Первый генерал
Шрифт:
Городской пейзаж буднично менялся за окном, рекламные билборды поочередно призывали, то помнить о Великой победе, противостоять врагам и ловить иностранных деструктивных элементов, то попробовать новый восхитительный вкус пива, различных марок и производителей. «Московский солдат», «Жигулевский воин», «Енисейский партизан» – все названия словно выбирались по одному шаблону, отметавшему всякую логику, ну где Енисей и где партизаны? Бред. Все окружающее давно казалось Смирнову сюрреалистическим сном извращенца.
Спустя полчаса, Пер вышел на нужной остановке. Взглянул на часы на телефоне, и так как, идти к Богдану было еще рановато,
Не спеша прогулялся через частный сектор, постепенно поглощавшийся многоэтажками, прошел через арку, проложенную под железнодорожными путями, и перебежав дорогу вышел к пляжу. Пляж, двести метров песка, камней и мусора, был пуст, за исключением двух рыбаков, забросивших снасти в реку и тихонько беседовавших, о чем – то. Пер присел на бревно, выброшенное по всей видимости на берег штормом, неподалеку от рыбаков и уставился на реку.
Вода в реке не была прозрачной, а имела грязно-коричневый оттенок, из-за загрязнения, а также из-за большого количества мелких частиц песка и почвы, которые река смывала с берегов на всем своем протяжении, наверное, поэтому в соседней стране ее так называли – река черного дракона. Пер очень любил эту реку, любил смотреть как ее мощные воды проносят мимо и сваленные непогодой деревья и мелкий мусор, унося их вдаль к холодному морю.
Просидев так часа полтора, почти не двигаясь, и отвлекаясь лишь на то чтобы прикурить сигарету, а спустя три минуты затоптать ее в песок Пер взглянул на часы, встал, и отправился по нужному ему адресу. Богдан жил неподалеку в частном секторе, у него была какая-то постоянная работа и он не появлялся дома раньше шести или семи часов вечера, бывало мог и до десяти задержаться, и людям приходилось покорно ждать где-нибудь поблизости, ведь он им был нужен сильнее, чем они ему.
Подойдя к нужному дому на Артиллерийской улице, окруженному зеленым высоким забором из профлиста, встав на против калитки, Пер несколько раз оглянулся, улица была пуста. Парень быстрым шагом подошел к входу и с силой нажал на звонок. Подождал минуту, и снова нажал. – Неужели никого нету? – с ужасом подумал он, снял кепку и темные очки, встал так, чтобы камера, встроенная в звонок, могла его лучше видеть.
Пер собрался уже позвонить в третий раз, когда услышал тяжелые шаги и скрип деревянного настила. Калитка распахнулась, на пороге стоял Богдан. Огромный мужик, ростом под два метра и весом килограмм сто тридцать, с коротко постриженной рыжеватой бородой, одетый в спортивные штаны и дубленную жилетку на голый торс.
– Проходи – голос у Богдана был мягкий, можно даже сказать нежный, что совсем не подходило к его медвежьей внешности.
Пер переступил порог и сделал шаг в сторону, чтобы не мешать Богдану закрыть калитку на мощный, металлический засов.
– Не узнал тебя сразу – пожал плечами мужик, и улыбаясь посмотрел на Пера сверху вниз. – За жижей?
– Да – почти шепотом робко ответил Пер.
– Деньги есть?
– Ну конечно.
– Наличка?
– Да.
– Молодец. А то приходят тут, некоторые, типа: а у вас терминала нету что ли? Прикинь? Какие дебилы. Я таким быстро объясняю, что к чему. – и Богдан громко рассмеялся. – Ты это, проходи. Подождать надо будет чуть-чуть, все кончилось должны вот-вот подвезти. За мной проходи, посидишь не много, пусть усталые ноги отдохнут – он снова рассмеялся.
Пер молча пошел за Богданом.
– Садись здесь и жди. И не лазь ни куда, понял? Не высовывайся. – Он развернулся и напевая песенку про шустрого, но мертвого вора, пошел к дому.
Пер послушно сел на лавку. Ждать пришлось долго, больше часа, он скурил уже три сигареты, выбрасывая бычки за забор. Солнце успело коснулось горизонта, когда наконец-то вернулся Богдан.
– Заждался? – радостно спросил он, и нагнувшись поставил две стеклянные бутылочки без этикеток рядом с лавкой. – Давай бабки.
Пер вытащил из кармана пачку замусоленных банкнот, отсчитал сколько нужно и положил на лавочку рядом с собой, схватил бутылочки и засунул их во внутренний карман куртки.
– Пойдем провожу – даже не глядя на лежавшие на лавки деньги, сказал мужик добрым голосом.
– Можешь попить дать? – попросил Пер, у которого давно пересохло горло.
– Дома попьешь – не оборачиваясь бросил Богдан.
Он довел парня до калитки, открыл ее.
– Ну все, давай, не болей. Приходи еще. – Снова добрая лучезарная улыбка, появилась на его лице.
Пер кивнул головой и послушно вышел за забор, доставая из кармана очередную сигарету и думая о том, что Богдан ни фига не добрый человек, на самом деле, да и пахнет от него чем-то казенным. Ходили слухи, что он работал не то в полиции, не то в прокуратуре и поэтому вел торговлю никого не боясь. Подкурив сигарету Смирнов пошел быстрым шагом в сторону остановки, его уже начинало морозить.
Бутылочки тихонько постукивали друг о друга во внутреннем кармане куртки. Пер погруженный в свои мысли, шел как на автопилоте. До конца улицы оставалось метров сто, Артиллерийская улица в этом месте была пустынна, слева располагался какой-то склад, справа на пустыре, где когда-то был чей-то участок, росли деревья, своеобразный маленький лес. В опустившихся сумерках и затуманенных мыслях Пер не заметил, как мимо перекрестка, по Салтыкова-Щедрина прошли два человека. Почти прошли, в последний момент, один из них повернул голову влево и увидел идущего Пера, он похлопал по плечу парня, идущего рядом и кивнул в сторону Смирнова. Переглянувшись, они остановились, перекинулись парой фраз и затем медленно пошли Перу навстречу.
Он заметил этих двух человек только когда они остановились, перекрыв ему дорогу, еще бы пару шагов, и он бы врезался в них. Он резко остановился и снял из вежливости солнцезащитные очки, тем более, что солнце уже почти село и в них теперь было плохо видно.
– Че, блатным и ночью солнце светит? – низким голосом сказал тот, что был слева от Пера.
Пер молчал и смотрел на внезапное препятствие. Двое пацанов, лет по двадцать максимум, оба коротко стриженные и оба в почти одинаковых спортивных костюмах черного цвета с белыми, желтыми и красными полосами, лица их и так неприветливые и некрасивые от природы, выражали явную угрозу. Оба были ниже его на голову, но смелости Перу это не добавило, по одежде он понял, что перед ним «Порядочные люди», его пробил озноб и он медленно сделал шаг назад. В голове пронеслась мысль: – Убьют сразу или можно будет попробовать откупиться? – денег у него с собой практически не было, но он готов был соврать, что есть дома, чтобы хоть как-то оттянуть время.