Голос
Шрифт:
— Оказывается, они учились в одной частной школе на Земле, — принялся рассказывать Рей после того, как запрограммировал автопилот и сел напротив Ривы. — Ссылка тут же исчезла, но имя Эриксона осталось, как след, в базе. Дальнейшее было делом техники. Свою биографию биолог не прятал, хоть и был аристократом. Именно у него я и нашел упоминание о выигранном в частной школе конкурсе программирования.
— Сколько же это заняло времени?! — ахнула Рива.
Они летели над огромным замерзшим океаном. Рей сделал крюк, чтобы подольше побыть с ней наедине и заодно рассказать о дяде.
Мужчина усмехнулся.
— Я много
— Я не верю, что преступник — Майер Ганновер, — Рива была серьезна. — Он и так на вершине мира, зачем ему это?
— Еще не знаю, — задумчиво ответил Рей. — Но это единственный человек, к которому сходятся все ниточки.
И он принялся загибать пальцы:
— Во-первых, богат — может себе позволить любые траты. Во-вторых, твой ближайший родственник…
Рива скептически скривилась, все еще не веря шатким доводам телохранителя.
— Не знаю пока, как это связано с покушениями и чего он пытается добиться. Даже при удачном раскладе, если тебя признает дедушка, ты все равно не претендуешь ни на его деньги, ни на приставку «Эй», ни на первородство.
Рива пожала плечами. Ни деньги, ни приставка «Эй» ее не интересовали.
— И в-третьих. Он прекрасно владеет навыками программирования и работы с вирусами. Почему, имея такой талант к технике, он подался в политику? Тоже неизвестно. Наверное, этому есть логическое объяснение. Так что, Рива, — резюмировал Рей, — по сравнению с остальными подозреваемыми, у Майера больше всего ключевых точек, связывающих его с тобой.
— Это ни о чем не говорит, — возразила девушка, — возможно, мой преследователь совершенно другой человек, и ты просто его еще не обнаружил. А Майера притягиваешь за уши…
— Я параноик? — улыбнулся Рей. Рива кивнула, завороженно уставившись на его преобразившееся лицо.
— Пусть я лучше буду параноиком, чем…
Он не стал договаривать, сел рядом и обнял ее за плечи. Но в голове Ривы конец фразы прозвучал как «чем потеряю тебя». И она решила не беспокоить Рея. Не вспоминать о снах, которые в последнее время снятся ей регулярно. Только однажды она не успела проснуться вовремя, до криков, и испугала его, больше такого не повторится. Рива старалась наслаждаться каждой минутой, каждой секундой общения с любимым человеком. Не омрачать последние дни своими и его страхами. Потому что в глубине души она знала, что ей недолго осталось.
Может, именно интуиция — особенная черта семьи Ганновер?
Хрустальный высокий звук рассыпался осколками в безмолвии зала. Несколько долгих секунд стояла тишина, потом зрители взорвались аплодисментами. У многих на глазах блестели слезы. Они же были и в глазах Ривы. Новая песня Макса, скорее всего, не станет хитом, но Рива все-таки включила ее в репертуар. Грусть сейчас была созвучна ее душе.
Рей в последнее время чересчур опекал ее. Ни шага без него. Ни подарков, ни цветов от поклонников. Ни рекламщиков, ни стилистов, ни журналистов, ни вечеринок. Он отменил даже ужин с мэром столицы Прометея. А на возмущение Ривы «У меня горят контракты с рекламными агентствами!» ответил: «Я поговорил с каждым. Они согласились взять на полгода тайм-аут. Им тоже нужна живая прима». Он возился с ней, как с младенцем. Концерт не начинался, пока Рей и наемные охранники не брали под полный контроль периметр, зал и каждого зрителя.
Нервное напряжение выматывало. Рива, боясь кошмаров, почти перестала спать. Рей всегда был рядом, обнимал ее, убаюкивал. Он дарил ей столько любви и нежности, что Рива купалась в них. Она делала вид, что заснула, дожидалась момента, когда Рей уходил в соседнюю комнату работать за компьютером, открывала глаза и часами всматривалась в полог кровати, тщетно пытаясь заснуть.
Третий концерт на Прометее закончился. Осталось дать еще один, для детей-сирот, и все. Впереди предпоследняя планета — Капеллан. Таких долгих и выматывающих гастролей у Ривы еще не было, Дана была права: еще немного и она свалится от усталости.
— Через две недели прием на Гриз, — произнес Рей, когда они подлетали к гостинице. Аэромобиль с бешеной скоростью мчался по пустому шоссе. — Что наденешь?
Девушка не удержалась от улыбки. Рей и наряды — это как планеты, вращающиеся на разных орбитах. Для него великим подвигом было заговорить о платье. Хочет ее развеселить? Подыграем!
— Откуда такой интерес? Неужели отпустишь за покупками? — приподняла она бровь.
— Нет, конечно! Как ты могла подумать? — нахмурился телохранитель. — Придется выбирать из того, что есть. Я хотел сказать, чтобы ты не надевала ничего неудобного. Возможно, придется быстро уходить…
— Ты хочешь, чтобы я пошла на самый престижный в этом году благотворительный бал в спортивном комбинезоне? — хмыкнула девушка.
— Это было бы замечательно, — вздохнул он, — но, боюсь, нас не поймут.
Они еще некоторое время перебрасывались короткими словесными шпильками, стараясь развеять тягостную атмосферу в салоне аэромобиля.
— Может, еще покатаемся? — тоскливо спросила Рива на подлете к гостинице. — Так не хочется опять в номер…
— В гостинице ты в безопасности, чего не скажешь о дороге. Путь из концертного зала до отеля каждый раз прибавляет к моим седым волосам еще парочку, — ответил Рей.