Нелюдь
Шрифт:
Смотрю на рот ее полуоткрытый, вижу, как вырываются ее стоны. Я, блядь, не просто читаю их на экране монитора. Я их вижу. Я их слышу, как и сердце, которое колотится под моей ладонью. Чувствую, как напрягается живот.
Потянуть молнию платья, позволяя ему мягко опуститься к ее ногам. Отойти на шаг и рвано выдохнуть, застонать и тут же, мысленно проклиная себя, закрыть рот сжатой ладонью. Абсолютно голая и в одних чулках. И, если мне хоть кто-нибудь скажет, что видел женщину сексуальнее, я молча вырву идиоту язык за эту ложь.
Слишком красива, чтобы быть настоящей.
Ее губы подрагивают, слишком соблазнительные, чтобы устоять. Но я обхожу ее сзади, снимаю шпильки, распуская длинные волосы, темным водопадом падающие на тонкую спину.
Такая беззащитная. Покорно стоит, ожидая моих действий. А меня на части разрывает от желания сжать ее, оставить синяки на идеальной нежной коже. Чистая. Слишком чистая для меня. А мне плевать. Она сама захотела окунуться в мою грязь с головой.
Расстегнул ширинку и приблизился к ней вплотную. Головкой члена по ягодицам и между ними. Она напрягается, ее дыхание, и так не ровное, окончательно сбивается. А я закричать хочу, чтобы говорила. Чтобы стонала вслух. Это не наша долбаная переписка. Я хочу ее голос. Хочу имя своё ее голосом слышать.
Притянуть ее к себе, вдыхая запах свежести, сжимая ладонями грудь. До боли. Не хочу полутонов сегодня, Принцесса. Прикусить мочку уха, терзая соски, возбужденные, твердые. Щипая их и перекатывая между пальцами Другой ладонью нырнуть вниз, между ног. Двумя пальцами погладить между нижних губ и сразу в нее. В узкую сладкую дырочку. И тут же выдохнуть прямо в ухо, когда сжала меня изнутри. Выскользнуть обратно, продолжая тереться об нее членом, чувствуя, как начинает трясти самого от желания опрокинуть на четвереньки и грубо отыметь... Но у моей девочки была особенность, которую я хотел уничтожить сегодня и навсегда. Сжимаю клитор, растираю его большим пальцем, проникая двумя другими в нее снова. На всю длину и резко. И так же резко обратно. И снова внутрь, толкаясь сзади, о ее ягодицы членом. В том же ритме, кусая ухо, шею. Сатанея от возбуждения, спалившего внутренности дотла.
***
Вдыхает запах моих волос. Безликий любовник с запахом опасности и самого бешено желанного мужчины за всю мою жизнь. Квинтэссенция похоти и благоговейного восторга от каждого касания, о которых мечтала, которые ждала, казалось, целую вечность. Изнеможение и обжигающая, слепая страсть, граничащая с пьяным безумием. Даааа, я опьянела от его близости и от понимания, что МЫ НАСТОЯЩИЕ, живые, горячие. МЫ ЕСТЬ. Мы не имена, потерянные в бесконечной искусственной паутине.
Как же я хочу его. Хочу его настолько сильно, настолько остро, что на глазах выступили слёзы.
Возбуждение потрескивает в воздухе тяжестью голодного электричества. Меня обжигают даже его вздохи. Такой же властный, как и в переписке, такой же невыносимый искуситель. И я всхлипываю с рыданием, когда захватывает мой язык пальцами, не давая вести...Ведет сам.
Я хочу его видеть и не хочу. Меня сводит с ума этот запрет, эта игра, которая вдруг стала не просто реальной, а настолько реальной, что мне кажется, я впадаю в состояние невесомого помешательства.
Сжал сосок...и я громко застонала, хватая воздух. Наконец-то его ласки, а не мои. Его пальцы, а не мои, его губы, а не мои.
Больно и сладко. Пульсация между ног невыносима. Не спадает, нарастает с такой скоростью, что меня начинает лихорадить.
Раздевает, а для меня каждое его движение - мистика, сумасшествие. Голая перед ним. В повязке на глазах и черных чулках. Как он хотел. Какая же неуправляемая власть у него надо мной, порабощающая, подавляюще-тяжелая и сводящая с ума. Прохлада касается напряженных, твердых сосков, обвивая их болью, острыми покалываниями от жажды ласки. Трясет от голода.
Распускает мои волосы. Сколько раз он писал мне об этом. Джокер. Мужчина с чужим именем, без лица, без голоса. Только руки, губы и язык тела. Сказано было слишком много. Хотелось орать тишиной. Тереться о его ладони возбужденными сосками в унисон тому, как его горячая плоть трется о мои ягодицы. Чувствую его член, и влага течет по ногам. Так унизительно, так откровенно и бессовестно. Так грязно...Сжимает ладонями грудь, и меня выгибает к нему назад, прогнувшись в пояснице, ритмично двигаю ягодицами навстречу его движениям, сводящим с ума. Он не торопится... я чувствую эту неторопливую жесткость. Терзает соски, и я понимаю, что с ним все иначе. Не так, как с другими. Я на грани... я вот-вот унизительно кончу только от того, как он ласкает мою грудь и трется о ягодицы членом.
Вскрикнуть от проникновения пальцев и сжаться в первой судороге под его выдох и свой гортанный стон. Первое проникновение. Такие желанные пальцы. О, как я хотела их. Каждый его палец. Каждую фалангу ощутить внутри себя. Именно вот так. Сильно. Глубоко. Резко.
Кусает мочку уха, рычит сквозь зубы и ритмично двигается внутри. Толчками. Длинными рваными толчками. Сжимает клитор, и меня накрывает медленно и необратимо. Не останавливается, так чутко улавливая ритм, в унисон каждому моему стону, быстрее и быстрее, кусая затылок. Толкая за грань. Заставляя резаться о края едкого наслаждения, впиваясь в мои волосы, оттягивая голову назад.
Он смотрит. Я чувствую его взгляд кожей. Его голод впивается в каждую пору на теле, проникает ядом в натянутые, как струны, вены. Сильно и глубоко врывается пальцами и скользит по клитору. Уверенно. Настолько уверенно и умело, что мне хочется орать от каждого касания, скользящего по влажной плоти. И я слышу собственный громкий крик с рыданием, переходящий в протяжный стон. Оргазм ослепляет, сама насаживаюсь на его пальцы, трусь о его член, судорожно сжимаясь, замирая с широко раскрытым ртом на самом острие нирваны…И в космос…тот самый, который обещал. Только с ним так. Только с ним до самого края, до самого дна. Пожирает мои стоны, не касаясь губ.