Кельтский крест
Шрифт:
Его вопрос слегка заглушила музыка, но не настолько, чтобы я его не услышала. Алан бросил на меня быстрый взгляд, Десмонд лишь хмыкнул:
— Алан, уверяю тебя, Айрин уже наверняка знает, о том, что моя сестра питает страсть к этому красавцу. Он ведь красив, правда? — вопрос адресовался мне.
— Наверное, — я пожала плечами. Герцог в удивлении вскинул брови:
— «Наверное»? Только не говорите, что вы не были поражены его красотой!
— Меня больше поразила холодность его взгляда. Это не тот мужчина, которого я бы хотела иметь во врагах, а уж тем более в друзьях.
Герцог
— Как вам сегодняшний праздник?
— Очень мило. Мне сказали, что он открывает целую череду празднований?
— Да, на этой десьмице состоится еще и суд, и праздник Лита.
— Лита?
— Самый длинный день лета. Вы разве его не празднуете?
— У римлян другие праздники, — презрительно бросил Гарет. — Не думаю, что римлянке понравятся наши пиры!
Я сжала руку в кулак, вонзив ногти себе в ладонь, чтобы сдержаться и не наговорить грубостей, о которых потом могу пожалеть. В конце концов, мнение Гарета для меня ничего не должно значить.
— Она не римлянка! — горячо запротестовал Алан.
— Она жила за стеной, — Гарет вновь приложился к кубку и пробормотал что-то по-норвежски, от чего щеки Алана вспыхнули алым. Я не выдержала:
— Я буду вам очень признательна, если вы перестанете говорить обо мне так, будто меня нет.
Алан окончательно смутился и пробормотал извинения, Гарет хмыкнул и смерил меня взглядом, глаза его полыхнули злым огнем, но заметив быстрый взгляд герцога в нашу сторону, сдержался. Я с силой отодвинула стул и встала. Герцог тут же вскочил на ноги, вынуждая подняться остальных.
— Пожалуй, мне пора. Не хочу надоедать своим присутствием. Милорд, — я очень удачно сделала реверанс. Герцог формально склонился над моей рукой:
— Алан проводит вас,
— В этом нет необходимости! — запротестовала я, — Я спокойно могу дойти сама!
— Не сможете, — отрезал Десмонд, — В замке полно пьяных солдат, вернувшихся из похода. И я не хочу завтра кого-нибудь из них вешать лишь потому, что вам захотелось прогуляться по коридору.
Я опустила голову, признавая свое поражение.
В сопровождении Алана я шагала по совершенно пустому, ярко освещенному факелами, коридору. С каждым шагом во мне нарастала злость, герцог явно занялся сводничеством. Непроизвольно я ускорила темп, намереваясь хоть чуть-чуть оторваться от навязанного мне сопровождения. Алан понял это и чуть приотстал.
Свернув за угол, я вдруг столкнулась нос к носу с тремя мужчинами. Они были пьяны как раз в той степени, когда еще можно стоять на ногах, но уже тянет на приключения. Характерный запах нечистот выдавал причину их нахождения в коридоре. При виде меня, они издали одобрительный вопль, оборвавшийся при виде Алана.
— Ми… милорд? — пробормотал один из них.
— Вон отсюда! — рявкнул Алан. Пошатываясь из стороны в сторону, с трудом поддерживая друг друга, троица поспешно, насколько позволяло их состояние, ретировалась. Мой гнев испарился. Я виновато посмотрела на Алана:
— Спасибо.
— Такое
— Да, — я не стала хорохориться, — День был тяжелый.
— Тогда пойдемте быстрее! — он кивнул вглубь коридора, — Здесь уже недалеко.
Проводив меня до двери, он ушел, наказав обязательно запереть дверь на ночь и предупредив, что к полуночи герцог расставит патрули по коридорам.
Оказавшись у себя в комнате, я заперла дверь, кое-как сама сняла платье, рухнула на кровать и мгновенно заснула.
5 карта
ПРАВОСУДИЕ — Недавнее прошлое
События, произошедшие не так давно, часто дающие объяснения текущей ситуации.
Наивные люди думают, что Фемида беспристрастна до и в момент вынесения приговора. На самом же деле она беспристрастна и безразлична после вынесения приговора.
Мне снилась моя свадьба. Я стояла на высоком крыльце между двумя белоснежными колоннами. Желтые и розовые лепестки роз кружились в воздухе вместе с первыми снежинками. От промерзлой земли веяло холодом. Я чувствовала, что замерзаю, дыхание вырывалось из груди маленькими облачками белого пара. Муж стоял рядом и, снисходительно наклонив голову, слушал поздравительные выкрики безликой толпы, укрытой туманом. Снежинки падали на мои обнаженные плечи, обжигая своими прикосновениями. Мне становилось все холоднее. Туман подступал, его клубы, словно уродливые руки, тянулись ко мне. Гул и выкрики становились все тише. Я беспомощно оглянулась, но никого рядом не было. Внезапно теплый плащ лег мне на плечи. Я повернулась. Десмонд, герцог оркнейский, стоял позади меня и улыбался, его руки сжимали мои плечи, теплое дыхание обжигало шею, серые глаза пристально смотрели на меня…
Стук в дверь заставил меня открыть глаза. Резко выдернутая из сна, я с трудом сообразила, что я все еще в замке, что солнце уже высоко поднялось над крепостными стенами, а в дверь, закрытую по совету Алана, нетерпеливо барабанит Бетани, жаждущая посплетничать о вчерашнем вечере. Я досадливо поморщилась и побрела открывать дверь. Бетани с немым укором смотрела на меня:
— Я стучусь, стучусь! Солнце уже в зените, — она привычно засуетилась по комнате, — Вы что, так и проспали одетой всю ночь! Ну вот, платье помялось, надо было меня позвать!
— Насколько я помню, ты в тот момент кокетничала с высоким вихрастым парнем, — пробурчала я, поглощая завтрак. Девушка слегка покраснела и замолчала. Мне стало стыдно.
— Ладно, вчера же праздник был! — я с интересом наблюдала, как тщательно она выбирает платье, вздыхая над каждым, — Что опять не так?
— У вас так мало платьев. Может, миледи Агнесс одолжит вам?
— Нет, — это прозвучало даже резче, чем мне хотелось бы, — во-первых, я не хочу утруждать миледи Агнесс, во-вторых, если будет надо, то я… — я вспомнила о припрятанном сундуке с золотом, и решительно закончила, — я их куплю!