пелагея позвонила и почти в приказном порядке потребовала им мою подругу предоставить.
Зря Химари так сильно опасалась ехать к моим старшим родственникам, ее как родную там приняли, окружили заботой и вниманием. Этому даже нисколько не помешало наше признание о нечеловеческой природе моей близкой подруги.
— После Айгуль, нас уже таким не испугать, — объявила бабушка Зейнаб, очень тепло нам улыбаясь, — главное, чтобы человек был хороший.
Однако закормили бабушки бедную лисичку. Она, непривычная к такой обильной кормежке, все время, пока там гостила, еле-еле из-за стола поднималась. А еще деды напоили ее своими зельями. Выяснилось, что на кицунэ они действуют точно так же, как и на обычных людей. Даже порция «Зоркого глаза Алпамыша» для нее нашлась. А я сильно порадовался: думаю, такая дополнительная характеристика, как Внимательность, ей точно не повредит.
То, что Внимательность Химари не повредит всем нам, выяснилось уже на следующее утро после нашего приезда обратно в Жуковск.
— Артем, — сказала мне кицунэ, едва только мы с ней после сна открыли глаза, — у вас в охране вашей штаб-квартиры клана служит такой Олег Гаврилов….
— Ну, и что с ним? — Поинтересовался я, припомнив, что такой человек у нас в охране действительно имеется.
— Он собирается сегодня во время обеда подкинуть в комнату твоего отца амулет, служащий маяком для наведения портала очень сильного демона.
— А ты откуда об этом узнала? — Изумился я такой информации.
— Ну, видишь ли, — как-то сразу заюлила моя лисичка, — я могу проникать в сны других людей. Точнее, я и раньше могла проникать, но до того, как я выпила то зелье, приготовленное дедушкой Юсуфом, я там мало что понимала, а теперь я даже могу чужими снами чуть-чуть управлять и узнавать новое.
— Ты точно меня не обманываешь? — На всякий случай уточнил я. Ну, очень уж серьезное это было обвинение.
— Я что, дура, что ли? — Обиделась на меня Химари. — Между прочим, я вообще тебе об этой способности говорить не хотела, потому что я, таким образом, могу у других людей похищать для себя очки опыта, а ты этого можешь не одобрить!
— Ого! — Только и сказал я. А что, завидная способность. Но так-то да, это неправильно, очки опыта у дружески расположенных к тебе людей во сне похищать.
— Я не могу по-другому. Оно само у меня выходит… выходило. Теперь, если спящих людей рядом со мной несколько, я могу сама из их снов выбирать, в который из них я хочу внедриться.
О подсмотренном сне я отца известил безотлагательно, и все оставшееся до обеда время мы с ним были заняты изготовлением ловушки для этого демона. Ну, в мире вообще не очень много достаточно сильных существ, чтобы отец мог в сражениях с ними себе новые уровни добывать, а тут есть возможность этого самого демона употребить, что называется, тепленьким. Мы и печати, для того, чтобы поместить в них амулет призыва, очень сложные нарисовали, и артефакт откачки маны на центр этой печати навели, и просто всякие атакующие и защитные амулеты на себя надели по максимуму.