Опция поиска
Шрифт:
хотелось натертых полов и запаха жареной картошки.
А Валерию в то время занимали поиски себя в реальности строящегося
капитализма. От перспектив захватывало дух. Захватывало дух от открывающихся
возможностей, которыми не воспользоваться было глупо, а медлить с этим – глупо в
квадрате.
В конце 90-х-начале нулевых активно плодились совместные предприятия
молодого российского бизнеса с бизнесом стран капитализма зрелого,
производственные
процветанию поместного рэкета, крепли первые всходы коммерческих банков и
страховых компаний, больше похожих на финансовые пирамиды.
Должность плановика производства, увенчавшая ее диплом о высшем, не
давала Валерии ни малейшего шанса найти работу по профилю сей уважаемой в
недавнем прошлом специальности, но именно это и стимулировало Лерину
активность. Она жадно искала работодателя, который по достоинству оценит ее
мозги, изобретательность, энергию и прочие качества, не последними из которых
были напор и натиск.
Леру понесло из фирмы в фирму, с должности менеджера по продажам на
должность координатора тех же продаж, а потом она стала заместителем
управляющего страховой компании, а потом начальником департамента российско-
финского СП, а потом она подружилась не с теми людьми.
Рисковый мужик из «новых русских» убедил Леру бросить цивилизованных
финнов и начать работать на него. Под вывеской какого-то ООО, то ли «Рассвет», то
ли «Ракета», он арендовал стандартную выгородку на компьютерном рынке, где они с
напарником занимались продажей пейджеров и мобильных телефонов, на тот
момент товаром не многим доступным, но притягательным. Товар хитрыми путями
притекал им с дальних восточных рубежей, и, несмотря на транспортные и
таможенные издержки, дельту с продаж пацаны имели головокружительную.
«Соглашайся, старушка», – сказал ей тогда Антон, – «Не достало тебе что ли в
подземку спускаться? У меня ты за полгода заработаешь на тачку, а за год на
квартиру»
Но не корысти ради решилась Валерия на столь резкие перемены. Вернее, не
только ради корысти, и уж, конечно, не в первую очередь. Бурова жаждала какой-то
лихой пиратской романтики, ей хотелось добиться в жизни яркого результата, хотя
она и не понимала сама, какой результат ей конкретно видится в перспективе. А для
начала, просто стать рулевым, нет – капитаном, конечно же, капитаном собственного
корабля, а не служить винтиком отлаженного финско-российского механизма, где не
было места ни дорогой для русской души расхлябанности,
инициативе. Ничего, кроме тупого прессинга и штрафов за трехминутное опоздание.
И она согласилась.
Антон был сильный и опасный человек, и его опасное обаяние заворожило
Бурову, не могло быть иначе. И новый темп жизни ее устроил, и нервно-рваный
график рабочих дней, когда неделями приходилось спать по пяти часов в сутки, а
потом разрешать себе внезапный однодневный отдых на берегу Адриатики, и азарт
конкурентной борьбы, и хлопки и шипение шампанского по завершении очередной
фантастической сделки. И насмешливая похвала Антона. И, конечно же, Леру
устроили деньги, хорошие деньги.
Но как-то случайно она обнаружила, что у некоторых сотовых телефонов,
поступающих партиями на склад, имеются прицел, затвор и магазин, хотя по
накладным с мобильниками все было чики-поки. Это открытие ей сильно не
понравилось. Она не решилась задать прямой вопрос Антону, инстинкт
самосохранения воспротивился. А потом Лера стала ловить на себе нехорошие
взгляды его напарника, и не знала, как эти взгляды следует оценивать. Не знала, но
предположение сделала.
Тот же инстинкт самосохранения заставил ее действовать. Она придумала
болезнь, и больницу, и последующий отпуск за свой счет. Не теряя времени даром,
нашла по обмену квартиру в противоположном конце Москвы, там и затаилась.
Она была рада-радехонька серенькой должности менеджера-маркетолога на
сереньком предприятии по производству ламп. Однако вскоре Валерия поняла, что
лампы были не накаливания, а бегущей волны, а это круто. Что производство было
высокотехнологичным и инновационным, а само предприятие, в смысле стен и
оборудования, выглядело сереньким и неказистым только на невнимательный
взгляд.
От должности менеджера она быстро добралась до руководителя отдела
маркетинга корпорации «Микротрон», и там прижилась, по сходной цене предоставив
в эксплуатацию капиталисту Лапину свои мозги, изобретательность и энергию.
За всеми этими перипетиями муж куда-то делся, Лера осталась жить одна,
радуясь, что никто теперь не отвлекает ее от собственной, частной и отдельной
жизни и не отнимает время на чушь – носки, трусы, рубашки и котлеты вместо
яичницы.
Она утвердилась во мнении, что идеальные люди есть, но идеальных мужчин
не бывает. Неидеальные ее раздражали, некоторые из них – бесили. Леонид