(Не) моя свадьба
Шрифт:
Глава 38. Виновен по умолчанию
Через полчаса Баграт уже парковал машину у нужного дома.
Набрал на домофоне номер квартиры.
– Кто это? – из динамика раздался очень знакомый мужской голос.
– Артур, ты что ли? Это Баграт.
– Открываю… – раздалось почти сразу.
«Он до сих пор там, надо же», – подумал Баграт, чувствуя нарастающую злость на младшего брата.
Когда поднялся наверх, именно Артур открыл ему дверь.
Баграт не упустил случая переброситься с младшим парой ласковых слов:
– Какого хрена ты не позвонил
– Так Милана же была в курсе, что они нагрянули, Кира так сказала. Вот я и подумал, она тебе скажет, – пожал он плечами.
Думал он, видите ли.
– Почему тебя в гости позвали, а меня нет?
– Меня тоже не звали, так получилось, я Левона встретил в аэропорту, друга провожал. Ну и слово за слово…
«Ладно, живи…» – мысленно пробурчал Баграт.
– Брат, ты это… – Артур неловко повел плечами. – Сильно не переживай. Я Левону с Кирой все объяснил, постарался по крайней мере. Но они не очень–то поняли. Злые, в общем.
И тут в прихожую вышел Левон.
– Что вы тут шушукаетесь? Что не заходишь, Баграт? А?
– Захожу, – кивнул он, зыркнув на брата.
И в кои–то веки почувствовал себя не старшим, а максимум средним Саркисяном. Но быстро одернул себя.
– Зачем явился? – спросил Левон с прищуром.
– За соской, – ответил Баграт.
Левон посмотрел на него удивленно, хотя никак не прокомментировал такой повод.
– И поговорить, – добавил Баграт со вздохом. – Только спокойно, без криков.
Левон кивнул:
– Если без криков, то проходи. Только учти, Кира беременна, ей нервничать нельзя. Если услышу, что повышаешь на нее голос…
– Да что я без понятия, что ли? – возмутился Баграт. – По–доброму пришел поговорить.
Все трое прошли в гостиную, где Кира сидела, держа на коленях Каролину.
– Почему он здесь? – строго спросила она и полоснула по Левону взглядом.
– Кир, давай выслушаем, что скажет, – ответил Левон примирительным голосом.
Баграт подождал, пока невестка справится с собой, прекратит буравить его ненавидящим взглядом, кивнет.
Он взял стул, сел напротив нее. Братья устроились рядом.
– Вы Милану не вините, – начал он спокойным голосом. – Она не виновата в том, что у нас с ней случилось
– А я и не виню Милану! – воскликнула Кира, да так громко, что ее крошка–дочка удивленно уставилась на мать. – Я тебя виню!
На это Баграт лишь вопросительно на нее посмотрел.
Кира же продолжила строгим тоном:
– Милана была наивной восемнадцатилетней девочкой, а ты взрослый мужчина. И насколько я знаю свою сестру, инициатором того, что вы заделали Пашку, явно была не она. Или я не права?
Баграт кивнул, ответил сдавленным голосом:
– Так вышло, уже ничего не поделаешь. Я не специально заделал ей ребенка.
– О, это я как раз могу понять, – ответила невестка с усмешкой. – Но что я не могу понять, так это то, что ты никак ее не поддерживал все это время!
Ну снова–здорово. Он бы поддержал, еще как, да только кто бы ему сказал, что у него растет сын.
– Я ни при чем, – отрезал он строго. – Я не знал, что Милана тогда забеременела.
– Как нужно было расстаться
– Она пыталась мне сообщить, но… – Баграт запнулся.
Вовремя сообразил, что не стоит семье знать, почему он проигнорировал звонок Миланы, и чем, точнее кем был в тот момент занят.
– В общем, информация не дошла, – сказал он со вздохом.
– Какая удобная отговорка, – Кира зыркнула на него зло.
– Это не отговорка, я правда не знал.
– Кира, это так и есть, – вдруг поддержал его Артур. – Никто из нашей семьи не бросил бы своего ребенка.
– Теперь я забочусь о Милане и сыне, – сказал Баграт со значением. – У них всего достаточно, они живут со мной под надежной защитой, тебе не о чем волноваться.
– Какой молодец… – проговорила Кира с издевкой. – Заботишься о них, переживаешь. Сколько ты это делаешь? Две недели? А ты хоть знаешь, через что прошла эта девочка, пока вынашивала и нянчила твоего ребенка?
И тут невестка обрушила на голову Баграта такое, чего и в страшном сне услышать не пожелал бы.
Она припомнила ему все, что случилось с малышкой Миланой за последние полтора года. Рассказала о том, как та работала официанткой, пока была беременна, как ее тошнило на сменах, а она все равно продолжала ходить в то кафе, потому что очень нужны были деньги. Как им не хватало на витамины, как ее сестра боялась рожать, и как Кира встречала ее измученную у роддома, на последние копейки собирала приданое ребенку. Сколько бессонных ночей молодая мама провела у кровати сына, а потом шла на смену горничной в отеле, хотя сама валилась с ног от усталости.
Это ведь только потом Левон устроил Милану на хлебную и непыльную работу по специальности, а до того она попросту выживала как могла.
Кира даже рассказала про стирку пеленок вручную.
– А пеленки–то зачем вручную стирать? – удивился Баграт. – К тому же есть подгузники.
И тут Кира вывернула на него новый ушат информации про то, что не у всех и не всегда есть деньги на подгузники, или даже еду, и что стиралки, бывает, ломаются.
– Эти полтора года Милана не жила своей жизнью, она всю ее посвятила твоему сыну! – закончила свою речь Кира. – А ты в это время жил королем, по девкам гулял, и все у тебя было хорошо. А теперь ты рассказываешь, как заботишься о них? Сейчас у Миланы светлая полоса, есть свои деньги, обустроенная квартира, Пашка стал спокойней, и тут появился ты на все готовое. Где ж ты раньше был, когда она в тебе так нуждалась…
После всего, что Баграт услышал, брошенная им фраза «Ну я же не знал», уже не казалась хорошим оправданием.
Паршивое и никчемное оправдание.
Неожиданно ему стало понятно, отчего же милая и нежная по своей природе девочка так злилась на него еще недавно. После подобных испытаний он бы на ее месте даже на порог не пустил, не то что разрешил видеться с ребенком.
А Милана мало того, что пыталась наладить с ним общение, еще и сердце раскрыла.
Он уходил домой в подавленном состоянии. Пока рулил по улицам Анапы, все гадал: сколько же в Милане благородства, чтобы простить такое? Уж явно больше, чем в нем.