Шествие богов
Шрифт:
Единственный сомнительный момент в этой истории связан с Диггером, который сегодня днём мог заметить слежку и сообщить де Ловергу. Но других возможностей заявить о себе у Альбатроса, по всей видимости, не было и пришлось рисковать…
Я поймал себя на мысли, что строю предположения на пустом месте: слишком мало информации, а делаю какие-то выводы. В конце концов, всё это может оказаться ничего не значившей ерундой или бредом какого-нибудь чудика…
Я осматривал помещение бара, выискивая подозрительных людей, которые хоть как-то походят на скрывающегося подпольщика, но
В половину десятого я понял, что встреча не состоится. В голову лезли мысли о нелепом розыгрыше, и это досадовало ещё больше.
Маловероятно, конечно, но всё это может быть подстроено де Ловергом: подкинул записку провокационного содержания, чтобы испытать меня на подозрительность. А ещё, таким незатейливым способом проверить уровень доверия: ведь в послании прямо сказано, причём — в крайне нелестной форме, о том, что «де Ловерг обманывает Вас». Своим визитом в «Звездолёт» я показывал, что не верю в его трактовку. Имею в виду события двухгодичной давности.
Последняя мысль, при всей своей надуманности, совсем испортила настроение. Если это действительно так, то я попал в крайне дурацкую ситуацию, из которой нужно срочно выбираться. Но как?..
Поразмыслив, пришёл к выводу, что не потерять лицо могу только в одном случае: если сам выясню, кто такой этот Альбатрос, найду и встречусь с ним. Чтобы потом сказать, что решил самостоятельно разобраться со злоумышленником, хотевшим вбить клин в отношения двух инспекторов.
В любом случае, нужно найти Альбатроса, и начать я решил с баз данных местной полиции и ЦУР.
Заказал ещё пива и солёных орешков, после чего открыл видеофон.
Досье на Альбатроса не было. Точнее, они были, но все четверо найденных мною Альбатросов не подходят: двое давно умерли, двое других по разным причинам абсолютно точно находятся вне зоны досягаемости. Я решил оставить в покое и вернуться к ним только в том случае, если ничего более существенного найти не удастся: приятно знать, что последняя возможность, пусть даже маловероятная, но всё-таки имеется.
В делах, связанных с религиозным бунтом и смертью Джонсона, Альбатрос тоже не фигурировал. Я просмотрел досье на Джонсона, де Ловерга и даже Диггера, но ничего не добился: упоминаний о каком-либо Альбатросе там не было. Более сложные запросы с сопряжёнными между собой условиями — вновь без результата.
Через полчаса, когда кружка опять опустела, я понял, что пытаюсь найти иголку в стоге сена. Причём, не факт, что иголка вообще существует.
Подозвал официантку и попросил ещё пива.
— Тёмное, — уточнил я.
Пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку, я ещё раз открыл дело о гибели Джонсона и замер.
В удивлении.
Готов поклясться, что количество фигурантов было другим!
То есть: несколько минут назад, когда просматривал материалы, на титульной странице, где указываются различные статистические данные, количество фигурантов было другим! Точно
Абсолютно в этом уверен! Никому не провести мою визуальную память. Иногда, сам того не желая, фиксирую различные мелочи, и, кажется, сейчас такая мелочь оказалась очень даже существенной деталью.
Но ведь такого не может быть! Фигурантов в деле может стать больше — например, когда всплывают новые обстоятельства, добавляются какие-либо показания. Но не меньше, тем более — в столь старом деле, да ещё и закрытом.
Я откинулся на спинку кресла и попытался найти правдоподобное объяснение.
Просто сбой в программе. Такое иногда происходит, хотя, разумеется, весьма редко. Куда логичнее предположить, что кто-то в данный момент производит изменения в базе данных, точнее — подчищает, вырезает из неё куски.
Но кто?
Удалить материалы из полицейской базы могут только ответственные сотрудники с соответствующим уровнем доступа. Добавить протокол или дело может чуть ли не любой рядовой патрульный, а вот удалить — нет, на это нужны особые права. Подчищают обычно в ходе архивирования, когда приводят базу в порядок, удаляют различные, не относящиеся к делам данные, ошибочно заведённые странички и прочую чепуху…
Холодный пот выступил у меня на лбу. Базу не удаляли, к ней ограничивали доступ! Вне всякого сомнения, кто-то сейчас планомерно закрывает доступ моей учётной записи к каким-то определённым материалам. И ограничить доступ может тот, кто его предоставил. Причём, если этот кто-то ограничил доступ к некоторым страничкам дела об убийстве Джонсона, он может то же самое сделать и с досье на Альбатроса.
Вычистить любое упоминание о нём из всех мест, куда я мог обратиться в своих изысканиях. Этот кто-то мог сделать так, чтобы досье Альбатроса даже не обнаруживалось поисковиком. И делал это он явно второпях, грубовато и топорно — ведь не позаботился о том, чтобы при удалении фигурантов из дела, количество на титульном листе не изменялось…
Я сделал несколько больших глотков из кружки и понял, что вряд ли поверю до тех пор, пока у меня не будет неопровержимых доказательств. Однако добыть их ещё сложнее. Ведь этот кто-то, ограничивший доступ к материалам программно, сделает всё, чтобы я не получил этот доступ физически. Надо полагать, мои коллеги проинструктированы и не дадут возможности воспользоваться своими аккаунтами, чтобы проверить мои предположения. Уж точно не стоит обращаться с подобной просьбой к де Ловергу или Диггеру. А обратиться больше не к кому.
Я задумался о Диггере. Уговорить его вряд ли получится. Сказать, что необходимо найти знакомую, которая не пришла на свидание? На это у меня есть своя учётная запись. Прикинуться пьяным и сказать, что забыл пароль? Он ответит, что лучше это сделать утром, на трезвую голову. Поставить себя в экстремальную ситуацию, не терпящую отлагательств?..
Хм. В этом что-то есть.
В голове возник план, как можно провернуть махинацию. План, сопряжённый с некоторыми неприятными моментами, но должно сработать.