Иеремиевы огни
Шрифт:
— Кстати, хорошо, что вас так много, — как будто угадал его мысли Айзек. — Одиночные бои проводятся под утро. Даже если сейчас не победите, будет шанс всё наверстать. Колет не пользуется популярностью, слишком она зажатая и дикая, вряд ли кто позарится.
Ну ясно. Никакой роли у Роара нет. Стиан и один отлично бы справился.
— Правила перед спаррингом объяснят? — спросил тем временем терас, и тилон покачал головой.
— Особых правил нет, а все новенькие перед участием уже должны быть введены в курс дела. Не допускается использование какого-либо оружия, а так, в общем-то, твори что хочешь.
— Что ж, тогда веди. Не будем оттягивать неизбежное.
Айзек странно улыбнулся и отпер дверь. Вслед за ним троица опять зашагала
Минут через двадцать брожений по галереям — Роару, к сожалению, не с чем было их сравнивать, так как ни в ГШР, ни в МД он ещё не бывал, он отметил лишь повсеместно низкие потолки, бросающиеся в глаза то там, то здесь выступающие из них трубы и общую техническую отсталость (ни одного сканера отпечатков или ИД-чипов) — Айзек привёл всю компанию к двери с надписью «Зал? 9». Очередной кодовый замок — и огромное помещение с клеткой посередине, точно как для легальных смешанных боёв. Лампы здесь горели ярко, на какие-то мгновения даже можно было представить, что ты не в полутюремном бункере всех военных оттенков зелёного и серого, а на звёздном шоу в телевизоре.
Вокруг клетки уже собралась толпа — процентов семьдесят черноформенные солдаты, остальные — атрафламмовцы, каждый с оружием за поясом, пристреливают они, что ли, особо ретивых бойцов? Айзек вклинился в толпу чуть слева, ближе к входу на ринг, и немедленно был остановлен дюжим сормахом с чёрной повязкой через левый глаз.
— Ну наконец и ты! — он хищно заулыбался, цепко оглядывая восхищённого масштабами происходящего Дитриха, недобро щурящегося Стиана и очень старающегося не выдавать нервозности Роара. — Мы с ребятами уже собирались держать пари, выставишь ты кого нынче или последних ещё со стен не оттёр!
— Молодец, что не позволил пари случиться, Рен, — усмехнулся Айзек. — Продул бы последние ботинки.
— На этот раз я в тебя верил! — сормах стукнул себя кулаком в грудь и зычно расхохотался. — Ну, что у тебя тут за петушки? Вот этот, красноглазый, уже явно с кем-то дрался, причём не раз, не свалится дубом-то? Братишка его младший — вообще шапка от одуванчика! Ну а снежок ничего, где нарыл?
— В двести сорок второй. Час назад подвезли. Что дали, тем и пользуемся. А у тебя кто?
— Да вон, — Рен небрежно махнул в сторону в шаге от него стоящих и скалящихся вера и кункана: один похож на отъевшегося медведя, второй — на домашнего, но в прошлом сильно третируемого хорька. — Сразу вдвоём и отправлю. Каждый восполняет недостатки другого. Вместе они ещё не выступали — но командная работа ценный навык, а?.. О, слышь, а давай ты своих против моих поставишь? Снежка и любого другого на выбор?
— Одуванчик полностью за, — Роар успел сказать это раньше Стиана, который, само собой, планировал встать рядом с Дитрихом. Взглядом, которым терас наградил его, можно было утопить китозавра — до самого дна Веремеевской впадины. Рен же хмыкнул с уважением.
— А одуванчик-то не так прост, да, Айзек? Хитрец! Поставлю на тебя, хоть раз ты должен победить, нет? Только немного, не обижайся!
Он ушёл куда-то, пробиваясь сквозь толпу, а Роар, спасаясь и от молчаливых упрёков Стиана и Айзека, и от собственной совести, начал с преувеличенным интересом изучать клетку. Ну да, он не супермен, но что ж теперь, вечно на трибунах сидеть? На него и так вон сколько за раз неприятностей свалилось — вдруг вот именно сейчас повезёт? Стиан сам говорил, что надо бороться до последнего!
