Пока я мертва
Шрифт:
– Может быть, в этом кроется твоя главная проблема, – в том же тоне говорит Матвей, его губы плотно сжаты, он смотрит куда-то мимо меня. Но мне достаточно и его присутствия рядом, вызывающее во мне нервную дрожь.
– Со своими проблемами я как-нибудь сама разберусь, – срывается с моего языка, я резко замолкаю, и делаю шаг назад.
– Правда? – цепляется к словам Матвей и наклоняется ко мне, – А я думал, что тебе нужна моя помощь, но раз ты сама говоришь, что справишься, я не буду тебе мешать.
– Вот поэтому я предпочитаю с
– И чего же ты так боишься? – его лицо наклоняется еще ближе ко мне, я ощущаю его дыхание на своей коже. Паника разрастается внутри меня.
Хочу сказать, что всего. Но больше всего я боюсь остаться одна. Боюсь одиночества. Но говорю совсем другое.
– Ничего, – быстро отвечаю я.
– Врешь, – Матвей не отводит своего взгляда, – Расскажи мне.
– Наша мама бросила нас, потому что мы портили ее планы, – мой голос трещит, распадаясь на едва слышные звуки, – Я знаю, как все может быстро изменится. Без предупреждения.
Он внимательно разглядывает мое лицо, я слышу, как ускоряется его сердцебиение. За нас обоих. Ещё, я боюсь тебя. Но я в этом никогда не признаюсь.
– Тебе придется научиться доверять другим, – Матвей выпрямляется, он хочет добавить что-то еще, его губы слегка приоткрываются, но он молчит.
– Моя долгая жизнь научила меня полагаться только на себя и своих близких, – хотя, теперь я не уверена в этом так, как была до предательства бабы Фисы. Матвей насмешливо приподнимает брови, он не знает, кто я на самом деле, интересно, если бы я рассказала ему правду. Не только о существовании фэльсара, в которого, он, кстати, так и не поверил. Или поверил? – А ты? – интересуюсь я.
– Что я? – его улыбка согревает мое холодное сердце. Матвей запускает пальцы в волосы, убирая челку назад. Такой расслабленный. Такой живой. Я успокаиваюсь.
– Кому доверяешь ты? – я смотрю на его запястье, интересно, что заставило Матвея нанести их? Неупокоенные души? Такие же, как я? Или было что-то еще? – Наверное, это тяжело…
– Нет, – он как-то сразу сникает, – Это не твое дело, – теперь Матвей говорит со мной так же, как со своей мамой. Сухо. Грубо. Односложно.
Мне запрещается заглядывать в эту сторону его жизни.
– Я на работу, – бросает он и быстро выходит из кухни, наверное, я перегнула палку.
Никто не любит, когда лезут не в свое дело. Мы ведь ничего друг о друге не знаем. Выхожу в коридор, Матвей складывает в пакет фартук с оранжевой надписью и срывает с крючка кепку, надевает ее на голову.
– Извини, – тихо произношу я, облокачиваясь о косяк двери, – Ты прав. Это не мое дело, – Матвей туго зашнуровывает кеды, и я слышу только этот звук, повисающий между нами, – Матвей? – тихо зову его по имени.
– Я не завожу друзей, потому что они мне не нужны,– отрывисто говорит он, – Жди меня здесь, – Матвей бросает взгляд в сторону закрытой комнаты и понижает голос до шепота, – Всего один день, – предупреждает он, – И ты уйдешь, – он дожидается моего кивка и уходит прочь.
Впервые в жизни мне становится так страшно.
Глава 11
Варя
– Этот парень тебе нравится? – обращается ко мне Артур, как только я появляюсь в комнате. Этот вопрос звучит как утверждение, отвечать, я как понимаю, не обязательно. Он деловито восседает в большом кресле, как молодой царевич на своем троне.
Если бы не его слова, я бы рассмеялась. Сложив свои маленькие лапки на груди, Артур с осуждением смотрит на меня. Почти как отец. Это воспоминание стирает улыбку с моего лица. По блеску желтых глаз становится ясно, что он слышал весь наш разговор.
Я не выдерживаю и отворачиваюсь от него.
– Кто? – притворно интересуюсь я, разглядывая узор на куске сохранившихся обоев, – Матвей? – мне даже как-то удается воспроизвести в своем голосе презрение.
– Не делай вид, что не понимаешь.
– С чего ты это взял? – мою спину прожигает настойчивый взгляд и мне приходиться обернуться. Он такой маленький, особенно в этом кресле. Но такой важный.
Я скрываю смех за покашливанием.
– Я знаю его всего несколько часов, – или дней, я уже запуталась во времени, наверное, это еще один минус моего теперешнего состояния.
– Ты можешь обмануть кого угодно, но только не своего фэльсара, Варя – он спрыгивает на пол и ковыляет ко мне, его хвост качается из стороны в сторону.
Он что, злится на меня?!
– Матвей тебе не подходит, – назидательным тоном продолжает он, – Я понимаю, что из-за этих обстоятельств, – он всплескивает лапками, – Ты можешь думать по-другому, НО, – восклицает он, останавливаясь напротив меня, – Он человек, Варвара и рано или поздно, Матвей умрет, – безжалостно заканчивает Артур, я вздрагиваю, словно он вбивает последний гвоздь в крышку моего гроба.
Веселье окончательно выветривается из моей головы.
– Разве я в том состоянии, чтобы влюбляться? – я нахожу утешение в злости, переступаю через Артура и присаживаюсь на кровать, – Ты правильно заметил, без него нам не обойтись, – фыркаю я, разглаживая складки на своем платье, это помогает скрыть дрожь в моих пальцах.
– Как только Матвей все объяснит моим родным, я выполню свое обещание, и все станет как прежде, – мой разум до сих пор цепляется за обыденные вещи. Это так странно. Ведь я больше не могу делать то, что привыкла делать уже больше двухсот лет. Но очень хочу вернуть себе свою жизнь.
– Я очень надеюсь, что так и будет, – фэльсар запрыгивает на постель и заглядывает мне в лицо. Его глаза теплеют, не знаю, как бы выдержала все это без него, – Ты на меня не обижаешься? – он взмахивает своими длинными ресницами, – Правда? – я киваю, готовясь произнести речь, которую Артур хочет услышать.