Дети Безымянного
Шрифт:
— Всё зависит от того, кто или что стоит за этим, — произнёс он, помахивая тростью. — Какой-нибудь рядовой некромант в первую очередь забрал бы тела; то, что они до сих пор здесь, означает, что это дело рук не обычного гробокопателя. Однако, существуют разновидности некромантов, которые строят приборы, используя души в качестве источника энергии. К тому же в этих краях водится немало существ, которые питаются душами. Одни из них нападают часто и агрессивно. Другие — как демоны — вкушают подобные деликатесы лишь изредка, когда получают душу по контракту.
— Сомневаюсь, что это
— Шептуны умеют проходить сквозь стены, — подтвердила Тасенда. — Но… кто-то командовал ими, верно?
— Верно, — ответил Давриел. — Даже если бы ты тогда не слышала шагов, мы могли бы об этом догадаться, исходя из имеющихся сведений. Самозванец, притворяющийся мной, спланированное нападение, чтобы устранить твою сестру, затем организованный штурм деревни… Кто-то и впрямь управлял этими гейстами. Самим бы им не хватило ума, чтобы действовать столь слаженно, — он указал тростью в направлении деревни, — отведи-ка меня в одно из запертых зданий, которое ты открыла.
Злобогрыз и Брериг присоединились к ним, — маленький демон освещал дорогу фонарём, — а Гутморн и Иледрис взмыли в небо, высматривая возможные опасности. Все они заключили с ним контракты и теперь претендовали на его душу. В каждом случае условия контрактов были разными, но все их объединяла одна важная деталь: награда полагалась демонам лишь в том случае, если Давриел проживёт достаточно долго для того, чтобы условия сделки могли быть выполнены. Если он умрёт слишком рано, они останутся ни с чем.
Таково было первое правило демонологии: убедиться, что интересы демона совпадают с твоими собственными. И, хотя эта идея зиждилась на принципах простой экономики, о ней частенько забывали.
Они приблизились к невзрачному домишке с разбитым окном. По какой-то причине ставни на нём открылись во время атаки, поэтому Тасенде не составило труда влезть внутрь, просто разбив стекло.
Войдя через дверь, они обнаружили тела молодой семьи — с двумя маленькими детьми — в позах, свидетельствующих о вызванной ужасом панике. Передав трость мисс Хайуотер, Давриел произвёл поверхностный осмотр тел, которые демонстрировали те же признаки, что и первая женщина. Пока он работал, Брериг взгромоздил своё коренастое тело на стол возле печки и принялся рыться на кухонных полках. Обнаружив несколько банок, он понюхал их, убедился, что внутри пусто, отшвырнул их и продолжил поиски.
— Если он здесь, хозяин, — пробормотал Брериг, — я его найду.
Он… ищет чай, догадался Давриел. Для меня. Маленький демон имел привычку зацикливаться на каком-нибудь одном желании Давриела, изо всех сил стараясь его исполнить. Он раздобыл банку с чем-то, напоминающим сушёные зубчики чеснока, и, очевидно, никак не мог решить, чай это или нет. Мисс Хайуотер украдкой покачала головой, и он выбросил банку, потеряв к
Давриел вернулся к своему расследованию. — Они были почитателями Топи?
— Да, — ответила Тасенда бесцветным голосом. Она осторожно накрыла одеялом младшего из детей, мальчика, которому было не больше четырёх. Его испуганное личико застыло в безмолвном крике, глаза были расширены от ужаса, а маленькая ручка до сих пор крепко сжимала соломенную куклу.
Давриел был склонен доверять словам Тасенды насчёт призрачной природы шептунов, но она была слепой, поэтому не мешало удостовериться самому. Тела в этом доме — крепко запертом со всех сторон — служили убедительным доказательством. Тот, кто сделал это с ними, умел проходить сквозь стены.
Брериг притащил ему мешочек, который выглядел многообещающе. Судя по запаху, в нём когда-то действительно держали чай.
— Простите, хозяин, — сказал он и вывернул мешочек наизнанку, показывая, что тот совершенно пуст.
— Ничего страшного, — ответил Давриел, вставая и вытирая руки скатертью, поданной мисс Хайуотер.
— Загадка?
— Валяй.
Маленький демон скорчил уморительную рожу.
— Это был воздух?
— На самом деле, это очень хорошая версия, — похвалил Давриел, — но она, увы, не верна.
Брериг улыбнулся, сунул мешочек в карман и вышел за дверь. Злобогрыз — который во время расследования дожидался снаружи — указал большим пальцем через плечо, отправив маленького демона сторожить лошадей, и Брериг безропотно подчинился.
— Признаться, — заметила мисс Хайуотер, — я не думаю, что он по-настоящему хочет угадать правильный ответ.
Возможно, она была права; преданность Брерига порой доходила до абсурда. Давриел вышел на улицу, Тасенда последовала за ним.
— Ну, — спросила она. — И что теперь?
Он указал тростью на тень маленькой церквушки в центре городка. Злобогрыз повёл их туда, держа фонарь.
— Что ты знаешь о чарах Топи, наложенных на тебя? — спросил Давриел Тасенду.
— Все жители Подступов отмечены. Защита Топи. Говорят, что это благодаря ей мы подвергаемся нападениям гораздо реже, чем должны были, живя в таком захолустье. Об этом я ничего не знаю. Когда я была маленькой, нападения случались довольно часто. Пока я не научилась петь, — она опустила глаза. — До моей сегодняшней неудачи я думала, что этого всегда будет достаточно. Моё зрение в обмен на песню...
— Весьма любопытное проклятье, — заметил Давриел.
— Это напоминание, — ответила Тасенда. — о том, что я в долгу у Топи. О том, что мы все здесь обязаны Топи своей безопасностью, — казалось, она произнесла это неуверенно, и украдкой взглянула на дверной проём с лежащими за ним телами.
Что ж, Давриел, пожалуй, не мог винить местных жителей за излишнюю суеверность. Подступы были особенным местом, не похожим на другие. И в этом-то как раз и крылась главная интрига.
— Что-то в этих призраках, напавших на твою деревню, не даёт мне покоя, — промолвил Давриел, продолжая помахивать тростью. — Мисс Хайуотер, как вы считаете, стал бы вменяемый демон заключать контракт с жителями Подступов?