Скуф. Маг на отдыхе 3
Шрифт:
— Они ждали, — защитил моих гостей Кузьмич. — Целый час ждали, а потом ушли. Будить вас не осмелились.
— Вот ведь… чего не спится-то?!
— Предполагаю, что из-за свежего воздуха, — сказал Кузьмич. — Хотя Владимир Александрович высказался насчёт ситуации иначе. Сказал, что у них «синяя зорька». Боюсь, моих познаний русского фольклора недостаточно, чтобы расшифровать эту метафору.
— Да это не метафора, — махнул я рукой. — Потом расскажу. Так! Где мои удочки?!
Нагрузив Державина снастями, чтобы жизнь
Солнце аж припекало, а всякая насекомая тварь уже помёрзла за счёт нескольких холодных ночей. Красота, короче! Самое то, чтобы залипнуть на берегу на несколько часов.
Но тут вдруг:
— Василий Иванович! — крик председателя позади напомнил мне, что покой мне пока что может только сниться.
Не знаю, чего он хочет, но явно чего-то хочет.
— Геннадий Яковлевич, — мы пожали руки. — Чего хотел?
— Да вот, — председатель протянул мне какую-то распечатку. — Приглашение на твоё имя пришло из мэрии.
— Во как! Неужто признали какие-то заслуги? Почётным гражданином Сакраменто делать будут?
— Да нет, — шмыгнул носом Яковлевич. — Тут другое. Приём официальный…
— О, не-не-не! — я смял бумагу, так и не прочитав, и вернул председателю. — При всём моём уважении…
Забавную, кстати, синтаксическую штуку заметил. У нас если фраза начинается со слов: «при всём уважении» — это значит, что никаким уважением здесь близко не пахнет, и собеседнику стопроцентно грозит отказ. Зато: «хер с тобой» — внезапно означает согласие.
— … я по официальным мероприятиям не хожу.
— Василий Иваныч, — председатель изменился в лице; обиженный вдруг такой стал. — Ну уважь. Из наших многие идут. И я, и Макар Матвеевич, и Женька Данилов…
Так.
А вот это уже интересно. И при том абсолютно непонятно. Какая-то странная сходка намечается, и состав приглашённых столь разношёрстный, что напоминает начало анекдота. Заходят как-то Столп Империи, председатель, фермер и самогонщик в мэрию…
— Не понял, — так я прямо Геннадию Яковлевичу и сказал. — А что происходит-то? Куда зовут и зачем?
— Делегация приехала из Сингапура, из этих-самых… деловых кругов. Инвесторы, короче говоря. Приглянулся им чем-то Сакраменто, и вот они хотят его развивать. Денег у товарищей, как говорят, бессовестное количество. Что ни предложишь им, на всё соглашаются.
— Та-а-а-ак…
— Мэр меня расспросил, есть ли у наших какие-то идеи, — продолжил Яковлевич. — Ну я и рассказал про ферму Макара. А потом, слово за слово, про твои задумки с заводом виски и зимней базой отдыха рассказал.
Хм-м-м…
Вот как. По правде говоря, первое мнение на этот счёт у меня сложилось неопределённое. С одной стороны, это же прекрасно. Думал, что самому вкладываться
Нечего им тут лазать!
С третьей стороны, я не то чтобы уж великий геополитик и этнограф, но про зажиточный город-государство в жопе мира наслышан. И насколько могу судить, там кто только не живёт. И китайцы, и индусы, и малазийцы, и индонезийцы, и англичане недобитые, и мало ли кто ещё.
Ребята угрозы в плане международных войн не представляют — куда городу против Империи. Это раз. Предвзятости к нашему народу не испытывают, потому как у нас в Индийском Океане никогда интересов не было — два. Ну и задолбались, как мне думается, от своего колониального прошлого, так что дорвались до свободы и тупо делают бабки — три.
Из всего этого можно сделать вывод, что русский и сингапурец — братья навек.
— Так, — сказал я. — Ну и чего дальше?
— А дальше, Василий Иванович, я тебе как есть говорю, узкоглазые вообще на всё готовы, — затараторил председатель. — Реально не знают, куда деньги подевать. Вы нам, говорят, идею, а мы вам и инвестиции, и рабочие руки, и долю. Только работайте, говорят. А сами…
Тут Геннадий Яковлевич хохотнул.
— Сами какие-то огурцы выращивать собираются. На большее и впрямь выдумки не хватило.
Ну что ж…
Ладно.
Присмотреться к этим товарищам надо, а то вдруг что не так. Да и своих поддержу заодно. Если у Данилова дела в гору попрут, то я же только рад буду.
— Ну добро, — таки согласился я. — Когда встреча?
— Завтра со сранья, — Яковлевич глянул на часы. — Совсем-совсем со сранья. У нас с ними разница во времени пять часов, вот и не спится узкоглазым…
На том и порешили. Договорились, что поедем на моём джипе. Он, дескать, самый представительский из всего того, чем мы располагаем. У председателя маленький семейный минивэн, Данилов вообще без руля, от него амбре такое, что его даже трезвого вечно на освидетельствование ДПС-ники отправляют, а авто Макара Матвеевича оно немного…
Как бы это помягче?
Броско? Импозантно? Претенциозно? Ох… всё не то. Сутенёрская у него тачка. Вот прямо как нигры любят, если судить по фильмам. Золотые диски со знаком рубля, вырвиглазного цвета меха в салоне, кожа, телевизоры в каждом подголовнике.
Ну любит старичок, когда дорого. И не мне его винить.
— Значит, до завтра, — Яковлевич опять пожал мне руку и побежал к себе готовиться.
Ну а мы с ректором пошли туда, куда шли. Похмеляться и рыбалить.
И снова не дошли!
День, видать, такой…
Суетный.
Прямо на выезде из Удалёнки мы увидели здоровенный фургон рядом с тем домом, в котором некогда проживал печально известный Иван Хельсин. Хотя… почему «печально»? Кстати, как он там? Что-то всё забываю у Гринёва спросить.