Наши крылья растут вместе
Шрифт:
От этих слов Марк нахмурил брови. Он как — то не подумал об этом, будучи занятым изменением курса. Он представил, что будет с пассажирами, когда они услышат эту новость.
— Сейчас наши бортпроводники возьмут на себя весь предстоящий ужас.
Он тут же подумал об Оливии. Она наверняка уже знает куда они летят. Сейчас она убивается в радостной истерике. Эгоистка, она ведь так хотела очутиться в Лондоне.
Откинув эти неприятные мысли, Даниэль нажал кнопку микрофона:
— Уважаемые, Леди и Джентльмены, с вами говорит капитан Даниэль Фернандес Торрес, прошу вашего внимания.
Его
— В аэропорту Брюсселя произошло два взрыва, в связи с чем все рейсы перенаправлены в другие города. Нас направили в Лондон в аэропорт Хитроу. Прошу отнестись спокойно к этой новости, имейте уважение друг к другу и экипажу, не создавайте панику. По прибытию в Хитроу сотрудники аэропорта вам подскажут, как действовать дальше. Пассажиров, летящих стыковочным рейсом, прошу продиктовать свои данные бортпроводникам. Мы начнем снижаться через 30 минут. Спасибо за понимание.
Как только он отключился, люди еще минуту сидели молча. Оливия видела на их лицах непонимание происходящего. Это она летела в одну страну, а попадет домой. Они же напротив, летели домой, а окажутся вдалеке от него. После слов Даниэля все бортпроводники подходили к людям, записывая их данные. Так Оливия оказалась возле Боба, который усмехнулся:
— Мне даже не надо будет добираться домой.
Она понимала его, стараясь быстрее закончить опрос у людей, сидящих рядом с ним, но ее отвлек мужской голос, который буквально выкрикнул с места:
— Сколько погибло людей? Подорвали самолеты? Нас тоже подорвут?
Все резко стали оборачиваться к нему, и он встал, привлекая на себя взгляды:
— Нам врут. Они составляют списки, что бы проще было узнать кто — где сидел. Потому что наши тела вряд ли можно будет опознать.
От этих слов холодок коснулся кожи Оливии.
Глава 23
Паника на борту— это катастрофа для экипажа. Оливия уже встречалась с чем — то подобным, когда такой же тяжеловесный мужчина собирался открыть дверь самолета в воздухе. Оливия знала, что дверь автоматически блокируется в полете, ее невозможно открыть. Но ей никто не верил. Тому мужчине верили больше. Сейчас она боялась, что и этому пассажиру поверят.
— Мы пытаемся выяснить, сколько стыковочных пассажиров, чтобы помочь им, — она стала продвигаться к нему, видя во втором салоне нечто подобное.
Если в тихую очередь запустить одного недовольного человека, то он заведет всех остальных. Это цепная реакция. И нет управы, если запущен механизм. Но есть только один способ— как можно быстрее подавить лидера, пока механизм еще не сработал.
— Сядьте, пожалуйста, на место и пристегните ремень безопасности. Мы скоро начнем снижаться, — Оливия говорила с улыбкой,
— Мы не верим вам, — произнес грубый голос мужчины, — на нашем борту бомба? Поэтому нас направили подальше от Брюсселя?
Он все еще стоял возле своего кресла, а девушка не решалась к нему подходить.
— Вы пугаете людей, — произнесла она, — прошу вас сесть.
Теперь голос Оливии был строже, и она уже не улыбалась, потому что сильный страх не давал ей делать этого.
— Мы все умрем, — пробормотала та самая старушка, которую Оливия успокоила ранее, но ее соседи не готовы были умирать. Желание оказаться в Тенерифе было куда больше:
— Что будет с нами? Мы не попадем на свой рейс.
Голова пошла кругом. Слишком много требований, слишком много они хотят:
— Пусть для начала самолет совершит посадку. Разбираться кто — куда улетит, вы будете в аэропорту Хитроу, а не в воздухе, — девушка уже ели сдерживалась, чтобы не накричать на них. Она тут же обратилась к старушке, — мы не умираем, — потом черед дошел до мужчины, — сядьте уже, нет у нас бомбы. Хотя бы в этом нам сегодня повезло!
К ее удивлению он сел, и Оливия спокойно выдохнула, продолжая опрос.
Этот сумасшедший полет она запомнит надолго. День не сложился с самого утра, но она надеялась возместить это встречаясь с мамой. Больше она ничего не хотела.
Келси собрала все данные пассажиров и нажав код на двери к пилотам, зашла внутрь. Даниэль разговаривал с диспетчером, поэтому она отдала списки Марку. Он взглянул на него и ужаснулся:
— Стыковочных пассажиров много. Я не знаю, как они улетят куда собирались.-. Он сунул капитану список, ожидая его реакцию.
Даниэль взглядом пробежался по нему, удивленно подняв брови:
— Я свяжусь с Хитроу и передам им, спасибо Келси. Как пассажиры себя ведут?
— Уже сносно, — улыбнулась она, — смирились с действительностью.
Он даже не стал спрашивать о том, как они себя вели до того, как смирились. Сейчас его волновал куда более сложный вопрос:
— Лондон перегружен, большинство рейсов отправлено именно туда. Нам дадут очередь на посадку, поэтому я не знаю, сколько нам еще находиться в воздухе.
Келси понимающе кивнула и вышла в салон.
Даниэль крутил в руках листок бумаги, задумчиво смотря перед собой на бортовые датчики. Этот рейс наверно кто — то проклял. И кажется, он догадался кто— он сам. Это он пожелал Оливии веселого рейса. Веселей просто не придумать.
Еще сорок минут они кружили над городом в ожидании очереди на посадку. Туман полностью поглотил Лондон, закрывая видимость огней. Все складывалось ни в пользу пилотов. Радовала только смена часового пояса— город еще только готовился принять вечер, солнце уходило за горизонт, стараясь последними лучами показать им дорогу.
— "Arabia Airline" 2-1-6, посадку разрешаю.
Голос диспетчера создал успокоительный эффект на Даниэля, но в тоже время новое волнение пришло на смену долгому полету— туман.