Стоун-Парк
Шрифт:
— Входите.
— Мистер Демпси.
— Да, Роберт.
— Сегодня с утра Анна обнаружила, что мисс Оливия так и не вернулась домой. Я взял на себя смелость отправиться в Стоун-парк. Возможно, что мисс Демпси что-то понадобиться. Но, как оказалось, со вчерашнего вечера никто ее не видел.
— А мисс Скотт?
— Она…
— Что дальше? Почему замолчал?
— Она была не совсем в себе, когда ее увидел. Так что…
— А мистер Стоун? — было видно, что Уолт пытался подавить в себе страх и
— Говорят, он уехал еще вчера ночью. Так что я не смог с ним поговорить.
— Куда?
— Видимо, по срочным делам. Что-то случилось в порту.
Уолтер молчал. Ужас плескался в его глазах. Он еле дышал.
— Все проверили?
— Да. Так бы Вас не побеспокоили. Мисс Оливия пропала.
Тишина. Уолтер застыл на мгновение. Лицо медленно бледнело, становясь почти синюшным. Дыхание стало тяжелым и редким.
Резким движением он схватил рубашку и выбежал из комнаты, на ходу одеваясь.
— Готовь лошадей, собак. Позови Эдварда и своего отца. Мы должны немедленно ее найти.
— Хорошо, сэр. Мистер Хард по просьбе Генри Стоуна остался погостить на пару недель в Стоун-парке. Он отличный охотник и следопыт. Возможно, и его позвать? — пытался не отставать Роберт.
— Да, хорошо было бы. Спасибо тебе, — и Уолтер бросил на него благодарный взгляд.
Еще никогда никто не видел в Демпсифилде Уолтера таким взвинченным, взбешенным и напуганным. Не теряя и мгновения, молодой Демпси рванул в конюшню.
Они мчали сквозь лес, пробирались на встречу тьме и коварным тайнам. Сердце Уолтера щемило и обливалось кровью при одной только мысли, что его сестренка где-то там, одна, в пучине холода, голодных зверей. Возможно, она даже без сознания.
"Боже, помоги мне".
Время бежало, солнце склонялось к горизонту. Ее нигде не было.
Слезы выступали на глазах.
"Лучше бы я пропал, умер, взорвался, чем она…, моя Оливия. Моя девочка".
Ветер безжалостно бил в лицо. Ветки неумолимо царапали кожу до крови. Но еще больней и невыносимей разрывались сердца… двух быстрых наездников. Они мчали в ночь, в глушь, ошалевши крича, зовя, уже бессознательно повторяя имя Оливии.
Что может быть хуже, чем единственный и дорогой для тебя человек во всем мире пропадает? Что может быть хуже, чем угроза ему? Опасность, которую ты не можешь предотвратить, остановить, пресечь. Что может быть хуже, чем то, что ты не знаешь где он и что с ним сейчас? Твой лучик света, смысл жизни, этой глупой и гадкой жизни, где-то там, возможно, ему больно, страшно, возможно, даже умирает, но ты не можешь помочь.
Только бы не опоздать. Самое страшно не успеть.
Ты мог что-то изменить, но не сделал. Лучше сразу умереть.
Вдруг раздался на весь лес крик Уильяма Харда:
— Она здесь!
* * *
— Я дал ей успокоительное. Осмотрел раны и ссадины. Ей нужен покой и тепло.
Уолтер не выпускал Оливию ни на секунду из вида.
— Мистер Демпси, Вам бы поспать.
— Нет, нет, Анна. Спасибо.
— Я посижу с ней.
— Нет, не нужно. Я сам.
Он сидел на полу, сложив аккуратно руки на кровати, и умостив на них свой подбородок. Уолтер жадно всматривался в ее замученное бледное исцарапанное личико, синенькие губки, черные мешки под глазами.
Бедная Оливия. Но она была теперь рядом. Была с ним. Он больше никогда не отпустит ее.
— Никогда, — тихо прошептал, словно какое-то заклинание, Уолтер.
Ближе к утру у нее начался жар. Пот ручьем стекал по лбу, щекам, шее. Она безумно тряслась, жадно выпучив глаза.
Уолтер задыхался от боли и ужаса, видя все это. Но не мог и на секунду отвернуться. Он боялся ее упустить, вновь потерять. Теперь окончательно. Без права на надежду.
В очередном припадке Оливия дико завизжала. Уолт бросился к ней и крепко прижал к себе. Слезы текли ручьем по его щекам. Невыносимая боль рвала грудь изнутри.
— Прошу, маленькая моя, держись, все будет хорошо. Я с тобой.
— Уолтер, Уолтер, спаси меня, Уолтер, — жадно ухватившись за руки брата своими тоненькими хрупкими пальчиками, она кричала почти обезумевши.
— Уолтер, убери его от меня! Уолтер!
— Я здесь, милая, я здесь, никто ничего тебе не причинит.
— Эдвард, Эдвард Мендвуд, я ненавижу тебя! Я убью тебя, — дикое рыдание вырвалось из груди. Она все еще бессмысленно смотрела вокруг, пытаясь своими хрупкими ручонками прогнать привидение.
— Не трогай меня, умоляю! — завопила она вновь.
Уолтер побледнел и застыл в ужасе.
Вбежал доктор.
— Она бредит. Сейчас я ее успокою.
Мужчина раскрыл свой чемоданчик и торопливо начал искать что-то внутри.
— На сколько это может оказаться правдой?
— Не знаю, Уолтер. Не знаю, — тихо и смущенно покачал головой врач.
— Мистер Демпси, Эдвард Мендвуд ускакал на лошади только что, — испуганно заявила Анна.
Уолтер соскочил с кровати. Немыслимо дрожа от ненависти, он сжал кулаки и завопил:
— Убью, суку!
Он вылетел из комнаты, обезумевший, разъяренный, подобно демону, подобно самому сатане.
Уолтер мчал на лошади, едва не выбивая из нее дух. Вперед, вперед, только вперед.
* * *
Демпси нагнал его далеко за лесом. Вокруг царил еще полумрак. Пустота.
Эдвард, видимо, остановился, переждать погоню. Но, увы, плохо спрятался.
— Уолтер, Уолтер, — с поражением поднимая вверх руки, он ступил шаг к парню, — я все объясню.
— Хватит мне твоего вранья. Хватит. ТЫ позарился на святое.