Записки мертвой души
Шрифт:
Его губы нежно проходятся вдоль щеки, захват волос становится всё сильней,
и он кусает меня в шею. Я издаю стон и оседаю в его руках. Почему я это
делаю? Почему я не притворяюсь, почему мне это нравится? Он
разворачивает меня к себе, прожигает взглядом и проводит когтями по щеке,
лишь слегка ее задевая. Это щекочет нервы и посылает импульсы
удовольствия и предвкушения чего-то большего по всему телу. Неожиданно
он сдавливает моё горло и, приблизившись
взять тебя прямо сейчас, пустить твою кровь и слизывать её, входя в тебя всё
глубже». Проводит языком по губам, заставляя их раскрыться в сладостном
стоне и резко отстраняется.
— Этим мы займёмся немного позже. А сейчас нам надо кое-что обсудить.
Садись. — Указывает на диван. — Угощайся.
Есть не хотелось, особенно после такого шоу, но я всё же взяла виноградинку
и откусила чуть-чуть, просто, чтобы выполнить его приказ. Он вдохнул и
задержал дыхание, сверля меня взглядом. Что случилось?
— Я возьму тебя прямо сейчас, клянусь. И тогда твои губы будут ласкать уже
не этот виноград, а кое-что побольше, — страстно сказал он. Его ноздри
раздувались, он был на пределе.
Но и-за чего? Из-за винограда? Что за бред? Не знаю, что мной двигало, но я
взяла виноградинку побольше и втянула её губами, посасывая. Вытащила,
облизала и посмотрела на него.
— К черту разговоры! Всё потом. Сейчас ты будешь задыхаться от крика, моя
дорогая, — сказал он и схватил меня за руку, притягивая к себе.
Его губы безжалостно сминали мои, как будто хотели за что-то отомстить. Он
кусал мои губы, вонзая когти через халат в кожу, окрашивая его в красный.
Руки добрались до пояса, собираясь развязать халат, но я не могла ему
позволить скинуть его и оставить меня голой. Он же увидит руку. Быстро
оторвавшись от него, я опустилась ниже, расстегивая молнию на штанах. Я
вела себя, как озабоченная шлюха, но лучше стоять на коленях, чем быть
убитой, когда она увидит мою новую руку.
Его стоны разносились по всей комнате, заполняя её полностью. Он взял
процесс под контроль, не позволяя мне удовлетворять его самой. Намотав
волосы на кулак, стал двигаться у меня во рту, занимаясь с ним сексом. Но
долго заниматься односторонним сексом он не хотел.
— Встань! — приказал, отпуская мои волосы.
Я встала, глаза в пол, поза выражает полнейшее подчинение.
— Хорошая рабыня. — Погладил меня по голове, как собаку. — За это я
трахну тебя, малышка.
Он притянул меня к себе, развязывая халат, желая его разорвать. Но я не
дала ему порвать халат, ведь тогда у меня не будет одежды, не
такого убежища. Я помогла ему стянуть халат, а чтобы он не заметил руку,
обвила шею свободной и притянула к себе. Это была наглость в чистом виде,
но, опять же, лучше так, чем быть раскрытой. Он взревел и сжал меня в своих
объятиях, причиняя боль, заставляя задыхаться. Люцифер пытался отцепить
мою руку, скинуть с себя, но я не давала ему этого сделать, углубляя поцелуй
всё больше и беря власть в свои руки. Не позволить ему увидеть руку, не
позволить! Эти мысли руководили мной, определяли моё поведение. Он
подошёл к кровати, кинул меня на неё и с трудом, но всё же оторвался.
— Что ты творишь, Ольга? — пошипел он, выпуская из пальцев искры.
Злится. Ему не нравится, что я не подчиняюсь, а руковожу процессом.
— Хочу вас, Повелитель, — прошептала я, удерживая его взгляд, не давая
ему переместиться ниже.
Без лишних слов он накинулся на меня, как зверь, которым, по сути, и был. Я
спрятала вторую руку под подушку, а здоровой — тянула его за волосы и
вонзала ногти в спину. Он рычал, кусал меня и явно злился от смены власти,
но сделать ничего не мог. Страсть затуманила его разум, он не мыслил, а
просто следовал первобытным инстинктам. Взять самку, спариться. И я
играла на этом. Но, черт возьми, мне это нравилось! Я не просто пыталась
отвлечь его внимание сексом, я сама утопала в этом океане страсти. Его
яростные толчки доставали до самой души, по телу разливалось тепло в виде
непрестанно передающейся мне энергии. Я даже не чувствовала его когтей
на своём животе, не чувствовала крови и его клыков на своей груди. Я
забылась в этом нечеловеческом соитии. Он вонзил когти в живот, последний
раз содрогаясь во мне, выбивая из меня последние судорожные вздохи. Я
пыталась ухватиться за действительность, но реальность всё быстрей
уплывала от меня. Чувство наполненности, чувство своей принадлежности
ему давило на мой всё ещё протестующий разум. Нет, я не сдамся ему! Он не
сделает меня своей игрушкой, он не вернёт власть. Нет!
Он вышел из меня и встал. Я же перевернулась на бок, чтобы всё также
скрывать руку, спрятанную под подушку. Что со мной происходило? Почему я
хотела его? Я не должна этого делать! Больше такого не повторится. Никогда.
Я не позволю себе хотеть его. Ни за что. Моя цель — выбраться отсюда, а не
остаться здесь навсегда в виде его игрушки.
— Одежда для тебя. — Рядом со мной появилась стопка вещей.