Радует, что хотя бы Дитрих не высказывает ни осуждения, ни неприязни…
— Если разок сумеешь уронить этого вера так же, как ты уронил того, очень буду благодарен, — сказал ему на ухо Дитрих, и Роар закивал, этими резкими движениями заглушая подступающий к нему со всех сторон страх.
Что-то вдруг заскрежетало в стенах, отвлекая даже начавших яростно шептаться Айзека и Стиана, толпа заволновалась, оборачиваясь, и Роар поддался общему настроению. В двух противоположных концах зала, где находились двери выходов, из-под железных, натужно поднимающихся загородок открывались стеклянные ниши — по пять у каждой двери. Ближе к их части клетки в ниши было набито по десятку разношёрстных девушек — почти все в каких-то лохмотьях, со спутанными волосами и кандалах на шее и запястьях, связанных меж собой цепью. Большинство безучастно сидели на полу, но некоторые прилипли к стеклу, как будто выискивая кого-то в толпе. С другой стороны клетки за прозрачными стенами примерно так же вели себя худые, не менее оборванные парни мелких и средних по размерам рас — наверняка среди них были бывшие заключённые, не подошедшие для «Атра фламмы» физической силой, характером или степенью агрессивности, и Роар ощутил пробежавший по всему телу холодок от мысли, что, попадись он вот так, тоже с большой долей вероятности сидел бы среди них.
Прогремел гонг — сверху, из мегафона у одной из ламп. Стоящий у самой клетки атрафламмовец, рейтер-брюнет, замахал призывно рукой, и тут же в клетку сунулись первые бойцы: сначала два хорона, следом попытались проникнуть пеланн и тамас, но рейтер пропустил только последнего. В пару тамасу спустя пару секунд встал жилистый сильвис — значит, на комплекцию спарринг-партнёров здесь всё же обращали внимание. Соответственно, их две пары пропустят, хотя Роар, как эрбис, и покрупнее кункана.
— Мы следующие, я договорился! — вынырнул к ним из толпы сормах Рен и кивнул на клетку. — Пошли поближе, Айзек, чтобы нам с тобой драться не пришлось!
Пробиваясь вслед за всеми к рингу, Роар не отрываясь наблюдал за уже начавшимся боем. Распавшись сначала на противоборствующие двойки, очень скоро пары сложились обратно и стали атаковать совместно. На взгляд не особо искушённого в этих делах эрбиса, хороны были более сильной и слаженной командой, но, как только одного из них свалил казавшийся неповоротливым тамас, второй растерял весь пыл. Не дожидаясь, пока его напарник, трясший головой, поднимется, тамас и сильвис с двух сторон набросились на оставшегося стоять соперника — и с ним уже разобрались качественно. Потом впечатали в пол и первого. Снова прозвенел гонг — победители сошли с ринга с другой стороны, коротко переговорили о чём-то с нашедшимся там вторым распорядителем и оба поспешили к девушкам в стеклянных клетках. Оставшихся лежать хоронов утащили, и Айзек развернул Роара, высматривающего через толпу далёких пленниц, к рингу.
— Вперёд, ваш выход. Удачи, Роар, — пожелал он, с некоторым сожалением глядя на эрбиса. Тот, с вызовом улыбнувшись и отрешившись вообще от всего, поспешил за уже заходящим в клетку Дитрихом.
Их с хиддром соперники поступили иначе, нежели предыдущая четвёрка, — они сразу напали на одного Дитриха, явно рассчитывая, что не выглядящий опасным Роар не сумеет им помешать взять его числом, а потом можно будет расправиться и с ним. Дитрих почти тут же больно уронил кункана, вроде даже ничего в его сторону не сделав, и жаждущий помочь Роар попытался и в самом деле подсечь ноги теснящему хиддра веру. Тот, даже не заметив его потуг, выбросил не глядя кулак, и, как назло, именно в этот момент дёрнувшийся в его направлении эрбис, конечно, наткнулся на него. От силы удара его завертело, обрушило на вскочившего кункана — они повалились вместе, с разницей только, что противник опять приложился головой, а Роар упал на мягкое. В тот же момент отброшенный Дитрихом вер, сумевший удержаться на ногах, приземлился тяжёлыми ботинками в сантиметре от головы Роара, и тот, не думая, ухватился обеими руками за один из них и, перекатываясь, дёрнул за собой.