Убийца наваждений
Шрифт:
Глянув на часы, Темре понял, что рискует опоздать на встречу.
– Джел, я чем смогу помогу тебе в этой охоте, а сейчас мне надо мчаться в полицию, вроде бы у них что-то появилось на мою Акробатку. Ты где ночуешь?
– На Крупяной горке. Бабушку мама забрала к себе, там сейчас никого, ключ у меня. Еще раз все осмотрю…
– Ага, тогда я, как освобожусь, тоже туда приеду, – с тревогой глядя на творожисто бледное и непривычно угрюмое лицо Котяры, решил убийца наваждений.
– Ты за меня не беспокойся, – уловив его настроение, фыркнул «бродячий кот». – За деда буду молиться и сам не сваляю
Полицейское Управление Лонвара находилось на Полицейской горке – не заблудишься. Темре добрался туда от храма на улице Зимних Ягод с тремя пересадками. Быстро и никаких расходов: убийцы из Гильдии были официально освобождены от уплаты за проезд на трамвае.
Пока в темноте за окнами проплывали озаренные подвесными фонарями решетки мостов, он находился в скорбном и угнетенном состоянии духа: дедушку Тавьяно он знал с шести лет, с тех пор как подружился с Котярой. В большой и дружной семье Джела к нему все относились с большой теплотой, и не имело значения, что он гронси.
Умереть такой смертью – ни с кем не простившись, на полу с проломленной головой, когда рядом с тобой нет никого, кроме какой-то алчной мрази… Темре не был сторонником новомодных веяний вроде отмены смертной казни. За преступления такого рода надо попросту вздергивать на виселице, как в старину.
Подавленность не помешала прикинуть, чем он сможет помочь Котяре. Ага, именно это он и сделает. Тот самый случай, когда это будет правильно. И то, что сгодится в уплату, у него есть – лежит в его личном арендованном сейфе в Корабельном банке.
Шагая по сосновой аллее от остановки к зданию, он постарался стряхнуть тоску: не исключено, что сейчас ему сообщат информацию, которая изменит расклад в его собственной охоте.
Деревья чередовались с фонарями, стволы сосен золотились в янтарном свете, кое-где на плитах дорожки валялись шишки: словно направляешься не в полицию, а в сказку. Впрочем, стоило переступить порог казенного вестибюля, и романтические ассоциации сразу улетучились.
Темре поджидал порученец, что само по себе было необычно, и проводили его не в кабинет одного из тех чиновников, что служили связующим звеном между Управлением и Гильдией, а в малый совещательный зал с овальным столом и обитыми дорогой кожей стульями. Народу там сидело довольно много, пили кавью с сахаром.
– А вот и господин Гартонгафи! – представил убийцу Вандо Ранкута, начальник отдела заморочных расследований, занимавшегося ЧП, в которых были замешаны наваждения, и потому работавшего в тесном контакте с Гильдией. – Молодой, но весьма квалифицированный и хорошо себя зарекомендовавший специалист. Они все там молодые, для их боевых плясок крайне важна скорость реакции и выносливость, так что не обманывайтесь его несолидным видом.
«Ну, спасибо, отрекомендовал», – хмыкнул про себя Темре.
Четверо мужчин неуловимо иностранной наружности разглядывали его оценивающе, со сдержанным деловитым любопытством.
– Присаживайтесь, Темре, – по-домашнему пригласил Ранкута, рыжеватый толстяк с большой лысиной и живым округлым лицом. – Это наши иллихейские гости. Разговор будет долгим и для обеих сторон интересным.
Вежливо поклонившись иллихейским гостям, убийца наваждений занял свободный стул.
– Все в сборе. Глонту, сначала ваш доклад.
Глонту, в отличие от своего руководителя худощавый, длиннолицый и мрачноватый, с ослепительно сияющими на мундире пуговицами (наверное, каждый вечер надраивает их зубным порошком, подумал Темре), зашелестел бумагами и принялся обстоятельно рассказывать о трупах, обнаруженных патрулем на свалке у подножия Кузнечной горки.
Всего покойников было четверо. У одного «пробита тяжелым предметом голова в области темени, с выбросом содержимого черепной коробки в радиусе четырех бутов», у второго «раздроблены тяжелым предметом обе коленные чашечки, разрезана брюшная полость и частично вытащены наружу кишки и сосуды, перерезано горло с проникающими ранениями гортани, трахеи и сонной артерии» – и так далее. На середине зачитывания этих отвратительных подробностей порученец флегматичным жестом поставил перед Темре чашку с кавьей. Тот поблагодарил рассеянным кивком.
– Что об этом скажете, Гартонгафи? – осведомился Вандо Ранкута, когда с перечнем несовместимых с жизнью повреждений было покончено.
– Похоже на работу морочана. Наваждение, которое я разыскиваю, определенно могло это сделать. Хотя встречаются и люди, способные на такие зверства…
Ранкута оборвал его коротким нетерпеливым взмахом руки: людская уголовщина к компетенции представителя Гильдии не относится, а терять время впустую незачем.
– Глонту, продолжайте.
Глонту ознакомил присутствующих с выводами выезжавшей на место дознавательской группы: судя по характеру улик, включая следы на глинистой почве, всех четверых убил один человек. К такому же заключению пришел и маг-эксперт, осмотревший трупы.
– Я тоже полагаю, что это был морок, – подвел итог начальник отдела. – Погибшие были профессионалами – наемники, охотники за головами – и, несмотря на это, не смогли оказать достойного сопротивления.
– Наемники охотились за мороком? – изумился Темре. – Тогда я сомневаюсь в их профессионализме. Да и в их здравом рассудке заодно…
– Они охотились за другой добычей. За иллихейским преступником, который прибыл в Венгу под именем Шулнара Мегорчи с целью скрыться от правосудия. Перед этим они его преследовали и готовились к захвату. Показания очевидцев, которые видели их несколько раньше на улице, позволили частично восстановить картину. Судя по следам, он ушел с места происшествия вместе с морочаном. Так что, Гартонгафи, дальше вам предстоит работать совместно с нашими гостями из Империи. Они будут ловить своего клиента, а вы – как обычно… Любопытно, зачем Акробатке, если это была она, понадобился заокеанский жулик и сколько он рядом с ней протянет?
– Мы должны доставить его на родину живым, – с сильным акцентом, хотя и без ошибок, произнес светловолосый иллихеец с загорелым лицом, еще нестарым, но изрезанным морщинами, как будто кто-то специально вылепил на нем выразительные складки. – Это исключительно важно.
Ранкута слегка развел руками: мол, не обессудьте, дорогие друзья, но насчет дальнейших действий наваждения ничего гарантировать не можем.
– Позвольте вопрос! – вмешался Темре. – Морок, убивший наемников, мог знать о том, что этот человек недавно прибыл из Иллихеи?