Танец королей и воров
Шрифт:
Рот стражника раскрылся и закрылся еще дважды, а затем его ноги отказали и тело рухнуло.
Нежные руки ухватили меня под мышки. Элиза помогала мне встать, пока мимо, крадучись, шел Кейз. Он удостоил изуродованного стражника лишь взглядом, опуская сжатую в кулак ладонь. Его месмер был упоительно жестоким.
– Сабэйн!
Светоносец обернулся через плечо, уже окруженный скидами и рифтерами.
За спиной Кейза возник Вален, весь в крови и грязи. Король не потратил ни единого лишнего мгновения, раскрывая ладони. Острые вершины вырвались из земли. По всему
Заносчивое выражение покинуло лицо Сабэйна. Он припустил к деревьям, перепрыгивая через заостренные зубья из камня и земли, прежде чем те стали слишком высоки.
– Треклятый трус! – в ярости заревел Кейз.
Рифтерам, последовавшим за светоносцем, повезло меньше. Все пытались перепрыгивать через гребни, как и Сабэйн, но стены Валена начали сходиться. Они сомкнули кольцо из битого камня, расплющив альверов, находившихся в проемах. Снаружи торчали конечности. Из трещин сочилась кровь.
Кейз вновь выругался из-за бегства Сабэйна, затем рывком развернулся, обхватив мое лицо ладонями.
– Он тебя ранил?
Казалось, он хотел, чтобы я сказала «да», лишь бы он мог пытать Сабэйна с чуть большим пылом, когда они встретятся вновь.
– Он немного уязвил мою гордость.
– Он за это умрет.
– Если тебе станет хоть чуточку легче, то Элиза уязвила его весьма эффектным образом.
Взгляд Кейза метнулся к королеве, изучавшей порез вдоль челюсти Валена.
– Ну что ж ты так изумлен, Повелитель теней, – сказала Элиза, даже не взглянув на Кейза. – Всем известно, что я порой грозная. – Она чмокнула Валена в губы. – Этот тупица попытался завлечь меня в консорты к их фальшивому королю.
В глубине горла Валена заворочался низкий рык.
– Он что?
– Знаю. Как оскорбительно, тебе не кажется? – Она обвила руками шею Валена. – Хотя вообще-то, если подумать, я ведь не видела дворца фальшивого короля. Может, он роскошнее, чем твой, и…
Элиза не закончила шутку, потому что Вален впился в ее губы. Она смеялась и болтала, пока не растаяла под его поцелуем и он не зашептал слова, предназначенные ей одной.
– Патрика видели? – к Кейзу подошел Лука, чуть запыхавшийся и окровавленный. Дагни крепко держалась за его руку, но глаза ее были дикими. Как будто эта ночь стала новым способом отомстить тем, кто на годы разорвал ее семью.
Кейз покачал головой:
– Этот червяк исчез. Он седой старик, едва способный удержать меч. Он нам не угроза без своей стражи.
Пока Кейз с Лукой разговаривали, я заметила в траве отблеск оружия. Мои пальцы сжали черную кожу рукояти. Железо было полированным, вес – идеально сбалансированным. Грудь сдавило от предвкушения, когда я подняла меч на раскрытых ладонях, чтобы все увидели.
– Кажется, Сабэйн кое-что обронил.
Глаза Кейза собственнически засверкали, когда он взялся за рукоять своего меча из черной стали. Из горла вырвался хриплый вздох. Он разок перекатил меч в ладони, а затем оглядел бойню в академии.
Скидгардов собирали в центре. Коттеджи были разрушены, а
Стены Валена не дадут им уйти отсюда. У них не было еды, не было подмоги. Один из самых грозных отрядов Черного Дворца вскоре умрет с голода.
Уж мы проследим.
Кейз осмотрел все это, а затем поднял свой меч из черной стали:
– Академия наша!
Рев гильдий и воинов сотряс ночь.
Мы завоевали кусочек Черного Дворца, да такой, который, наверное, по мнению Ивара, для жалких воров взять было бы невозможно. Я хотела, чтобы Кейз отомстил Сабэйну, но часть меня радовалась, что тот сбежал.
Пусть приползет обратно к Лорду Магнату. Приползет и расскажет всем ублюдкам во дворце, что мы идем.
Глава 8. Воровка памяти
От убранства академии дух захватывало. Стены увешаны тонкими гобеленами, а также уставлены шкафами с книгами и пергаментами. В коридорах висели картины, изображающие самые прекрасные места в четырех регионах. Благовония, пахнущие гвоздикой и шалфеем, наполняли коридоры землистым ароматом специй, перекрывающим вонь внутренностей и желчи с улицы.
Для тех из нас, кто никогда здесь не бывал, Бард и Лука провели экскурсию по разным комнатам.
Учеников быстро отделили от скидгардов и альверов. Их возьмут в плен и отвезут обратно, в Гнездо Фалькинов. Я не сомневалась, что они будут рыдать, и стенать, и думать, что их бесценные благородные жизни окончены, но они не умрут с голода вместе с теми скидгардами, что остаются здесь.
Хоб и Инге смеялись, вытаскивая позолоченные пояса и элегантные меха из общежитий аристократов. Раум, Линкс и Това собирали кошельки и бумажные пенге, добавляя их к казне гильдий.
Я шла за Гуннаром, Эрикой и Кейзом через кухни, собирая травы и припасы, которые нам пригодятся в Гнезде Фалькинов. Но когда Гуннар открыл большую дверь кладовой, то отскочил, выкрикнув предупреждение. Двое мужчин метнулись из угла в отчаянной попытке сбежать.
– За загривок! – закричала Эрика. Странно слышать в ее голосе силу. – За загривок!
Гуннар тут же начал действовать и дернул за капюшон широкого мужчины с толстой шеей. Тот потерял опору и повалился на спину.
Кейз встал перед вторым мужчиной, улыбаясь, когда хнычущий дурак поднял лицо.
– А, лорд Патрик. А мы все думали, куда вы подевались?
– Кейз. – Голос Гуннара дрожал.
Я взглянула на племянника. Он прижал сапогом горло мужчины, которого уложил, но тело Гуннара тряслось.
– В чем дело? – спросил Кейз.
– Стор Магнус. – Гуннар не смотрел на нас. Он повернулся к Эрике. – Приведи моих отца и мать, пожалуйста. Скажи им, что наш пленитель пойман.
Я сухо сглотнула, горло саднило. За час до рассвета Хаген, Херья и Гуннар стояли в центре двора, где Стор Магнус был привязан к деревянному столбу.