Программист
Шрифт:
Неужели в этом и был смысл Юлиной прихоти? Юля наняла первого попавшегося ей программиста, чтобы совершить преступление – написать нейропрограмму, расшатывающую нервную систему соперницы или неизвестно в чем провинившегося поклонника?!
Через призму этой догадки задача предстала как на ладони, словно закодированный текст, после использования ключа. Она обрела новые грани, поразившие Стаса глубиной и тщательностью проработки. Даже постановка условий, сперва показавшаяся непродуманной, говорила о высоком профессионализме тех, кто ее сделал. При всем желании программист-исполнитель не мог добиться поставленной цели в лоб, не мог сформировать модель-результат простым математическим уравнением. Он не мог сказать, что цель работы – разбалансирование системы.
Стас поразился и красотой собственного творения, которому преподаватели университета наверняка поставили бы высшую оценку, и острым умом заказчика, направившего не знающего сути своей работы исполнителя по пути написания такого изящного и разрушительного кода!
Оставалось только понять, для кого предназначалась информационная бомба.
Заказчиком выступала прекрасная Юлия… Кому же эта лелеемая жизнью особа могла желать гибели? Ради кого потратила бы столько сил постановщика и программиста? Ради кого рискнула бы своею свободой? Раздумывая, Стас улыбнулся случайной мысли: «разве что, ради того, кому итак принадлежала ее свобода – тогда, выходит, и потерять нечего»… Осознание сдуло улыбку с губ молодого человека – он вспомнил, что сказал Алексей Павлович: «Альберт Яковлевич лег в больницу…» Выходило: не в простую больницу – не с сердцем, легкими или печенью! В психиатрическую! Вот кого довел до безумия код Стаса! Вот кого Юлия Сергеевна ненавидела больше, чем любила свою свободу!
Справившись с приливом гнева, перемешенного с инстинктивной паникой, Стас заставил себя разобраться, какие из всего этого следует сделать выводы. С одной стороны, Юлия вовлекла программиста в игру, за которую того вполне могли лишить жизни. С другой стороны, она, таким образом, сделала Стаса соучастником своего преступления: им грозило равное наказание, что, разумеется, делало их равными друг перед другом. Третье: волей-неволей Стас избавился от соперника – неважно, зачем Юле понадобилось выводить из игры мужа – таким образом она упростила жизнь Стасу, создала условия, при которых Стас мог ухаживать за любимой в открытую… Если, конечно, не планировала его подставить! Если бы кто-то обратил внимание, что Стас не равнодушен к Юлии Сергеевне, этот кто-то мог подтвердить, что программист, написавший код, имел мотив покуситься на жизнь соперника по собственной инициативе, без всякого постороннего указания…
В любом случае, Стас ввязался в историю, которую трудно было охарактеризовать даже, как «достижение высшей точки взлета». В этой истории он был не птицей, которая еще может замахать крыльями, а пулей, предназначенной для одноразового поражения цели. Если бы Алексей Павлович знал всю правду, он не стал бы разглагольствовать о смысле жизни, а посоветовал сбежать в джунгли или в пустыню…
Чувствуя, что программе успешного человека не сдержать его перерастающей в панику нервозности, Стас решил действовать – действие избавляло от переживаний и позволяло оставаться самим собой. Единственное, что могло теперь повлиять на судьбу молодого человека – это разговор с Юлией. С единственной, кто знал, как отмыться самой
Не важно, что за окном начинало темнеть, не важно, какие у красотки были планы на вечер – Стас вызовет заказчицу на разговор и заставит ее смотреть на себя, как на равного или даже как на более сильного. Он напугает Юлию глубокой осведомленностью, поразит спокойствием и рассудительностью, парализует уверенностью и твердостью… Заставит ее раскрыться и показать свое истинное лицо, выдать истинные намерения, выразить истинные чувства… Что дальше – будет видно, когда придет время для следующего хода.
Понимая, что, выложив перед Юлей всю правду, он не оставит себе пути к отступлению, Стас принял меры предосторожности: написал несколько писем, которые поместил в папку «Завещание» на своей личной странице в Сети; туда же, в виде архива, положил заказ Юлии и программное обеспечение разработчика. По закону, сюда заглянут лишь, когда с владельцем страницы случится непоправимое – в ином случае ни суд, ни налоговая, ни милиция не смогут получить на эту папку права доступа…
После этого Стас полностью очистил память персонального вычислительного комплекса, спустился в гараж, сел в машину и сообщил программе уличного движения полученный от Алексея Павловича адрес.
Дело было сделано, путь выбран!
Ночь опускалась быстро. Дорогу осветили уличные фонари, а на безоблачном небе появились луна и звезды, наполнив мир призрачным, холодным, отраженным и умноженным заснеженными полями светом…
Стас не задумывался, куда и какой дорогой он едет: машина сама добралась до московской кольцевой, сама повернула на юг, сама сошла с кольца и сама вновь стала удаляться от города… Стас не смотрел на дорогу. Он думал, что и как скажет. Его даже не волновало, сидит ли молодая и яркая Юлия у себя перед камином, или проводит этот субботний вечер в каком-нибудь модном клубе, среди подобающей ей элиты. «Мне всегда везет!» – утверждала проникшая глубоко в подсознание Стаса программа успешного человека. – «Юлия будет дома, а не в клубе, потому, что я еду к ней домой, а не в клуб!»
Машина остановилась перед высоким кирпичным забором. Дорога, по которой Стас ехал, обрывалась здесь, у закрытых металлических ворот. Вокруг росли сосенки редкого леса. Больше ни одного искусственного сооружения видно не было – Юлия не любила соседей, или соседи были настолько богаты, что могли позволить себе расселиться на значительном расстоянии друг от друга.
Едва Стас высунулся за дверь, как его машину осветил свет неизвестно где расположенных прожекторов, а из калитки появились мужчины в униформе охранников. Крепкие, с резкими чертами лица и колючими взглядами доберманов, обдающими холодом даже через непрозрачные стекла черных нэтфонов.
– Ошиблись поворотом? – поинтересовался один из встречающих. – Уезжаем – здесь закрытая частная зона!
– Мне нужна Юлия Сергеевна! – сообщил Стас.
– И как вас представить? – уточнил второй.
– Станислав. Программист. Она знает.
Пока один охранник связывался с кем-то посредством нэтфона, другие внимательно следили за Стасом.
Пауза затягивалась – молодой человек понял, что, если бы Юлия хотела его впустить, то не заставляла бы долго ждать за воротами.
– Скажите, что я знаю, как помочь Альберту Яковлевичу! – добавил Стас.
На этот раз наживка пришлась по вкусу – ворота открылись. За воротами дорожка, очищенная от снега и освещаемая таким количеством фонарей, что терялось ощущение времени суток, вела через парк к находящемуся в добром километре от ворот дому. Дом был построен в современном стиле. Вместо стен – стекло в хромированном металле рам и перекрытий; легкость, элегантность и ничего вычурного или заоблачно дорогого. За стеклами горел свет, были видны винтовые лестницы, комнаты и коридоры, а у самых стен-окон росли целые оранжереи цветов, заставляющих забыть, что на улице лежит снег…