Архивы Дрездена: Летний Рыцарь. Лики смерти
Шрифт:
Глаза Элейн потрясенно расширились, она открыла рот, но не издала ни звука. Долгое мгновение мы молча смотрели друг на друга.
– Звезды и камни! – выдохнула она наконец.
Рукой она откинула волосы с лица – я-то знал, что этот жест выдает ее волнение, хотя внешне он так не выглядел.
– Гарри, если мне не удастся этого сделать, если я не отработаю своего долга, я… это очень плохо для меня кончится.
– Ха, – буркнул я. – Можешь не рассказывать. Мэб держит меня более-менее на такой же мушке.
Элейн тихо чертыхнулась:
– И что
– Гм, – сказал я.
Она вопросительно посмотрела на меня. Я нахмурился:
– Я думаю. Думаю. Гм.
Она встала и несколько раз возбужденно прошлась по комнате.
– Должно же найтись что-то… какой-нибудь выход из этого положения. Боже, порой меня просто тошнит от их чувства юмора. То-то Мэб с Титанией смеются над нами сейчас.
Останься у меня еще хоть немного сил, я тоже наверняка забегал бы по комнате. Вместо этого я зажмурился и попытался думать. Если мне не удастся сделать того, что от меня хочет Мэб, она не разрешит Белому Совету проход сквозь свои владения. Совет решит, что я не справился с Испытанием, перевяжет меня ленточкой и, упакованного, с поклоном вручит вампирам. Я не знал особенностей ситуации, в которой оказалась Элейн, но не сомневался в том, что условия ее сделки не менее фатальны. Голова гудела как котел.
– Ну же, Гарри, – не унималась она. – О чем ты думаешь?
– Я думаю, что если эта проблема отрастит еще хоть пару рогов, то я пристрелю ее и повешу их на стену.
– Я понимаю, тебе этого в голову не вдолбить, но сейчас не время для шуток. Нам нужно придумать хоть что-то.
– Уже придумал, – сказал я. – Собирай свои манатки и идем со мной.
Элейн потянулась в тень за камином и достала оттуда изящный посох из светлого дерева, украшенный замысловатыми абстрактными фигурами.
– Куда мы идем?
Я с усилием оторвался от стула:
– Поговорить с Советом насчет их помощи.
Брови Элейн удивленно поползли еще выше.
– Не обижайся, Гарри, но ты, случайно, не спятил?
– Выслушай меня.
Она сжала губы, но все же кивнула.
– Все очень просто. У нас проблем выше головы. Нам нужна помощь. И потом, к Совету тебе придется обратиться в любом случае.
– С чего это?
– Ох, да пойми же: ты смертная, Элейн, и чародей. К такому они относятся в высшей степени серьезно. Они встанут на нашу сторону против фей, помогут нам найти выход из этой передряги.
Элейн поморщилась и непроизвольно огляделась по сторонам:
– Я слыхала про этот ваш Совет совсем другое.
– Возможно, ты слышала только предвзятую точку зрения, – предположил я.
Элейн кивнула:
– Возможно. Тот Совет, о котором я слышала, едва не казнил тебя за то, что ты посмел защищаться от Джастина.
– Ну да. Но…
– Они назначили тебе испытательный срок, и ты едва не убился, доказывая свою невиновность.
– Ну да, но я и без того мог бы угробиться. Я хочу сказать, что я и без Совета…
Она покачала головой:
– Боже мой, Гарри. Ты что, сам не видишь? Совету на тебя наплевать. Они не собираются тебя защищать. Они
– Я уже стал помехой.
– Тем более, – заметила Элейн.
– Послушай, у некоторых членов Совета вместо головы и правда задница. Но и нормальных людей там тоже хватает.
Элейн скрестила руки на груди и тряхнула головой:
– И сколько, скажи на милость, этих нормальных людей готовы поддержать тебя в Совете?
– Элейн…
– Нет, Гарри, я серьезно. Я не хочу иметь с ними ничего общего. Я столько прожила без их, с позволения сказать, защиты, что смогу, мне кажется, продержаться без нее и еще немного.
– Элейн, они в любом случае узнают о тебе, и это должно исходить от тебя. Это хотя бы отчасти снимет их подозрения насчет тебя.
– Подозрения? – возмутилась Элейн. – Гарри, я что, преступница?
– Ты нарываешься на неприятности, Элейн.
– И как, интересно, они обо мне узнают? А? Или ты сам собираешься настучать им на меня?
– Конечно нет, – буркнул я.
Если честно, в голове моей мелькнула мысль, сколько неприятностей свалится на меня, если кто-нибудь из Стражей пронюхает о том, что я связан с возможной нарушительницей Первого закона и к тому же помощницей Джастина Дю Морне в таком нарушении. В моем нынешнем, на редкость неустойчивом положении даже подозрений подобного рода хватило бы, чтобы пустить меня на дно, в какую сторону ни повернулось бы расследование. Чудесно – только этого мне еще не хватало…
– Ладно, – сказал я наконец. – Я ничего не стану тебе говорить. Выбирай сама, Элейн. И все-таки, прошу тебя, поверь мне. Доверься мне. В Совете у меня есть и друзья. Они могут помочь.
Лицо Элейн немного смягчилось.
– Ты уверен?
– Ага, – подтвердил я. – Сердцем клянусь.
Она облокотилась на свой причудливо украшенный посох и нахмурилась. Потом открыла рот, чтобы сказать что-то, – и тут моя стальная дверь содрогнулась от тяжелого удара.
– Дрезден! – рявкнул с улицы Морган. – Открывай, подлый предатель! Я хочу, чтобы ты ответил мне на пару вопросов.
Глава 9
Элейн бросила на меня испуганный взгляд.
– Совет? – шепнула она едва слышно.
Я кивнул и ткнул пальцем в сторону моего посоха, стоявшего в углу. Элейн схватила его и перебросила мне. Потом бесшумно прошла сквозь дверь моей спальни и исчезла.
В дверь снова ударили кулаком.
– Дрезден! – рычал Морган. – Я знаю, что ты здесь. А ну открывай!
Я распахнул дверь, не дожидаясь новых криков:
– А то что? Как дунешь, как двинешь?
Морган свирепо уставился на меня – высокий, массивный и, по обыкновению, с кислым выражением физиономии. Он успел сменить балахон и плащ на темные брюки, серую шелковую рубаху и спортивную куртку. На плече его висела сумка для гольфа, и мало кто из случайных зрителей заметил бы торчавшую среди клюшек рукоять меча. Он сунул голову в дверь и обшарил помещение холодным взглядом: