Вампиры замка Карди
Шрифт:
– Кто - он? О ком ты говоришь, Курт?
– О том, кого ты любила, когда была юной... Я узнал это, когда попробовал твоей крови!
– прошептал Курт, глядя ей в глаза завораживающим взглядом.
Если бы она все еще была человеком, этот взгляд просто парализовал бы ее, лишил способности мыслить и чувствовать... Правда, Лизе-Лотта человеком не была. Но сказанное Куртом потрясло ее.
– Тот, кого я любила...
– Англичанин.
– Джейми?
– Джеймс Хольмвуд, лорд Годальминг. Ты любила его. И Аарона ты любила. И даже Раду... Только меня ты не любила никогда, моя прекрасная,
Взгляд Курта был странным и голос его звучал странно, но потрясенная Лизе-Лотта не заметила этого.
– Джейми! Он вернулся! Вернулся!
– шептала она.
– Он вернулся, а я... Кем я стала? Чем я стала?!
– Ты стала бессмертной. И ты можешь подарить ему бессмертие. Или попросить об этом Раду. Он не откажет тебе, - вкрадчиво промурлыкал Курт.
– Нет, нет!
– встрепенулась Лизе-Лотта.
– Только не Джейми... Я правда любила его. Мне было хорошо с ним.
– Он бросил тебя.
– Я простила его...
– Простила... Как ты добра! Ты просто ангел. Да... Ты - ангел света, Лизе-Лотта. Ты не должна была становиться демоном ночи. Вот я... Я всегда хотел этого. Стать сильнее всех. И теперь мне хорошо. А тебе - плохо. Я чувствую. Ведь я связан с тобой. Связан кровью!
– Да, мне плохо, Курт... Мне плохо! И особенно плохо сейчас. Джейми приехал... А я превратилась в чудовище. Я даже показаться перед ним не могу!
– Я думаю, он приехал не из-за тебя. Или - не только из-за тебя. Мне кажется, его появление в замке - это часть пророчества безумного Карло Карди... Вот, посмотри, эту книгу я забрал у дяди Отто. Он не расставался с ней ни на минуту, даже на ночь клал на тумбочке рядом, хотя - мне казалось, он выучил ее наизусть. Смотри, что здесь написано относительно смерти Хозяина... "Уничтожить же его теперь нет никакой возможности, час его еще не пробил. Но "истребитель" уже рожден и скоро его детская рука станется рукою мужа и тогда... берегись, старый дьявол! Мститель придет". А вот еще: "...по старым книгам ему известно существование "немертвого" в горах Карпат, очень сильного и хитрого, гибель которого зависит от мужественной женщины, но время гибели еще не настало".
– По-моему, эти два утверждения противоречат друг другу. Мужчиной или женщиной должен быть тот, кто мог бы убить графа?
– недовольно спросила Лизе-Лотта.
– Мужчиной. Которому поможет отважная женщина. События, описанные здесь, произошли в одиннадцатом году. Сколько лет англичанину?
– Джейми? Ему... Сейчас ему тридцать четыре.
– В одиннадцатом году ему только-только исполнилось два.
– Ты считаешь, что мифический мститель - это Джейми?
– Многое сходится...
– Ох, Курт... Ты просто не знаешь Джейми! Он же... Он не может быть мстителем. Он очень безобидный. А уж убить Раду... Я сомневаюсь, что это вообще возможно! К тому же ему должна помогать женщина. А где он возьмет женщину? Какая-нибудь крестьянка из деревни?
– Нет, фрау Шарлотта. Не крестьянка, - ответил Курт, пристально глядя на нее.
– Все сходится...
– Все это - только домыслы, Курт. Выпив кровь Отто, ты заразился от него тягой к научному обоснованию всего на свете. А многое происходит просто
– Но не такие!
– В этом ты прав, - грустно улыбнулась Лизе-Лотта.
– Это - всем совпадением совпадение! Джейми приехал, я могу его увидеть... Если решусь предстать перед ним такой, какой я стала!
– В глазах смертного ты - просто очень красивая женщина. Особенно если найдешь, кем покормиться перед встречей... И не станешь парить перед ним по воздуху. Хотя, боюсь, с кормом у нас становится напряженно. Придется сделать вылазку в деревню.
– А что такое?
– Солдаты разбежались. Как только обнаружили, что Отто исчез. Они просто взломали сейф, забрали все деньги и ушли. Впрочем, их и оставалось-то немного...
– Ну, не скажи! На несколько ночей нам хватило бы. А теперь что делать?
– огорчилась Лизе-Лотта.
– Я же говорю: охотиться в деревне! Раду, как проснулся, сразу ушел туда.
В этот момент где-то вдалеке, в глубине коридора раздались тихие шаги. Это мог быть только человек - вампиры передвигаются беззвучно, разве что платье прошелестит... Курт поднял голову, принюхался и на лице его отразилось удовольствие:
– Женщина! Молодая. Здоровая. Да еще и с ребенком!
– С ребенком, - печальным эхом откликнулась Лизе-Лотта.
Потом они ждали в молчании, пока из коридора не вышла молодая румынка с распущенными волосами, в ночной рубашке. Широко раскрытые глаза ее были пусты и бессмысленны. На руках она несла спящего малыша полутора лет.
Следом за женщиной вошел Раду. Мрачно взглянул на Лизе-Лотту, совершенно проигнорировав вскочившего в нетерпении Курта.
– Теперь тебе, милая, придется изменить своим вкусовым пристрастиям. Солдаты были негодяями и их кровь пить было легко... Но солдат здесь больше нет. Придется пить кровь невинных. Такова наша участь. Ничто не дается легко... Особенно - бессмертие!
Раду взял ребенка из рук женщины:
– Его я отнесу моим троим красавицам. Детская кровь - чистый эликсир, сил от нее можно получить больше, чем от крови троих взрослых. А вам с Куртом оставляю эту... Курт, проследи, чтобы Лизе-Лотта не осталась голодной.
– Слушаюсь, Хозяин!
– бодро отрапортовал Курт.
Раду ушел.
Лизе-Лотта в растерянности смотрела на женщину.
Курт подошел к крестьянке, провел ладонью по ее черным волосам, по смуглой, румяной щеке, коснулся пальцем губ, затем отбросил ее волосы с шеи и погладил кожу там, где бился пульс. Его рука скользнула ниже - к груди. Несколько мгновений он ласкал тяжелую грудь женщины, словно хотел обольстить ее прежде, чем забрать ее кровь... Потом поднес свои ладони к лицу и с наслаждением понюхал.
– Надо же! Она до сих пор кормит ребенка грудью... Как долго!
А в следующую секунду он схватил женщину, опустил ее на колени и вгрызся в ее шею - так быстро, что взгляд смертного с трудом уловил бы это мгновенное движение.
Запах свежей крови обжег Лизе-Лотту. Голод ледяным крюком впивался в ее тело. Но запах крови мешался с запахом грудного молока и со сладким запахом спящего младенца, которого всего несколько минут назад оторвали от этой груди.
Лизе-Лотта не могла пить кровь этой женщины!