Куда идут русские?
Шрифт:
— Негодяй Ходорковский, присвоил себе пол-России. Пусть теперь тюремной баланды похлебает!
— Вот так сборная — получают миллионы, а в чужие ворота гол забить не могут. Поделом им — всех разогнать!
— А Волочкова-то — слышали? — довыпендривалась! Уволили из Большого — так ей и надо!
Кому из нас не приходилось слышать подобное? И дело здесь не в том, насколько обоснован «праведный гнев» россиян (поводов для него действительно немало), а в том, что к нему неизменно добавляется зависть, которая мешает русским чувствовать себя счастливыми.
Причем люди завидуют порой чему-то совсем неожиданному: спившиеся селяне не могут простить работящим переселенцам их
При этом чувство, которое черной змеей вползает нам в душу, не принято выставлять напоказ. По опросам, 90 процентов москвичей никогда не завидуют. Но когда людей спрашивают, например, о том, счастливы ли они, утвердительный ответ почему-то дают меньше половины из них.
Тем временем наше телевидение и дальше побуждает бедных к зависти, без конца показывая, как живут богатые. И не уделяет необходимого внимания тем, кто достигает успеха благодаря собственному труду. Изо дня в день мы наблюдаем, как можно, ничего не делая, стать звездой, прославиться за счет пошлости, достичь вершин славы на волне бесконечных скандалов. Как тут не завидовать тем, кому все это легко удается? И как не думать: богатый — значит, украл, звезда — с кем-то переспала.
Самое страшное, что такая психология укореняется в наших детях. Ведь зависть, которая насквозь отравляет их души, — прямой путь к несчастью. Она же пробуждает самую примитивную реакцию: «У моего соседа есть, а у меня нет. Несправедливо! Пойду грабить». И многие идут.
Можно ли победить зависть?
На уровне отдельной личности чувство это будет существовать всегда. Однако в обществе можно создать предпосылки, которые препятствовали бы ее укоренению в душе народа. Важно, какие человеческие качества сегодня востребованы, поэтому наша задача — показывать больше позитивных примеров.
С другой стороны, если уж мы не в силах справиться с завистью, давайте попытаемся повернуть ее в правильное русло, из черной перекрасить в белую. Ведь она же порой может стать для человека стимулом: «Он чего-то добился — и я смогу!» Каждый из нас способен на многое, вопрос лишь в том, какую цену ты готов заплатить за успех. К сожалению, именно об этом забывают завистники, обращая внимание лишь на конечный результат чьих-то усилий.
Более того, у нас преобладает примитивная зависть к материальному. Отсюда и естественная ответная реакция некоторых преуспевших сограждан — желание выпендриться, лишний раз наступить на больную мозоль тем, кто не в силах обуздать собственные разрушительные страсти. Получается какой-то порочный круг. Разорвать его можно, лишь вспомнив, что перед Богом все наши богатства ничего не стоят.
И еще неплохо бы не забывать простую истину: завистник в отличие от любого другого грешника вредит прежде всего самому себе. Не случайно русская пословица гласит: «Железо ржа съедает, а завистливый от зависти погибает». И если не поборем этого коварного врага, то действительно рискуем сгинуть с лица земли как единый народ, превратившись в жалкое скопище несчастных разрозненных людей. И уж тогда-то наша участь точно станет незавидной.
Глава 12. Это сладкое слово «халява»
Почему у нас так много любителей бесплатного сыра?
Один мой знакомый работал в салоне игровых автоматов. И однажды рассказал, как к ним пришла бабушка — божий одуванчик, у которой накопилось шесть тысяч рублей долга по квартплате. Старушка принесла всю свою пенсию — на тот момент немногим более двух тысяч — в надежде выиграть необходимую сумму, чтобы расплатиться с коммунальщиками.
Честно говоря, я немало удивился такому повороту, когда человек по самому прозаическому делу полагается на удачу и случай. Раньше мне казалось, что игрой увлекаются либо психически незрелые подростки, либо очень состоятельные люди, которые уже все имеют и не знают, чем бы еще пощекотать себе нервы. На самом же деле этой пагубной страсти подвержены все слои населения. И эта история заставила меня в очередной раз задуматься о специфической черте нашего народа — страсти к халяве.
Достаточно вспомнить хотя бы русские сказки, где все происходит «по щучьему велению». Если фольклорным героям западных стран для достижения результата нужно трудиться в поте лица или совершать многочисленные подвиги, то у нас вместо этого можно спокойно лежать на печке и ждать звездного часа, который непременно придет.
Почему так получается?
Мне кажется, корни такого отношения к жизни кроются в глубокой древности. И может быть, именно поэтому мы все еще живем очень бедно. Предки предоставили нам гигантские богатства, завоевав и освоив эти необъятные просторы. В России умереть с голоду гораздо сложнее, чем где бы то ни было. И наверное, такая ситуация основательно нас развратила.
Думаю, в этом заключается первая причина того, что мы никак не можем избавиться от своей «халявной» ментальности. Казалось бы, сегодня всем понятна необходимость развивать новые направления производства, внедрять современные технологии. Без них конкурентоспособность России попросту немыслима. Но с другой стороны, зачем напрягаться, когда нефть с газом чуть ли не сами текут из земли?
Вторая причина — привычка жить при социализме. Уже сама революция для многих стала реальным шансом на халяву хапнуть чужого добра. Правда, закончилось все это тем, что награбленное очень скоро буквально кровью выхаркали. Большевики быстренько оттяпали обратно захваченную помещичью землю. Да и остальное богатство никому впрок не пошло — то, что легко досталось, обычно не ценят и не стремятся сохранить.
Но вот прошли эти 70–80 лет, и грянула еще одна глобальная халява — российская приватизация. Причем многие из новых хозяев жизни не смогли с умом распорядиться захваченной собственностью. Именно такие люди несколько лет назад обратились к моему другу с предложением организовать совместное производство. От него им потребовался лишь опыт реальной работы. Потому что у них есть пустующие цеха, деньги, но нет необходимых знаний и умения обращаться со всем этим добром.
Неудивительно, что зачастую это добро попросту переходит из рук в руки, позволяя владельцам безбедно жить за счет его перепродажи. Причем подобный разврат жирующей верхушки уже отразился и на остальном народе. А русское авось только укрепилось в качестве объекта незыблемой веры: кто-то смог хапнуть — авось и у меня получится, даст Бог, и на этот раз пронесет…