Братство тёрна. Гончая для сыщика
Шрифт:
Мальчик или девочка? Кто бы то ни был, все равно он будет очаровательным, как и его мама. А после, возможно, родится и второй Сото, а за ним и третий… В их семье всегда любили детей, и Хавьер уже представлял, как по его квартире будет разноситься топот маленьких ножек.
Первой к нему подошла Мия, растрепанная и уставшая, как всегда, хлопнула по плечу и вздохнула:
— Жить будет, но с тобой, что печально.
— А с ребенком что?
Мия замялась и поглядела на подоспевшую Дженни. Та вздохнула, взяла его за руку и покачала головой.
— О, милый, нет никакого
За грудиной стало горячо-горячо, из-за чего Хавьер вытащил из внутреннего кармана пару таблеток и забросил под язык.
— Но Ирр вела себя странно, и почти ничего не ела.
— Мы же женщины, — Дженни указала Мие на что-то глазами, затем потащила Хавьера по коридору, — мы часто ничего не едим и ведем себя странно. А у бедняжки была серьезная операция в прошлом, после такой непросто оправиться. Но я думаю, что со временем у вас появится малыш-Сото, даже не один.
— Сейчас надо радоваться, что все живы, а я наконец-то пойду домой и посплю! — закончила за нее Мия. — Давай, посиди немного с Ириной, и тоже домой. Мама строила такие планы на твою смерть от цирроза, к чему ее расстраивать и доводить себя до инфаркта?
Возразить ей было нечего, тем более они дошли до нужной палаты.
Ирр лежала на кровати и тряслась, под одеялом были только ее ноги, а выше — тонкая больничная рубашка. В такой обстановке гончая казалась особенно маленькой и хрупкой, хотя Хавьер и отсюда слышал, как обиженно воют десятки, если не сотни вержей и теров, собравшиеся под окнами.
— Забери меня домой, — Ирр чуть оторвала голову от подушки, но сразу же уронила ее обратно. — Не люблю больницы.
— Вот глупости! — Мия подошла и профессионально ощупала ей лоб и запястье. — Здесь профессиональный уход, регулярное и сбалансированное питание, я.
— Завтра будешь “ты”, — напомнила Дженни. — Сама же собиралась переночевать дома.
— Ну другие-то врачи останутся. Они не хуже.
Ирр не слушала их, только попыталась натянуть одеяло повыше и доверчиво прильнула к Хавьеру, когда он сел рядом. Несмотря на озноб, ее лихорадило, а губы потрескались.
— Сегодня лучше остаться здесь, — Хавьер поправил ее волосы и поцеловал в щеку, — но я буду рядом, а завтра, как только Мия разрешит, вернемся домой.
— Да, тем более у нас есть преотличный подарок для вас! Хотели вручить его в день свадьбы!
— Ну или когда вы просто пригласите нас в гости, — поддержала подругу Мия. — Но выписка из больницы тоже подойдет. Так что выздоравливай скорее! Отдохни, погоняй немного Алекса за чаем и пирожными, потом призови свою внутреннюю силу, ну или как там у вас это происходит, заживляй раны — и домой!
Ирр всхлипнула и вытерла нос, замотанной в бинты рукой.
— Не получается, — вздохнула она. — Не чувствую свои силы.
— Ты же попала под выброс чуждой магии, скоро все вернется.
А если и не вернется — то велика ли потеря? Главное, Ирр жива и скоро будет здорова, остальное мелочи. И еще Рен говорила, что магия ушшей сложнее физиологии, но Хавьер ее не понял, связывал силу королевы с беременностью Ирр, а как оно на самом деле — так и не понял.
— С тобой в самом деле лучше.
После ее слов вой стих, будто теры разом успокоились и решили разойтись.
Хавьер пробыл с Ирр до самого утра, но из больницы ее не выписали: ожоги заживали медленно, и Мия предпочла оставить больную до вечера под присмотром.
Глава 18
В результате, когда пришел на работу, то никак не мог устроиться в кресле: спина ныла, как и ноги, а шея похрустывала при каждом движении. Наверное, не стоило пропускать утренние занятия, тогда бы такого не было. Но теперь уже поздно: начался рабочий день, а секретарь доложил о приходе посетителя. Хавьер распорядился пустить и принести им чай: кем бы ни был этот посетитель, вряд ли откажется выпить пару глотков горячего и ароматного напитка. Но когда дверь без стука отворилась, о своем решении Хавьер пожалел.
Сам Валерий Вега не поленился проделать путь через несколько этажей, чтобы навестить скромного помощника министра. За годы после революции Валерий не слишком изменился, разве что отяжелел и отрастил пышные усы по новой моде. А так в нем до сих пор чувствовалась старая кровь и огонь, которые и отличали настоящих донов. И некоторое упрямство во взгляде, сполна перешедшее к Ирр.
— Доброго дня, — сдержанно произнес он, но не решился проходить без разрешения хозяина кабинета. Наверняка не к месту вспомнил, что при имперском правительстве был бы значительно ниже Хавьера по статусу.
— Доброго. Прошу, — он указал на кресло напротив и привстал, чтобы соблюсти приличия.
— Полагаю, вы уже видели утренний "Шепот"?
В больнице было не до чтения, после же Хавьер слишком спешил на работу, чтобы тратить время на газеты. Но секретарь всегда оставлял на столе подборку из самых популярных изданий. В самом ее низу нашелся и "Столичный шепот". На первой полосе статья: "Повышение пьянит сильнее игристого" и их с Ирр снимок.
"Бывший следователь по особо важным делам, Хавьер Сото, совсем недавно был назначен на пост помощника министра внутренних дел, но уже решил, что закон и общественные нормы не для него. Иначе как можно объяснить, что на "служивый бал" он притащил свою любовницу-вержа? Не верите? Ищете ему оправдание? Думаете, это всего лишь детали одной из операций особого управления? Все материалы нашего расследования на четвертой странице!"
Хавьер отложил газету с мыслью, что рано ушел от семейных дел, сейчас бы пригодились капиталы Сото: не выкупить "Шепот", так разорить его, слишком уж часто там стали трепать его имя и отношения с Ирр.
— Думаю, свогор министр уже видел это, — сочувствующе произнес Вега, — и скоро вызовет вас к себе.
Это вряд ли. Идиотом свогор Наварро не был и прекрасно понимал, кому обязан жизнью, к тому же знал о женитьбе своего помощника. Но озвучивать свои мысли перед Валерием Хавьер не собирался, надо выслушать, с чем пришел новоявленный родственник.