Догнать и жениться
Шрифт:
– Глупости! — фыркнул Буров и тут же получил кулаком по ребрам. — Я, я… — попытался он поймать губами воздух, — я отказываюсь иметь с вами дело!
– Да я сам жалею, гнида, что связался с тобой, — процедил Алтаев и ударил еще раз. — Значит так, дорогой мой человек, я понимаю, что у тебя сигнальный экземпляр. — Буров кивнул, пялясь на него полоумным взглядом. — Вали в редакцию, козел, — Марат прижал голову Петровича к столу, а потом хорошенько ударил по столешнице. — И выкупай весь тираж, понял? Договаривайся, чтобы в интернет— издании
– К Сарычеву? — взвизгнул, как кабанчик, Буров. — Так вы же… так он же…
– Вали в издательство, недоумок, — поморщился Марат. — Иначе бить буду. Долго и больно.
Но ни визит в издательство, ни поездка к Сарычеву не дали результата. Товарищ Феликс скривился, увидев Марата, а выслушав, бросил небрежно:
– Останавливать продажу тиража никто не будет. Себе дороже, — он потер переносицу и добавил раздраженно: — Представляю, какой вой поднимется. Сразу из каждой подворотни про свободу слова заверещат. В любом случае в суд подадим и с этих борзописцев взыщем.
– А Катина репутация, как профессионала…
– Пусть дома сидит, — отмахнулся Феликс, будто разговор шел о его законной жене. — У нас дочка— подросток, на каждом шагу контролировать нужно. Да и еще ляльку для комплекта хочется, — хмыкнул он и добавил, провожая: — Но, спасибо, что предупредил.
Марат как ошпаренный выскочил из здания администрации, где целое крыло отводилось под силовые ведомства, и бросился прямиком к Катерине. Но у ее квартиры Алтаева ждал сюрприз. Какой— то засушенный веник болтался привязанным к ручке двери.
«Значит, дома она не живет», — подумал Марат и рванул в Кутузовку. А там понял, что дела его ох как плохи. Катина мама даже калитку ему не открыла. Заявила в домофон, чтобы не смел больше появляться, и добавила напоследок, что Катя тут больше не живет.
Марат собирался вернуться в офис, но какая— то неведомая сила повела его к брату. И как раз вовремя. Руслан, бледный и потерянный, сидел на диване и пытался обеими лапищами раздавить собственную башку.
«Видно, мало на сегодня неприятностей», — мысленно ощерился Марат, подозревая, что беды на еще не окончились.
– Кто— то умер? — напрягся он.
– Меня Манька бросила, — пробурчал сквозь зубы Руслан. — Проснулся, а ее нет. Шуба эта долбаная вон валяется, а вещей нет!
– Может, просто вышла? А чемодан в гардеробной? — раздраженно поинтересовался Марат. — Записку оставила?
– Сообщение прислала в вацап, стерва, — зло пробубнил Руслан. — Написала, что ушла от меня и уехала к родителям.
– Может, хочет, чтобы ты за ней помчался, а, бро?
– Нет, — нетерпеливо отмахнулся Руслан и зашагал по комнате из угла в угол. — Не хочет! А знаешь почему? — осклабился он. — Я даже не знаю, кто ее родоки и где они живут. Ничего о ней не знаю! Только проклятый телефон и остался, как дурацкая нитка между нами! — заорал он. — Мне ее искать негде! Да и не поеду я никуда! Провались все пропадом!
– А что тогда из штанов выпрыгиваешь? — хмыкнул Марат и вовремя отскочил в сторону, чуть не схлопотав
– Ты сам говорил, что роман с Манечкой закончился, и собирался покупать квартиру ей и ребенку.
– Одной проблемой меньше, — ощерился Руслан. — Уехала. Захотела лишить меня ребенка. Пусть так и будет…
– Да ты сам не особенно жаждал стать папашей, — аккуратно заметил Марат, про себя решив, что должен ради будущего племянника или племянницы найти своенравную козу Маньку. А там уже и видно будет, что делать дальше.
«Нужно проверить камеры наблюдения, — сам себе велел Марат и чуть не хлопнул себя по лбу от догадки. — Твою мать! Что же я раньше не додумался? Камеры, етить твою налево!»
Он выскочил прочь из квартиры и уже через полчаса влетел в офис «Антареса», позвал Лешу, главного айтишника. Парень производил впечатление нормального человека.
– Попробуй восстанови удаленные видео, — попросил Марат. — Я заплачу за дополнительную работу. Не люблю, когда из меня идиота делают.
– Зачем только Буров затеял эту подковерную возню? — негодующе фыркнул Леша.
– Ты уверен, что он? — осторожно осведомился Марат.
– А больше некому, — пожал тот плечами. — Катерина Альбертовна — дама не бедная, у нее только одни серьги как две зарплаты стоят. Зачем ей воровать?
– Ну да, — согласился Марат, а про себя решил, что папа Алик наскирдовал Кате и еще трем поколениям на безбедную жизнь.
«С таким папой и вовсе можно не работать, — подумалось Алтаеву, а мысли сразу перебежали на своих родственников — мать, отца. Зацепились ненароком за слухи и сплетни о родном отце Руслана. — Поэтому он и не хочет никаких детей. Неизвестно, что там по наследству выплывет. От осинки не родятся апельсинки», — мысленно поморщился он, а вслух попросил:
– Мне нужны данные со всех камер за тот день, когда Буров выгнал Наумову. И полный доступ к ее почте. Проверить кое— что хочу.
Он почесал репу, понимая, что Катю еще никто не увольнял и она просто обязана прийти написать заявление и забрать трудовую книжку. Вот тут— то и можно поговорить. Объясниться. Крепко взять за руку и никогда не отпускать.
«Мечтать не вредно, — мысленно ощерился он. — Давай двигай булками, Маратик! Ищи Катю. А что искать, — сам себя осадил Алтаев. — Если она вернулась к Сарычеву, мне и волшебная палочка не поможет! Но я хоть восстановлю справедливость.», — пообещал он неведомой Кате Наумовой и уткнулся в компьютер.
В личную почту Катерины получилось войти автоматически.
– Катя! — раздраженно буркнул Алтаев и тут же заметил, что кроме письма о жизни Бурова, других писем не имелось. Нет, конечно, ящик оказался заполненным до отказа. Но состоял сплошь из спама. Реклама магазинов и напоминания с сайтов. Никаких писем от живых людей. А это означало только одно, что будь Катя замешана в пиаре, то уж точно ничего бы с такой почты не отправляла.
«Есть какая— то другая, а эта помоечная», — самому себе заметил Алтаев, решив сегодня вечером написать Катерине в вацап и рассказать последние новости: про Виталю, статью и догадку, кто стоит за пиаром.