Я, гражданин Украины
Шрифт:
– Ти сичас нэ только адрес мнэ напишешь, ты сичас сам будэш мама свой рэзат! – взбесившись заорал горец.
– Слушай, джигит сраный, посмотрись в зеркало, – резко, уже не улыбаясь, сказал спецназовец.
Не опуская автомата, Чингиз скосил глаза в большое зеркало – на лбу плясало три пятнышка лазерных прицелов.
– Ах ти гад!! – Чингиз попытался левой рукой взвести затвор автомата, но не успел, и его мозги кровавой пеной осели на стены.
– Спасибо, ребята, – тихо сказал майор.
Пленных нашли в том же подвале, прикованными к водопроводным трубам.
По пути из Борисполя Володя молчал и особо даже не интересовался, что и как. Был
Спокойно войдя в галерею, почти не удивившись машинному залу, он произнес:
– Я чувствовал, что-то такое должно было произойти. Иначе человечество уже давно бы вымерло.
Проспав три дня, выпив и съев все в пределах видимости,Важенов приступил к делу. Он долго и молча клацал клавиатурой, осваивал очки-дисплей, выслушал все, что я мог ему рассказать, потом, нажав «энтер», сказал:
– Я только что те дисплеи у спецназа сжег, лучше пусть никто не знает.
После этого он надолго засел за клавиатуру.
– Во! – сказал он наконец, – надо бы тут немного усилить систему, а то вдруг как возьмут за задницу.
Глава пятнадцатая
Первым делом пришлось заставить потрудиться всю информационную систему – от дронов до геостационарных спутников. Через пару дней мы уже владели достаточно подробной информацией о спутниках связи, спутниках-шпионах и прочих, предназначенных к запуску в ближайшее время. Оказалось, что их совсем немало. С учетом американских, российских, китайских и индийских – примерно штук двести пятьдесят. И это железо постоянно висело над землей и не было ни кусочка земной поверхности, закрытой от их зоркого глаза. Следующая решенная нами задача – мы собрали всю информацию, как правило, под грифом совершенно секретно, о разработках оружейных лазеров. Это оказалось не так сложно, и что особенно радовало – прогресс в этой области был налицо.
Далее шла операция довольно деликатная. Одновременно в банке «Кариверона», «Банко ди Лаворо» и «Банко ди Рома» появились счета, открытые на некую фирму «Ринашименто СПА». Никто не заметил, да и не мог заметить, как в файлах этих банков появилась новая запись, а потом машина завертелась автоматически. Кредитные карточки были вовремя изготовлены и отосланы на абонентский ящик, открытый в Анконе, доступ к которому имела только моя жена. О чем она, конечно, была предупреждена своевременно, приняв это известие спокойно и особенно не сопротивляясь. Общак, за который отвечал Рыло, явился первым взносом на эти счета и был переведен из многочисленных банков в оффшорных зонах. Естественно, все следы трансфертов мы уничтожили немедленно. Заодно я слегка потрусил Пекинскую академию. Так, за моральный ущерб. Денег хватило для оплаты сотни лазеров.
Надо сказать, что вся процедура заказа и пересылки на большой склад в Гренландии, арендованный для некоего доктора И.Джонса, прошла совершенно гладко. Уже давно сидевшие на мели лазерные фирмы ближнего Подмосковья мало интересовались тем, куда шла их продукция. Интересовались только возможностью продать. А тут случился такой большой заказ. Наиболее тонким моментом было внесение изменений в чертежи спутников связи. Но в итоге места для крепления лазеров были предусмотрены. Спасала хорошая понятливость большого компьютера и то, что вся документация уже давно ведется без бумаги. Одновременно на различные заводы пришли одинаковые блоки, именуемые как «спецподсветка». Ловкие техники привинтили их на заранее подготовленные места, благо, что лазеры наши были легки и компактны. Все спутники вышли на свои орбиты штатно
После нескольких десятков неудачных попыток, наконец, удалось вмонтировать кристаллы в сферы. Отныне я стал гордо называть их боевыми. Как выяснилось, перемещались они довольно шустро и, скорее всего, за счет использования земного магнетизма. В антиграв, я, пардон, пока не очень верю. А испытать всю эту байду хотелось. И хотелось чего-то шкодного.
Давно, по-моему в начале семидесятых годов, в Киеве сотворили самый пошлый проект времен советской власти. Построили отдельное метро для партийных шишек. Соединили дом Щербицкого, тогдашний Верховный совет и монстрячее здание ЦК секретными транспортными линиями. Вот и разъезжали несколько убогих бонз на личном метро. После коллапса страны, как мне кажется, пользовать его перестали, предпочитая наводить дешевый страх на подданных жуткими кортежами, сметавшими все и вся на своем пути. А зря…
Почти каждый день в девять часов утра Левашовская улица зависала в оцепенении. Суетливые гаишники выключали светофоры, подпрыгивая возле релейных ящиков, тыча полосатыми палками в высоко установленные тумблеры. После этого летели на всех парах в центр перекрестков и уставно замирали там. Особисты мчались в многочисленные подворотни и выискивали вредителей. Как всегда малоэффективно. Прохожие застывали на месте – знали, сейчас с воплями и мигалками, с чиновничьей истерикой, сквозящей в каждом телодвижении этого убогого действа, пронесется кавалькада мерседесов без номеров, и в одном из них – сам президент.
Ничем не отличался и сегодняшний день. Почти ничем. Уже пролетая дом, в котором живал Довженко, майор первой машины эскорта увидел, как вдруг загорелся красный свет и на перекресток выполз самосвал. Попытка увести эскорт в Липский переулок увенчалась неуспехом – было поздно, да и переулок был забит ожидавшими проезда какими-то левыми джипами. В общем, пришлось тормозить и сворачивать к черному ходу резиденции. Позорно, но безопасно. И тут, прямо в подворотне заглох мотор лидирующего бимера. Заглох намертво. Эскорт оказался зажат среди всякого автохлама и чужих домов. Охрана совсем растерялась, но президент взял ситуацию в свои руки. Смело распахнув дверь своего авто, он шагнул на плитки тротуара.
– Я пешком пройду, – милостиво сообщил он. И засмотрелся, как какой-то генерал хлестал по щекам милицейского лейтенантика, допустившего включение светофора.
– Здравствуйте, господин президент, – вежливо поздоровался я, стоя у своего подъезда и наблюдая за всей кутерьмой. – Рад видеть вас у себя дома.
Президент даже не улыбнулся, однако мельком глянул на меня.
– Зря вы не хотите со мной говорить. У вас вон за спиной что творится, посмотрите! – я не унимался.
Оглянуться президента заставил странный звук за спиной. На капоте его невероятного членовоза с шипением возникала простая надпись – КОЗЕЛ. Края рваных букв были раскалены. Глаза водителя выпучились до неприличных размеров, а один из охранников полез в багажник за огнетушителем…