Боец с планеты Земля
Шрифт:
— Значит, так… эээ… как там тебя? Гусий Ус?.. Ну так вот, Гусий Ус, слушай теперь сюда и не говори потом, что не слышал. Никаких беглых рабов здесь нет, а есть только вольные граждане и мои слуги и подданные. Так что передай своим паханам, пусть валят отсюда подобру-поздорову и остальных забирают, иначе все здесь поляжете. Это говорю я, барон Румий, владелец здешних земель. А теперь убирайся назад или тебя нашпигуют стрелами. Это моё последнее слово.
Сказал и выстрелил из арбалета под ноги парламентёру.
Искушать судьбу старший стратиг не стал. Быстренько развернулся и скорым шагом заторопился в сторону лагеря. Со стен за ним
Вообще, в замке на время осады осталось всего девять человек. Кроме меня и Гаса на стенах дежурили Борсий и оба моих порученца Калер и Таг. Наотрез отказались покинуть поместье Паорэ и Нуна. Врачеватель Сапхат на предложение эвакуироваться вместе со слугами и подмастерьями ответил резонным: «Я нужен здесь, милорд». Приказывать ему я посчитал излишним: медицинская помощь нам могла и вправду понадобиться.
Последним оставшимся стал Нарруз. Ну, с ним и так всё понятно. Как он когда-то сам заявлял, его вообще не волнует, что происходит вокруг, кто победит и кто станет новым хозяином; его основная задача — сохранить знания. Позиция спорная, но понятная. Главное, чтобы под ногами не путался и под стрелы не подставлялся, а так — пусть себе сидит в своей келье и хранит в голове всякую репликаторную чепуху…
Предпринятый противником штурм совершенно не походил на виденные мной фильмы и книжные описания. Никакая толпа никуда не бежала, никто не палил из требушетов или баллист, никто не кричал «В атаку!» или «На стены!»
От лагеря в сторону ворот ползли три «черепахи» — отряды солдат, укрывшиеся щитами. В каждом оценочно человек 100–120. Сзади на расстоянии пары сотен шагов группы бойцов несли деревянные лестницы. Последние с виду были не слишком длинные (высота стен нашего замка колебалась в пределах десяти-пятнадцати тян), но довольно тяжёлые — каждую тащили по два десятка «носильщиков». Всего таких команд насчитывалось ровно двенадцать, по четыре на одну «черепаху».
План атаки угадывался на раз и замысловатостью не отличался.
«Черепахи» подберутся к стенам на два-три десятка шагов, и прячущиеся внутри лучники и арбалетчики станут вести огонь по защитникам замка. Под прикрытием стрел штурмовые команды взберутся на стены и завяжут бой с осаждёнными. Дальше к месту сражения подтянутся главные силы и либо вломятся в замок через открытые штурмовиками ворота, либо тоже перемахнут через стены по лестницам, либо и то, и другое, а там численный перевес атакующих однозначно решит дело в их пользу.
Нормальный рабочий план, который наверняка бы сработал, если бы не одно но.
Мы просто не собирались подпускать «черепах» близко к стенам.
Когда они подползли на дистанцию в две сотни шагов, я вскинул руку и рявкнул:
— Огонь!
Промахнуться по таким целям было практически невозможно. Длинноствольные ружья били по скучившимся за щитами солдатам не только эффектно, но и до умопомрачения эффективно. Картечь с лёгкостью пробивала «пластиковые» щиты и буквально выкашивала ряды атакующих. Мы же — я, Гас и трое
Нуна стояла внизу, возле «цинка» с патронами, готовая в любую секунду бежать наверх, если у кого-то внезапно закончатся боеприпасы. Паорэ я перед боем отослал в башню донжона и приказал наблюдать за окрестностями с другой стороны поместья. Если бы враг решился атаковать ещё и оттуда, Пао должна была подать нам сигнал из ракетницы (эту полезную штуку я «изобрёл» в самый последний момент, за неделю до штурма).
Пальба продолжалась чуть больше минуты. А затем враг не выдержал и побежал, бросив щиты и оставив на поле брани около полусотни убитых и столько же раненых. Раненые стонали, кричали, пытались куда-то ползти, спрятаться.
— Может, добьём их, милорд? — предложил Борсий минут через десять. — Сил уже нет их слышать.
— Зачем? — пожал я плечами. — Мы же не звери, а это не наши раненые. Если им нужно, — кивнул я на вражеский лагерь, — пусть снова пришлют к нам парламентёров и попросят забрать своих.
— А мы?
— А мы разрешим.
— А если не пришлют?
— Не пришлют, им же хуже…
Парламентёров командиры южан не прислали. Глупцы. Вид брошенных на произвол судьбы раненых подъёму боевого духа ничуть не способствовал. Местная продвинутая медицина вполне могла бы поставить этих бедолаг на ноги, но противнику это, видимо, было не нужно. Скорее всего, Асталис с Таллапием просто не хотели терять время на переговоры и готовили вторую атаку.
А раз так, мы свою медицину для спасения чужих раненых использовать тоже не собирались.
Хотя могли бы.
Доктор Сапхат в отражении атаки участия не принимал. Временную «операционную» оборудовали для него в главном здании, там он и сидел в ожидании, понадобится кому-нибудь квалифицированная помощь или не понадобится. Мастер Нарруз дежурил в реакторной и трясся там над своими бумагами и инструментами. Привлечь его к обороне замка я даже не пробовал. Всё равно не пойдёт, а если и согласится, то толку от этого учёного пацифиста будет в лучшем случае ноль, а в худшем он может вообще навредить…
Глава 20
Вторая атака началась через три часа.
И опять мы увидели ползущую к нам «черепаху». Только на этот раз «бронированная коробка» была одна и большая. Чтобы внимательно рассмотреть все детали, пришлось взять в руки бинокль…
Даже удивительно, почему за пятьсот лет истории местные так и не удосужились изготовить что-то аналогичное. Отлить-выточить пару стеклянных линз и воткнуть их в трубу — что может быть проще? Тем не менее, никто до этого не додумался. Причина, я полагаю, простая. Все жители Флоры, благодаря отличной медицине, имели великолепное зрение, и очки им не требовались. А раз нет очков, нет и технологии линз. Нет технологии линз, не из чего делать приборы для «дальнозоркости». Да и зачем они здесь нужны, все эти телескопы и подзорные трубы? На звёзды смотреть в них бессмысленно, корабли по океанским просторам не ходят, а на земле и без них всё прекрасно видно…