The Walking Dead: проклятое перерождение
Шрифт:
— Превосходная идея, Мартин, — с большим сарказмом сказал я. — Только вот интересно, а почему вот они не будут в меня стрелять, пока я еду на них на, мать его, грузовике? И вообще, почему это я буду сидеть за рулём?
— Потому что я на такой сумасшедший поступок хрен пойду, Лилию не отпустит Джеймс, Джеймса Лилия, ну а Оливию ты, Дункан же слишком громоздкий и необщительный, чтобы подходить на роль пленника, вот и остаёшься только ты, — «логично» объяснил Мартин.
— Будто я отпущу Джейкоба, — убийственно холодно произнесла Оливия, пригвозди Мартина
— Вообще-то на то фургон бронированный, стрелять по тебе будут, но н-не достанут, — Мартин продолжил, слегка заикаясь под тяжёлым взглядом Оливии.
Я уже было открыл рот, но так и ничего не сказал, так как внезапно понял, что и возразить мне нечем. Нам надо было отвлечь внимание? Так таран фургон неплохо его отвлечёт. Конечно, будет трудно, потом оказаться у них в плену, а не стать трупом, который будет нашпигован пулями, но думаю, я смогу что-нибудь придумать.
Да и про кандидата на роль пленника Мартин тоже всё правильно сказал, к тому же я бы и сам не позволил Джеймсу с Лилией идти туда в качестве пленника, мне будет невыносимо больно, если с этой парочкой, что-нибудь случиться. И тем более я не могу отправить так Оливию. Конечно, у неё шансов быть схваченной в плен в больше — она девушка, но в то же время, понятно для чего, эти ублюдки возьмут в плен девушку. Уж точно не для допроса. Поэтому я не могу этого допустить.
Нет, разумеется, можно заткнуть возражения Мартина и усадить его за руль, но это мы терпим глупые шутки Мартина, там этого явно терпеть не будут и просто пустят пулю в лоб. Так что лучше меня кандидата и правда нет, о чём я всем и сказал.
— Но…
— Оливия, — прервал я девушку, которая хотела возразить, — не беспокойся, у меня примерно есть идея, как не умереть, к тому же сразу после моего манёвра, ты с остальными проникнешь на базу, где вы меня заберёте. Только не томите, не хочется получать по лицу.
— Всё будет быстро, — заявил Мартин, улыбаясь во все зубы. — Вот увидишь, даже глазом моргнуть не успеешь.
***
— Блять, — выругался я, после удар по своему лицу.
— "Чтоб тебя черти драли, Мартин" — мысленно пожелал я.
— Знаешь, я думал ты сдох, — уже вслух сказал я, одному из бывших телохранителей Милтона.
И хотя я видел его всего один раз, когда встретился с его бывшим боссом в коридоре, я его всё-таки запомнил. Потому что такую гигантскую лысую тушу забыть сложно. Вот только мне казался, что Оливия его убила, вместе с его братом близнецом, но видимо ошибся.
Вместо ответа мне в лицо прилетел второй удар. Пока что меня не о чём не спрашивали, потому что также помнили, вот отрывается за всё.
— "Чтобы я ещё раз согласился на план Мартина — ни за что!"
Сразу после этой мысли дверь в допросную комнату, где меня вот уже полчаса держали, была выбита.
***
— Болит? — спросила меня Оливия, волнуясь за меня, что было очень мило.
Сейчас мы шли вместе по улице нашего посёлка, к нашему с ней дому, которым стала ратуша нашего посёлка. Это получилось как-то само собой, но никто не был против, поэтому мы с Оливией не стали ничего менять.
— Немного, — ответил я ей, приложив ладонь к большому пластырю на щеке.
Сразу после моего ответа, раздалось короткое гавканье, между мной и Оливией.
— А ты что за нами увязалась, псина? — раздражённо спросила я эту ходячую шаверму.
В ответ мне раздался радостный лай, после которого собака начала обильно махать хвостом.
— Какого чёрта, он за нами увязался? Пусть топает к Лилии и Джеймсу — это они его подобрали, — сказал я.
Оливия пожала плечами.
— Может ты ему понравился? — предположила девушка.
— Упаси дьявол, — ответил я на это. — Ненавижу собак.
До сих пор помню, как бегал от них в детстве.
Я бы его прогнал, да подальше, если бы не Оливия. В открытую она это не показывает и не говорит, но пёс ей понравился. А не говорит она про это, потому что знает про мою неприязнь к собакам, иначе бы Оливия, скорее всего, захотела бы оставить его у нас. Золото, а не жена. Но мне хочется сделать Оливии приятно, поэтому и позволяю этой псине идти рядом.
К тому же Лилия сказал мне, что у Оливии скоро день рождения, поэтому, почему бы не сделать такой подарок, пусть и придётся жить с собакой? На что только не пойдёшь ради любимого человека.
Как только мы зашли к нам домой, собак тут же влетела внутрь и уселась на кресло.
— А ну брысь! — тут же согнал я его. — Сделаешь так ещё раз, станешь ковриком.
Судя по морде, пёс проникся угрозой, поэтому спрыгнул с кресла, на котором уже успел оставить свои следы.
— Оливия, — повернулся я к любимой, почувствовав, как мой правый глаз начинает дёргаться, — а тебе нравиться эта четвероногое недоразумение?
— Он… довольно милый, — слегка призадумавшись, ответила она. — Но если хочешь, мы его прогоним.
Хочу. Очень. Но больше я хочу тебя порадовать.
— Нет, пусть остаётся, только сначала помоем его и проверим на всякую гадость у Джонатана, — сказал я ей.
Вот он обрадуется, когда его сделают из полноценного доктора ветеринаром.
===========================================================================
На всякий пожарный, объясню момент с таймскипом после плена Джейкоба. События, которые произошли в нём — это события, которые были в прологе. Поэтому я решили не повторять их здесь, чтобы не было банального копипаста.
Глава 52: «Эдем»
Спустя 19 месяцев после событий в Саване
— Ты волнуешься, — сказала Оливия, пока мы вместе шли по улицам, уже не посёлка, а чуть ли не настоящего городка.
— Конечно, я волнуюсь, — ответил я ей. — Ты самое дорогое, что у меня есть.
Губы Оливии поднялись в улыбку, которая продержалась заметно дольше обычных её улыбок. Да и к тому же, если раньше у неё просто поднимались краешки губ, то сейчас это уже была полноценная улыбка, хоть и короткая по сравнению с тем, как улыбаются все остальные люди.