Лик Девы
Шрифт:
– Мессер консул! Все собрались и вас ожидают.
На площадке башни возник кавалерий [6] Микаели ди Сазели, верный помощник и советник консула. Это был длинноволосый, франтоватый молодой человек, одетый в ярко-красный колет с пышными буфами рукавов и короткие, плотно облегающие бедра штаны с узкой каймой из венецианских кружев по низу, надетых поверх чулок-штанов.
– Прощайте!
– коротко бросил консул и начал спускаться вниз.
– Я никуда отсюда не уеду, господин консул!
– выкрикнула ему в спину Беата и топнула ножкой.
– Да, бонна Беата! Вы правы, маловероятно, что вы сегодня уедете. Шторм все больше усиливается, и вряд ли даже страх перед турками выгонит капитана в море.
Кавалерий подошел к ней, пристально всматриваясь в ее лицо. Море из изумрудного, неспокойного превратилось в серое, угрожающе-беспокойное,
– Смотрите, господин кавалерий, парусов больше нет!
– И она звонко рассмеялась.
– Шторм прекратится, и они вновь здесь появятся, госпожа, - хмуро ответил кавалерий.
– Они как стая волков, почуявших добычу - пока не добьются своего, не отступят. Господин консул прав - вам надо отсюда уезжать. Хан Менгли-Гирей теперь союзник туркам, и татары не дадут возможности пройти по суше, единственный путь - море.
– Вы считаете… турки смогут взять крепость?
– Если нам не поможет чудо, так и будет, спаси нас Господи!
– кавалерий перекрестился.
– Крепость неприступная, но у нас мало воинов. Протяженность стен крепости святого Креста - половина неаполитанской мили, всего имеется четырнадцать башен, а воинов у нас наберется около полусотни, ополчения будет еще сотен пять-шесть, с учетом населения ближайших селений, возможно, дотянем до тысячи. Из вооружения у нас - на башнях устаревшие баллисты и катапульты, имеется всего с полсотни кулеврин и с десяток серпентин. Господин консул распорядился реквизировать все орудия с торговых судов, стоящих в нашем порту, это даст незначительное увеличение легких пушек. Дальность их боя максимум ярдов двести-триста. Турки имеют тяжелые орудия, которые бьют раза в три дальше. Как обычно, они будут днем и ночью палить из своих орудий, пока не разобьют стены, и тогда пойдут на приступ. У верховного визиря Гедик-Ахмед-паши двадцать четыре тысячи профессиональных воинов, а у нас все население города раза в три меньше. Как думаете, госпожа, сколько мы сможем продержаться при таком раскладе?
Из города донесся тревожный звон колоколов церквей. Сердце молодой женщины сжалось щемящей тоской - больше от колокольного звона, чем от слов кавалерия.
– Знаете, сколько в нашем городе церквей? Тринадцать латинских, восемь греческих и пять армянских. Послушайте! Слышите?! В их звоне нет единения, а оно нам так необходимо. У турков много врагов, но никто из них не придет к нам на помощь. Ни молдавский господарь со своим войском, ни владетель княжества Феодоро князь Александр. Услышав этот звон, большинство жителей окружающих селений бегут в горы, а не сюда, под защиту стен и консула. Память о резне, устроенной здесь татарским ханом Ногаем сто семьдесят лет тому назад, до сих пор жива - тогда не пощадили никого из жителей города. Прощайте, госпожа, и постарайтесь уехать, когда успокоится море - от турок не следует ждать пощады. Даже если останетесь в живых после штурма, вам - молодой, красивой, будет уготована участь наложницы в гареме турецкого сановника.
– И кавалерий, поклонившись, удалился.
Окончательно замерзнув от порывов холодного ветра, Беата спустилась вниз, в зал. Эта мощная крепость ей стала казаться ненадежной и слабой.
16-й лунный день. Луна в Водолее
Днем, лежа на пляже, Маша размышляла, вспоминая о ночном происшествии. Будучи человеком здравомыслящим, она ко всему этому отнеслась скептически.
«Если упал сверху кирпич, то всегда найдется причина этому, - считала она.
– Ночные звуки сами по себе не страшны, если за ними не кроется злой человеческий умысел. В том, что ночные видения пригрезились - нет сомнений. Но что послужило этому причиной?
– тут Машу осенило и все стало ясным, как светлый летний день.
– «У Фрейда есть понятие сублимации, другими словами, перенесения или трансформации сексуальной энергии в другую энергию. У людей творческих она особенно сильно проявляется. Неразделенная любовь к Кириллу у меня вылилась в написание стихов, хотя я никогда этим не увлекалась. Накопившаяся во мне негативная энергия: разрыв с Кириллом, авария, ночной заплыв, подкрепленная антуражем мрачного замка, вылилась в психическую энергию - галлюцинации. И без врачей понятно, что мне надо больше отдыхать и меньше думать о проблемах. Чтобы подавить эту негативную энергетику, требуется задействовать другой сильный раздражитель. И лучше всего - кем-нибудь увлечься. Хотя бы Анатолием».
