Крах Империи
Шрифт:
Но армии Алмазного созвездия пришлось еще хуже: термопреонновый заряд не шутка.
Пока еще само взрывное устройство несовершенно и слишком громоздко, чтобы его использовать в обычных ракетах или гиперлазерах, и посему его разместили на звездолете гномов. Затем разыграли спектакль, чтобы вот таким образом Троянского коня провести в самую гущу рядов ударного кулака противника. Может, ловушка не слишком замысловата, но сработала верно. Расчет оправдался, тахираки верят в то, во что хотят верить. Как впрочем, и любые другие расы вселенной.
Что касается
Представители славного древнейшего народа сделали свое правое дела, теперь.
Соколовская отдает приказ:
— Разворачиваемся! Добьем тех, кто остался!
И вместе с ее звездным полком, в атаку идут новые тысячи кораблей, стремительно надвигающихся на жалки осколки еще несколько секунд назад такой грозной армады. Александр Солдатов посылает Елене воздушный поцелуй:
— Квазарно (Все ништяк!)!
И теперь сражение при численном преимуществе космической российской эскадры. Да уцелевшие звездолеты коалиции иномирян либо деформированы гравитационными и гипергравитациоными волнами, оплавлены температурой излучения в многие секстильоны градусов, со сбитыми приборами наведения и согнутыми дулами пушек. Это уже не тот бой, о котором можно сказать: чаша весов колебалась из стороны в сторону. Нет это тривиальное добивание.
Елена сначала хотела пересесть в одноместный истребитель, но… Именно машины такого рода как наиболее уязвимые к поражением, или уничтожены термопреонновым, относящимся к разряд гиперядерных взрывов. Так что….
Многие из уцелевших кораблей шлют позывной в волне примерно равной двадцати одном сантиметру: его значение едино и принято во всех обозримой вселенной: сдаюсь! Прошу принять капитуляцию…
Бурный поток воспоминаний о былых подвигах прервался… Реальность тоже не лишена интереса. Вот уже слышны стуки кирок, ломиков, шорох шуфлей, а чувствительной нос воительницы различал запах свежего пота от юных тел невольников и невольниц, резкий зверины от бинаров, и почти полное отсутствие такового от гадюфиров если не считать нагретого железа.
Елена весело пропела:
— Давным-давно мы позабыли эти песни! Так лучше водки граммов двести!
Гипермаршалу стало противно до чего же ублюдочная блевотина эта водка! Ну, что же может ей начать игру, пока не прибыли другие ребятки? Начать с главного надсмотрщика?
Маскироваться когда так светло трудновато, но Елену недаром учили, как быть невидимой. В частности динары похожи на людей? Так чего бы ей не размалеваться под бинарку, тем более уже и краски захвачены и их униформа… Для наведения макияжа пять секунд и в бой. Даже немного банальный прием маскировка под врага, но можно устоять перед натиском времени, но нельзя избежать заразы тривиальности!
Строить из себя крутую, ей не
Невольники-мальчишки откалывали глыбы, а девушки-рабыни распыляли их молотами. Часть подневольных поднималась вверх с тяжелогружеными корзинами. Животы проваливались от напряжения, но потели трудовики слабо, а резко выступавшие под почти черной кожей жилы, говорили, что тяжкий труд знаком им уже многие годы.
Некоторые мальчики даже улыбаются, стремясь показать, что им вовсе не тяжко, а труд приносит радость. Гадюфиры не слишком свирепствовали, ориентируясь, больше на то, замедляется раб или нет! Они и в самом деле были механическими, полуавтоматами.
Соколовская поднялась на следующий уровень, по камушкам, босиком. Самки бинаров часто были голоногими, но мужчины никогда. Тут воительница обратила внимание еще на одну странность, почему-то все бинары пока им попадались взрослые. Хотя может…
Мало ли что… Тут все-таки рудники. Камешки под голой подошвой горячие, но еще не раскаленные, воздух не ароматный, но дышать им можно и запаха человеческих испражнений, как это было в подобном руднике на древней Земле не чутно.
Елена посвистывает в стиле бинарки, и небрежно бросает:
— Что-то главарь у нас какие-то коники выкидывает!
Надсмотрщик, из бинаров вколачивая мудрость в подневольного мальчишку, кивает:
— Да нет, он сейчас как раз романс распевается. Заслушиваешься!
Елена криво усмехается:
— Да вот сейчас я завою, вот сейчас я залаю, вот сейчас я кого-нибудь съем!
Бинары хохочут, а гадюфиры хихикают им в такт:
— Забавно! Это по-нашему! По бинарскому!
Соколовская слышит не вполне внятные завывания и прибавляет шагу. Каждая её жилка играет, в теле поют мышечные волокна.
А вот и наконец, сам главарь разноликих надсмотрщиков. И ним две телки обнимаются… Ух извращенец. Что же давай я его пикапну!
Соколовская разгоняется и как долбанет кулаками в нижнюю часть затылка не ожидавших, подобного кралей. Те сразу же, как желе стекают вниз, и хлоп, подняв тучку пыли, шмякнулись об камешки. Главарь оторопел, а Елена воскликнула:
— Ты мой парень понял! Займемся любовью с тобой!
Никогда еще «пахан» не видел подобной красоты среди своих самок. Так что уговаривать не пришлось. Возбужденная Гипермаршал сама оседлала главного надсмотрщика и понеслась. Ведь здорово любовь с чудовищем, когда ты ревешь от животной страсти, и вдыхаешь сильный, терпкий запах дикого зверя.
Пережив несколько торнадо буйного экстаза, Соколовская внезапно остыла, вернее бинар окончательно обессилел. Ну, что теперь можно и его превратить в куклу. Надавливание, блокировка того отделения мозга, что позволяет осознавать гуманоидным созданиям себя личностью и….