Куда течет река
Шрифт:
Майя воспринимала слова женщин как интересную сказку. А что, мифы Древней Греции читали? Интересно было? Вот и славянские мифы тоже любопытно послушать. В школе такого не рассказывали.
От дальнейших разговоров и размышлений отвлек требовательный стук в дверь.
– Бабушка Варна, ведунья у тебя? – послышался звонкий мальчишеский голос.
– Сиди, сама схожу, – сказала Инияра и направилась к двери.
Майя не стала сдерживать любопытство и последовала за ней.
В дверном проёме переминался с ноги на ногу мальчишка лет семи
– Матушка-ведунья, я уж собирался к вам бежать, – скороговоркой выпалил ребенок. – Повезло, что вы в деревню пришли.
– Что случилось, Яков? – спросила Инияра.
– Беда, матушка-ведунья, ой беда! – Яков всплеснул руками. – Хворь на яблони напала. Яблочки ещё и налиться не успели, а стали гнить и падать. Батько просил в ноги падать и всеми богами заклинать. Только б глянули вы на яблоньки наши. Пропадем ведь без яблочек наших. Что на ярмарку повезем? Что менять будем? Чем зимой прокормимся? – мальчик явно старательно повторял чьи-то слова.
– Ладно, Яков, хватит словеса разводить. – Инияра с легкой улыбкой оборвала спектакль одного актера. – Беги к батьке. Скажи, что скоро приду. Посмотрю на яблони ваши.
Мальчишка сорвался с места, только голые пятки засверкали. Ведунья покачала головой и вернулась в дом.
– Что ж, Ная, – тихо сказала она, – вот и первый случай показать тебе, для чего нам дана сила.
– Тетушка Варна, – обратилась Инияра к травнице, – у меня с собой только травы. Разрешишь взять остальное?
– Спрашиваешь ещё, – проворчала Варна. – Бери что нужно и не стесняйся.
Инияра направилась в соседнюю комнату и чем-то зашуршала. Майя решила не мешаться ведунье под ногами и дождаться её в обществе хозяйки дома.
– Странно тебе всё здесь, небось? И страшно? – спросила Варна. – Там, откуда ты пришла, всё по-другому?
– Поначалу страшно было, да, – честно ответила Майя. – Теперь больше странно, чем страшно.
– И то хорошо. Ты прости старухе любопытство. Я ведь не могу ходить сквозь Грани, маловато во мне крови Велеса, – сказала Варна. – А на старости лет только любопытствовать и остается. Расскажи хоть немного, какой он, тот мир.
– Ну-у-у, – протянула Майя, не зная с чего начать. – В моём мире много больших городов. Там высокие дома из камня, стекла и пластика. Иногда их строят даже в сотню этажей и выше. Люди научились ездить по дорогам в специальных… эм-м-м, металлических коробках на колесах. Они называются машины. Научились летать по небу на самолетах. Изобрели электричество, радио, телефон, сотовую связь и интернет… – Она осеклась, заметив всё возраставшее недоумение во взгляде прозрачных голубых глаз Варны. – В общем, в моём мире люди пошли по пути научного и технологического развития и добились впечатляющих результатов.
– И решили, что стали равными богам. – Майя не заметила, когда в комнату вернулась Инияра. – Решили, что богатства земных недр неисчерпаемы. Что можно сколь угодно долго безнаказанно терзать плоть Земли-Матушки и выкачивать её кровь. Решили, что ваши сиюминутные интересы стоят выше, чем благополучие будущих поколений. – Ведунья вздохнула и поставила корзину на пол. – Я не говорю, что мир, вырастивший тебя, плох. Он просто выбрал другой путь развития. Но развитие мира не должно опережать развитие человека. Развитие того, что у него здесь и здесь, – Инияра прикоснулась кончиками пальцев ко лбу и центру груди Майи. – Если ум и сердце не готовы к прогрессу, ничего хорошего не получается. Вспомни хотя бы сколько войн случалось в истории того мира.
– Можно подумать, здесь все живут в мире и согласии?! И давно достигли просветления. – Майя не хотела спорить, но слова ведуньи задели, и отчасти тем, что были справедливы.
– Нет, конечно. – Инияра покачала головой. – Даже боги спорят между собой. Куда уж нам, смертным? Распри случаются и между отдельными людьми, и между поселениями. Но мы всегда стараемся решить их миром. Наша земля не впитала кровь войн, где сотнями тысяч погибали чьи-то мужья и сыновья, где брат шел на брата, где рушились дома, полные живых людей, и оставались ядовитые ямы и пепелища вместо деревень и городов. И не дай нам боги увидеть такие войны.
Инияра сложила пальцы на правой ладони так, чтобы большой, мизинец и безымянный соединялись подушечками, а указательный и средний оставались выпрямленными, и коснулась ими вначале лба, потом левого и правого глаза и в конце губ. Она поклонилась алтарю, который в доме Варны мало чем отличался от такого же в доме ведуньи, выпрямилась и подняла корзину. Старушка, кстати, тоже повторила этот жест. «Наверное, они так крестятся, – подумала Майя».
– Если хочешь, мы потом поговорим на эту тему подробнее, – предложила Инияра. – Сейчас нас ждут яблони.
– Тетушка Варна, мы придем дня через три, – обратилась она к травнице. – Поможем по дому и огороду.
– Спасибо, дочка, – ответила Варна. – Вот, пирога с собой захватите и кваса. Силы подкрепите. – Инияра поблагодарила и уложила протянутый сверток и глиняный кувшин в корзину. – А ты, Айяна, как невмоготу учиться станет, навещай старушку. О том мире расскажешь. Я послушаю с радостью. Чем ещё в мои года потешиться. Да тебе тоже истории разные поведаю.
– Спасибо, приду обязательно, – ответила Майя.
Ей старушка понравилась. Наверное, все бабушки любых миров знают особое заклинание, как завоевать любовь младших поколений. Во всяком случае. Если не притворяются добрыми и всепонимающими.
До яблоневого сада шли примерно минут пятнадцать. В таких огромных садах Майе бывать не приходилось. Казалось, деревьев было так много, что сад вполне мог конкурировать размером с лесным массивом. Инияра прошла немного вперед и остановилась у одной из яблонь. По какому она признаку выбрала именно это дерево, Майя понятия не имела.