–
– «Еще во время первого дежурства в замке, красномордый прапорщик меня предупредил, что я обязательно столкнусь с чем-то необычным, как было раньше с другими ночными дежурными. Выходит, с подобными галлюцинациями сталкивались также другие люди, и мои проблемы не имеют никакого отношения к их возникновению? Было бы здорово встретиться с кем-нибудь из прежних ночных дежурных и подробно расспросить».
Пытаясь разумно объяснить произошедшее с ней, без духов и привидений, Маше пришлось бы предположить, что это наведенный гипноз или НЛП, хотя бы со стороны прапорщика. Ведь известно, что специалисты нейро-лингвистического программирования могут в разговоре незаметно заложить «якоря» и этим задать алгоритм поведения человеку. От размышлений у Машки разболелась голова, и она решила больше не сушить над этим голову. «Будущее покажет!»
После обеда, по сложившейся привычке, Маша зашла на базу дайверов и стала свидетелем жаркого спора между Андреем и Яриком. Оба парня были так увлечены, что даже не заметили ее прихода. Черноволосая инструктор Марина, приехавшая сюда из далекого Казахстана, вполголоса объяснила, что спор разгорелся из-за появившихся слухов о том, что недалеко отсюда, возле пещеры Кара-Коба, что в переводе означает Черная пещера, с интервалом в несколько дней, были обнаружены двое мужчин, полностью потерявшие память. Вчера их показывали по телевизору и просили помочь опознать их, так как они ничего не могли о себе сообщить… Теперь ребята спорят, Ярик говорит, что это происки инопланетян, ворующих людей и лишая их памяти, а Андрей, что здесь без разборок бандитов не обошлось. Видно тех несчастных так отдубасили, что они ничего не помнят. Маша пожала плечами, мол, ерундой занимаются, затеяв бессмысленный спор, а сама подумала: «Рассказала бы вам о ночном происшествии, но никто же не поверит, подымут на смех. Да я и сама, чем больше думаю об этом, тем все больше оно мне кажется нереальным».
Тем временем подошли клиенты на погружение - семья из трех человек, и инструкторы захлопотали возле них, подбирая снаряжение.
– Ты плохо спала?
– поинтересовалась Марина, угощая горячим зеленым чаем, и изучающе уставилась на нее. «До чего у нее неприятный взгляд черных глаз! В них лишь пустота».
– в который раз про себя отметила Маша и отвела глаза.
– «Хотя она неплохая девчонка, всегда пытается чем-нибудь угостить, только излишне молчалива».
– Дело в том, что в мои обязанности входит не спать ночами - я ведь дежурю в старой крепости.
– усмехнулась Маша.
– Ах да, я упустила это из виду. Просто ты сегодня не такая, как всегда.
– Какая - не такая?
– начала допытываться Маша, а сама раздумывала: «Может, поделиться с ней ночными страхами?»
– Ты выглядишь как человек, желающий что-то рассказать, - смеялось лицо Марины, но глаза ее были пусты и ничего не выражали.
«Я что - открытая книга?!
– Маша разозлилась.
– Ничего ей не расскажу!» А вслух сказала: - Это тебе только кажется - жизнь скучна и однообразна, никаких событий достойных внимания нет.
– Правда, что здесь может быть интересного?!
– согласилась Марина.
– Днем пляж, ночью дежурство. Отдых - не отдых. Анатолий собирается поехать в горы, хочет посетить Красные пещеры - упади ему на хвост.
– Неудобно, он же, по-видимому, поедет с этой белоруской, Викой.
– Маша заволновалась, идея ей очень понравилась.
– Удобно - неудобно - делай, как знаешь. В этом мире каждый сам за себя.
– Марина встала и пошла к морю.
Маша набралась храбрости и подошла к Анатолию, в компрессорной «набивавшему» воздухом баллоны.
– Анатолий, как думаешь, я не сильно помешаю тебе с Викой, если напрошусь поехать с вами в Красные пещеры?
– спросила она, присев на корточки, чтобы поймать его взгляд. Тот от неожиданности даже уронил гаечный ключ.
– Ты ничего не подумай, я в Крыму в первый раз, нигде не была, кроме Судака.
– А откуда ты взяла, что я собираюсь с Викой на Кизил-Кобу?
– спросил удивленный Анатолий.
– Собственная агентурная сеть, - потупив глаза, скромно сказала Маша.
– Агенты у тебя в самом деле высококлассные, - пробормотал Анатолий, - ведь об этом я ни с кем еще не говорил, даже Вике собирался сказать о поездке только сегодня вечером. Княжна, ты меня все больше и больше удивляешь! Сейчас даже больше, чем ночью в море в странном костюме.