Скелеты из шкафа русской истории
Шрифт:
Переселенцам было разрешено забрать с собой все свое имущество, скот и продовольствие, для чего им русскими властями были даже выделены подводы. По пути следования в российских пределах было дано распоряжение выделять мигрантам бесплатно (!) дрова, пастбища и сено.
Но оказалось, что по факту Турция принять беженцев совершенно не готова. В Турции, в непосредственной близи от границ с Россией, все эти партии переселенцев скопились, образовав огромный стан. Оставшись в открытом поле на целых два месяца, переселенцы страдали от наступивших холодов. У многих из них закончились запасы провианта,
После длительного бездействия турецкие власти решили отправить переселенцев в заранее оговоренные места в одной своей пустынной провинции. Однако переселенцы отказались следовать по месту назначения до осмотра этих земель их старшинами. Старшины вернулись и объявили, что земля плохая и для земледелия малопригодная. Тогда переселенцы окончательно отказались покинуть свои «лагеря» и, доведенные до отчаяния холодом и голодом, бросились разорять окрестные селения.
Вскоре на российскую границу в районе Арапачая прибыло 200 человек переселенцев с просьбой пустить их обратно в Россию на любых условиях. Постепенно число обратных беженцев, скопившихся на границе, достигло нескольких тысяч человек.
Русское начальство принять обратно переселенцев отказалось и усилило пограничный надзор.
По-своему решили эту проблему и турецкие власти. Они двинули к границе войска и пушечным огнем заставили переселенцев покинуть пограничный район и под конвоем турецких войск отправиться «куда положено». Одновременно было принято решение о разоружении переселенцев. В одних пунктах оружие было сдано без сопротивления; но местами (чеченцы — народ боевой, как известно) сдача оружия произошла только после небольших сражений.
Вкусив досыта турецкого гостеприимства, чеченцы поняли, что стали жертвой чудовищной провокации. Многие из чеченских семейств решают вернуться на Кавказ любыми путями. Большие партии переселенцев вновь появились на российской границе и стали добиваться своего возвращения на родину. Обращаясь к русскому начальству, они заявляли, что раскаялись и согласны поселиться где угодно, даже во внутренних областях России. Как говорится в известном старом анекдоте «хоть тушкой, хоть чучелом», хоть в Сибири и на Урале, — только бы уехать из Турции.
В общем, рвались, рвались обратно, в «тюрьму народов», из «свободного мира».
Однако и на этот раз, несмотря на бедственное положение просителей, русские власти проявили редкую жесткость и категорически отказали всем.
Про евреев
В национальной политике России были и свои темные стороны. При всей ее толерантности и демократичном отношении к живущим в ней народам, было одно почти единственное исключение: евреи. Точнее, верующие иудеи.
Евреи массово оказались в Российской империи после разделов Польши в конце XVIII века. Поток еврейских купцов и особенно банкиров-ростовщиков хлынул в Москву и Питер.
Русские купцы даже немного ошалели от невесть откуда взявшихся энергичных конкурентов, предприимчивых, хитрых, пронырливых, более того — соединенных некой внутрикорпоративной спайкой по национальному принципу. Поняв, что они начинают постепенно терять рынки и клиентуру, русские предприниматели
Число иудеев, которые могли учиться в государственных гимназиях и высших учебных заведениях, ограничивалось — действовала так называемая процентная норма.
Иудей не мог поступить на госслужбу, его не производили в офицеры. Только Временное правительство весной 1917 года полностью сняло все ограничения.
Правда, подчеркну еще раз: ограничивали в правах не евреев как народ, — все ограничения распространялись только (!) на лиц, открыто исповедующих иудаизм. Формально никто не мешал евреям выкрещиваться в православие.
На бытовом уровне, конечно, иногда отношение к «выкрестам» «первого поколения» бывало подозрительное. «Жид крещенный, что вор прощенный», как говорит старая русская пословица. Но, подчеркну, официально для иудея переход в православие означал полное получение всех прав гражданина Российской империи. Со второго же поколения об «иудейском» прошлом уже никто никогда и не вспоминал.
«Выкрест» мог селиться где угодно и заниматься чем угодно. Служить в армии или в министерстве. Например, один из «туркестанских генералов», герой присоединения к России Средней Азии, «крещенный» еврей по фамилии Кауфман. Предки русских поэтов Фета и Ходасевича, Ульянова-Ленина по женской линии (а она, как вы знаете, у евреев главная) — вообще не просто иудеи, а раввины.
Кроме того, иудей, получивший высшее образование, уже не попадал под ограничения: он мог селиться и работать где угодно. Селиться где хочешь, можно было также став купцом первой и второй гильдии. Ограничения не распространялись на отслуживших в армии и т. д., в общем при малейшем желании пересечь «черту оседлости» даже иудею не представляло никакого труда. Под ограничения не попадали и крупные полустоличные города: Киев, Одесса и др., там были большие иудейские общины.
Но, естественно, все равно ограничения вызывали протест. По разным данным, от 1 800 000 до 2 500 000 евреев выехали из Российской империи, в основном в США.
В Белоруссии до сих пор живут близкие родственники недавно умершего американского писателя-фантаста Айзека (Исаака) Азимова. Патологический враг России Ричард Пайпс (Пипер) тоже, кстати, происходит из выехавших из Русской Польши евреев.
Несмотря на эмиграцию, Россия обладала самым большим еврейским населением в мире. И это население постоянно росло. За сто лет, с 1815 по 1915 год — это уже после включения всей Польши со всеми евреями в Россию — число еврейского населения выросло в шесть раз. При этом все население России выросло за это время в четыре раза, несмотря на весь демографический бум.