Песня для тирана
Шрифт:
Получив свое удовольствие сполна, Алекс смотрел на Лоу насмешливо.
– Хочешь продолжить? – с издевкой спросил он, и Лоу, презирая себя за слабость, безвольно кивнул.
Алекс притянул его и, впервые за ночь, поцеловал нежно и вдумчиво. Лоу жалобно проскулил. Его задница ныла и болела от того, как грубо его брал Алекс, но его возбуждение все еще оставалось сильным. Он вжался в горячее крепко тело и потерся членом о ногу.
– Я разве разрешал так себя вести? – спросил Алекс, и от этого вопроса по снипе Лоу расползлись сладкие мурашки.
– Нет,
Ему все еще казалось, что принц пошутил, и потом накажет его за это фамильярное обращение.
– Тогда перестань, – приказал Алекс, и, собрав остатки силы воли, Лоу послушался.
Было тяжело не двигаться, не пытаться получить удовольствия самому.
– Хороший мальчик, – похвалил его Алекс.
И не успел Лоу подумать, что, вообще-то, они ровесники, как крепкие и жесткие пальцы обхватили его член, и все мысли вылетели из головы. Он сам ласкал себя подобным образом не раз, но ничего подобного никогда не испытывал. Лоу казалось, что его уносит течением, сильным и непреодолимым, к чему-то, что вызывало почти ужас. А потом он кончил с громким криком, выгибаясь в сильных руках.
Лоу не знал, сколько прошло времени, прежде чем реальность перестала расплываться и раскачиваться. Может быть, пару минут, а, может, и час. Впрочем, едва ли Алекс отличался таким терпением. Лоу осторожно открыл глаза и посмотрел на Алекса.
– Ты, оказывается, очень громкий, – сказал ему Алекс, и Лоу ожидаемо покраснел.
Нельзя сказать, что он легко смущался. Даже напротив, обычно было сложно откопать такую сальность, которая бы произвела на него впечатление, но с принцем все было иначе.
– Простите, – отозвался Лоу, не зная, должен ли он извиняться за то, что ему было так хорошо, что контролировать себя было невозможно.
– Да нет, мне понравилось, – заверил его Алекс и погладил по щеке.
На пальцах у Алекса были тяжелые перстни, и Лоу каждый раз думал о том, какую боль они причиняют при ударе. Достаточно ли ее будет, чтобы чудовище вышло из себя? Лоу надеялся, что нет.
– Когда вы собирались с герцогом Нэшем покинуть замок?
– Завтра или послезавтра, я думаю, – отозвался Лоу. – Его Светлость не назвал точного дня.
– Ты останешься здесь, – отрезал Алекс.
– Что? Нет, вы не понимаете, я не могу. Я просто не могу, потому что…
– Тихо, – прервал его Алекс, перекатываясь и вжимая Лоу в кровать. – Нашел время и место спорить.
Лоу тяжело дышал под Алексом. Даже если бы принц его не прервал, он понятия не имел, как смог бы объяснить причины, по которым не мог выполнить приказа.
– Простите, – извинился Лоу.
На сей раз точно за дело.
– Ты строптивая сучка, – заметил Алекс, а Лоу подумал, что принц даже и не представляет, насколько близок к правде и одновременно далек от нее. – Но это не самая большая проблема, пока ты ведешь себя так только здесь.
– Что вы имеете в виду? – тихо спросил Лоу.
– Я имею в виду,
– Я так никогда не сделаю, – заверил Лоу, отворачиваясь от Алекса.
Ему не нравилось, когда тот злился. От этого сворачивалось неприятное холодное чувство в животе.
– Вот и умничка, – улыбнулся Алекс, и его голос больше не звучал колюче.
Он отпустил Лоу и лег рядом, натягивая одеяло на них двоих.
Одна из свечей догорела и погасла, остальные были на исходе. В покоях стало темнее, хотя Лоу видел, что свет с улицы уже старательно пробивается через плотные гардины. Вскоре Алекс уснул. Затем постепенно догорели и все свечи. Лоу долго ворочался с бока на бок, но так и не смог уснуть.
Он тихо выбрался из кровати и подошел к окну, чуть отодвинул штору. На улице было совсем светло, но солнечный свет еще не залил сад, на который и открывался вид. Они были на третьем этаже, но это Лоу понял сейчас. Он был в такой панике, когда его вели сюда, что плохо запомнил дорогу.
Остаться с Алексом дольше, чем на одну ночь, было неплохо. Сложно и опасно, но, пожалуй, Лоуренс даже хотел этого. Волновало его другое. Что делает принц с игрушками, которые ему надоели? Выкидывает, передаривает, находит им почетное место на полке? Алекс был жестким, но не казался беспричинно жестоким, иначе бы Лоу предположил, что тот просто убивает всех бывших любовниц и любовников, чтобы никто их больше не касался. Нельзя сказать, что подобные мысли успокаивали.
Он вернул бархатную гардину на место, а потом забрался обратно под одеяло. Только прижавшись к чужому горячему телу, он понял как замерз, разгуливая полуголым, – он так и был в рубашке и без штанов, – по покоям. Все-таки на улице было уже начало зимы.
Лоу прижал свои холодные ноги к голеням Алекса и довольно зажмурился. Тот даже и не подумал просыпаться, так что Лоу избавился от оставшейся на нем одежды и вжался в Алекса всем телом, почти сразу согреваясь.
Лоуренсу показалось, что он только сомкнул глаза, как Алекс уже тряс его за плечо, пытаясь разбудить:
– Проснись, Лоу, – повторил Александр, и Лоу наконец-то смог открыть глаза. – Тебе приснился дурной сон.
Лоу чувствовал, как все его тело дрожит, а сердце стучит громко и заглушает остальные звуки.
– Это просто сон, – повторил Алекс, а затем лег на спину и притянул Лоу к себе на грудь. – Чтобы тебе не снилось, на деле сейчас ты в моей кровати и скоро нам принесут обед, – заметил он, проводя ладонью по мокрой спине Лоуренса.
– Мне иногда снятся кошмары, – сообщил Лоу так, будто Алекс и так уже этого не понял.
– Очевидно.
– Вам будет неудобно спать со мной.
Гладящая спину рука замерла на мгновение, но потом продолжила движение по кругу.
– Будешь сильно мешать – спихну на пол, – отозвался Алекс.