Топоры гномов IV. Пылающий север
Шрифт:
Застывшее мгновение, когда стороны пытались осознать изменение расстановки сил, продлилось не долго. Равновесие вновь нарушили демоны, устремившиеся в атаку. Хаотичную, яростную, нацеленную уничтожить всех, кто находился на площади. Кацуми атаковали сразу две суккубы, но я не мог помочь девушки, сам связанный схваткой с дьяволом. Вокруг закипело сражение всех со всеми, в котором время мучительно медленно отсчитывало секунды.
Во мне кипела ненависть, злость, страх, целая буря эмоций. В то же время сознание оставалось невероятно ясным, а рефлексы отточенными. Ударив дьявола «параличем», я тут же использовал ярость, а затем обрушился
Одолев дьявола, наконец позволив себе оглядеться по сторонам и почувствовал, как холодеет сердце. Ибо в этот самый момент Кацуми окуталась золотистой энергией, символизирующей ее преображение. Девушка получила восьмой хвост, что могло стать отличной новостью в любой иной момент, но только не сейчас. Ведь вместе с этим Кацуми обрела безумство берсерка и бросилась в толпу врагов, оставив всякую осторожность.
Пятый ранг давал девушке невероятную скорость, помноженную на краткий миг усиления. Отчего скелеты, баньши, суккубы падали под ее ноги будто спелые колосья. Однако на этой площадке находилось слишком много опасных существ, чтобы столь бездумно рваться в бой и в один миг кицунэ наткнулась именно на подобного врага.
Потрепанные, убогие доспехи, простой меч в когтистой руке. И при этом невообразимая аура мощи, четко выделявшая князя Инферно. Я заметил опасность краем глаза, использовал «рывок», но безнадежно опоздал. Демон оказался быстрее. Багровый от крови клинок ударил в живот Кацуми, и вышел из ее спины. И только затем мой молот откинул в сторону противника.
Назгарон, а именно эта сволочь оказалась передо мной, спокойно вскочил на ноги и радостно оскалившись. Я же заслонил мертвое тело Кацуми, чувствуя, как мучительно медленно идет откат от заклинания. Я не мог применить воскрешение еще несколько секунд. Не мог, черт бы все побрал!
Назгарон вальяжно шагнул вперед, простер руку, намереваясь использовать чары. Однако, что именно желал сделать князь так и осталось неизвестным Ибо в следующий миг поле боя вновь, в который уже по счету раз, переменилось. Мощное сияние заполонило пространство, тишина, безмятежность, покой, влились в мою душу. Одновременно с этим демоны и нежить подались в стороны, руками закрываясь от слепящего сияния. Краткий миг чудесной силы почти сразу прошел и тут же я услышал глубокий вздох и кашель за своей спиной.
Кацуми, лежавшая на камнях, раскрыла глаза, неверяще касаясь живота в месте, где некогда зияла чудовищная рана. Теперь от нее не осталось ни следа. В то же время множество прежде мертвых людей, эльфов и гномов оживали на глазах, поднимались на ноги, крепко сжимая оружие. Превращая в пыль все прошлые труды врагов. «Великое воскрешение» — именно так называлось то чудо, что произошло у нас на глазами. Сотни воинов и самый дорогой для меня человек оказались спасены в один миг. И главным являлось то, что у смерти уже не оставалось времени, чтобы протянуть к ним руки. Ибо, спустя еще несколько секунд, пространство вокруг исказилось, а затем потонуло в кромешном мраке. Телепорт наконец сработал, направляя стоявших на нем солдат прочь из этого мрачного места.
Эпилог.
Перемещение заняло несколько секунд. Сначала нас всех накрыла беспросветная мгла, звуки, запахи, ощущение твердого основания исчезли, однако уже в следующий миг чувства вернулись, вместе с великолепием окружившей нас природы. Мы оказались посреди соснового леса, под хмурым, чуть светлеющим небом. Кожа уловила холодный ветер, дующий с запада, а в глаза плеснул луч восходящего солнца. Словами не предать, как я успел соскучиться по этим ощущениям, однако насладиться девственной природой мне было не суждено. Ведь мы все переместились в это место. И когда я говорил «все», то имел в виду всех, кто стоял на телепортационном круге. Людей, гномов, эльфов, а также нежить с демонами. Заклятым врагам потребовалось лишь несколько секунд, чтобы осознать этот факт.
Первой очнулась нежить. Полагаю, просто потому, что пустые черепа не имели лишних мыслей, а полагались на инстинкты и вложенные программы. Ближайший ко мне воин-скелет сделал выпад мечом, мгновенно принятым на щит, а уже затем я, действуя на закрепленных рефлексах, ответил ударом молота.
Рядом послышались удары, крики, звон оружия. Одновременно с этим Назгарон прорычал приказ, после чего уцелевшие ифриты, дьяволы и он сам поднялись в небо, дабы спешно броситься на запад. Их никто не преследовал. У солдат Мерана имелись иные заботы.
По счастью, бой с нежитью вскоре завершился. Главным образом благодаря тому, что она, в результате перемещения, оказалась в численном меньшинстве. Так что уже спустя пять минут в сосновом лесу установился мир и покой. Тем более приятный, что мы наконец вырвались из западни. Впрочем, полному умиротворению все еще мешала неизвестность нашего местоположения. Я уже проверил по карте и смог убедиться в том, что никогда прежде в нынешней точке пространства не находился. Что являлось весомым поводом к тому, чтобы обратиться к тану Крониру за объяснениями. Впрочем, он сам не стал затягивать разговор с нами, по ментальной связи объявив сбор офицеров и вверенных им сил.
Спустя минуту рядом с Крониром оказались девять разумных. Девять, притом, что вырваться из Мерана удалось более чем двум десяткам лордов и офицеров Мерана. Но такова уж была плата за путь через Глотку мира. Как я знал, двое офицеров погибло во время атак агрессивной мелочи. Трое пали в сражении со сколопендрами. Один принял смерть от рук призраков. Остальные… Остальных забрала последняя атака.
Всего в заключительной схватке, длившейся десять минут, пало около четырех сотен солдат. Достаточно мало, учитывая тот хаос и обилие монстров, что собрались на памятной площади. Но за это следовало благодарить «Великое воскрешение». Если бы не оно, итоги битвы оказались фатальны. Да что говорить, если даже мощи заклинания не хватило для того, чтобы воскресить всех. И без того хотелось благодарить мироздание, что чарам оказалось угодно выбрать Кацуми. Не знаю, успел бы я сам использовать «воскрешение».
Отрешение и посторонние мысли явно были связаны с накопившейся усталостью, так что я даже тряхнул головой, а затем посмотрел на тана Кронира. Тот в этот момент как раз поднял руку, добиваясь тишины.
— Воины, я буду краток. Вы проявили доблесть, о которой впору слагать легенды. Вы прошли через хаос и пламя Мерана, через Бездну Глотки мира. Этим вы заслужили мое уважение и достойную награду. Каждому здесь будет выплачена доля золотом и артефактами, найденными в Глотке мира, но особо я хочу выделить нескольких героев. Капитан Гракхет! — назвал генерал первое имя.