Гончаров и Бюро добрых услуг
Шрифт:
– Очень приятно.
– Зевнул хозяин.
– Анатолий Юрьевич Мишин. А в самом деле, Максим, почему так поздно, - Разливая по стаканам водку спросил он. Хоть бы позвонил, Валюха бы подсуетилась и все сделала по высшему классу, а то сидим на кухне ровно сычи. Ни женщин, ни музыки...
– А нам так больше нравится.
– Проглотив водку причмокнул Ухов.
– Все нормально, все путем, не суетись командир, мы ведь к тебе по делу.
– Если бы знал, то не впустил бы вас в дом. Что случилось?
– Месяц назад, а точнее тринадцатого февраля твои орлы
– Было, а в чем вопрос?
– Косвенно, одним боком, он имеет отношение к делу которым мы с Иванычем сейчас занимаемся. Расскажи как его брали и кто принимал непосредственное участие? Кажется он киллер и имел намерение прервать бесценную жизнь Коляринского.
– Полная белиберда!
– Засмеявшись воскликнул Анатолий.
– И чем только не обрастут слухи когда дойдут от Рязани до Казани. Курослепов такой же киллер как я учительница танцев. Он мелкий аферист и жулик. Щиплет по мелкому, а киллером может лишь представиться, чтобы пустить пыль в глаза или выудить какую-то копеечку. Его главная спецальность - это мелкая афера, хотя не брезгует и квартирными грабежами, за что и влип. Не понимаю, что его подвинуло на особняк Коляринского? Обычно он довольствуется квартирками рядовых граждан, где и взять-то толком нечего, а тут особняк! Конечно, на этот счет кое какие соображения у меня есть, но к самому Курослепову они не имеют никакого отношения.
– А чего же раздули как заказное убийство?
– Это вопрос опять таки на ту же самую тему, на тему о Коляринском, но это долгий разговор и Курослепов Колян здесь не играет никакой роли.
– Как вы его брали и кто в этой операции принимал участие?
– Да какая там к чертовой матери операция!..
– Не забывая про стаканы протяжно выматерился хозяин.
– Не было никакой операции! В дежурную часть позвонил сам Коляринский и страшным голосом сообщил, что он "заказан" и в его дом уже пробрался киллер. Дежурный направил туда две патрульные машины и через двадцать минут они доставили в отделение этого самого "киллера". Он и на нормального грабителя - то не тянул, пьяный в сиську он глядел на нас тупыми глазами и со всем соглашался.
При задержании у него изъяли сотню долларов, которые он якобы выкрал из ящика письменного стола в кабинете Коляринского. Он от этого даже не отказывался. Кроме этих ста долларов Коляринский понес убыток в две бутылки коньяка, которые все в том же кабинете на радостях вылакал Курослепов.
В общем получается полная чушь. Ранее он не судим, а за свои пьяные игрушки он может отделаться легким испугом или получить пару лет условно.
– Залез в дом и за это получил условно?
– Хмыкнул Ухов.
– В том-то и дело, что никуда он не залезал. Пока охранник открыв забрало считал на улице ворон, он спокойно вошел в дом и без всяких преград поднялся на второй этаж, где и попал в кабинет Кислярского.
На следующий день он подробно рассказал нам весь маршрут своих перемещений по дому Коляринского и вообще он обо всем докладывал с большой охотой. Но только в одном вопросе
Коль я ошибаюсь, то скажите, я буду только рад если в этом деле появятся новые детали, а в вашем лице я обрету верных помощников. А вам я смогу помочь лишь после того, когда вы посвятите меня в суть вашей проблемы. А то у нас с вами получается та сказочка, пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.
Не понимаю, чего вы стесняетесь как девочки? А если это государственная тайна, то извините. Сейчас мы хлопнем по стаканчику и я уложу вас спать. Мне через пять часов на работу, зачем же зря время терять?
Переглянувшись со мной и получив принципиальное согласие Ухов в нескольких словах обрисовал ситуацию со всеми известными нам именами и прозвищами. Еще во время рассказа пальцы Мишина забарабанили нервную дробь и я понял, что у нас появилась некоторая надежда.
– Все ясно.
– Так и не дав договорить жестом остановил его подполковник.
– Можете себя не утруждать. Об этом я уже читал в сводках. Как я понимаю, вы действовали методом "тыка". И кажется он в очередной раз себя оправдал. Но все же, прежде чем как переть на буфет, мы кое - что перепроверим. Подъем! Поехали, заглянем в один ветхий домик.
По узким и кривым улочкам Бобровска мы петляли минут двадцать, пока не подъехали к одноэтажному кирпичному строению, которое только с сильно заниженной оценкой можно было назвать ветхим домиком.
– Макс, пойдешь со мной, а вы, Константин Иванович, сидите на месте и спокойно ждите. Если через десять минут мы не вернемся, или возникнет какая - то экстремальная ситуация, то поезжайте в отделение за подмогой. Все понятно?
Недовольно пробурчав я посмотрел на часы и великодушно их отпустил.
Вернулись они ровно через десять минут, когда я уже всерьез подумывал стремительной и внезапной атакой идти к ним на выручку.
– Кажется, верной дорогой идем, товарищи.
– Садясь за руль блеснул золотым зубом подполковник.
– Танька, баба его уже три дня ревмя ревет.
– Чья баба и почему она ревмя ревет?
– Ничего не понимая естественно спросил я.
– Танька - это четвертая жена Андрея Степановича Клименко.
– Досадуя на мою непонятливость раздраженно ответил Мишин.
– Год назад, как только отмотал свой "мокрый" семерик, он женился на ней по четвертой ходке.
Одиннадцатого марта, рано утром он ушел из дому и с тех пор не появлялся, хотя перед отходом он обещал вернуться к вечеру и заметьте, вернуться с деньгами. Как видите, прошло уже четверо суток, но ни денег, ни его самого нет. Это позволяет лишний раз убедится в том, что мы на верном пути и мой прапор Ухов стреляет совсем неплохо. Да, Максимка, ты этого кабанчика или завалил насмерть, или он сейчас где - нибудь в кустах зализывает свою задницу.
– Скорее всего первое.
– Предположил Ухов самое худшее.
– Куда теперь двинем?