Двойная засада
Шрифт:
Как и другие командировочные, подполковник был уже в полной экипировке: в бронежилете и кевларовой каске, с автоматом в руке и тяжеленным рюкзаком за плечами. С такими тяжелыми рюкзаками в поход обычно не ходят. Но таскать этот рюкзак с собой постоянно не придется, как понимал Капустин, и потому не сильно расстраивался от нагрузки. Пока же расстояние до автобуса слишком мало, чтобы из-за него расстраиваться.
На последней ступеньке высокого полукруглого крыльца Игоря Евгеньевича и застал взрыв, сначала заставивший остановиться в недоумении и растерянности и его самого, и остальных сотрудников, кто оказался рядом. Реакция сработала чуть позже, когда
В принципе, взрыв одного человека, хотя и вписывался в события последних дней, не мог стать доминирующей версией случившегося. Резонным было бы предположить и попытку взрыва отряда ФСБ, готового для отправки в Чечню. Мало ли по каким причинам взрывное устройство сработало раньше времени. Доморощенные техники-взрыватели террористов не обладали нужными навыками в изготовлении взрывных устройств. И все же взрыв автобуса под окнами здания ФСБ был не просто событием чрезвычайным, этот взрыв был вызовом.
Началась привычная в подобные моменты суета. Кто-то присоединился к погоне за террористами, хотя самих террористов, кажется, никто не видел, кто-то начал тушить догорающий автобус. Здесь же вдруг откуда-то возник даже подполковник Ларичев, на ходу пожавший Капустину руку. Ларичев словно бы чему-то даже радовался. По крайней мере, глаза молодого подполковника горели не суровым огнем воина, а любопытством и, как показалось Игорю Евгеньевичу, еще более – восхищением. Ларичев сильно прихрамывал. Но начал оттаскивать от горящего автобуса тяжелые рюкзаки спецназовцев.
Вернулся из погони подполковник Буслаев. Сразу подошел к Капустину с Ларичевым.
– И что, догнали? – спросил Игорь Евгеньевич.
– Капитан Ламберт им ноги прострелил. Они себя гранатой взорвали… Ладно хоть еще до того, как мы подбежали… Кто-то один… Обоих… Торопился… Наверное, сознание терял… Потому и не стал нас дожидаться…
– И что скажете на все это? – поинтересовался Капустин.
– Скажу только одно… – Буслаев вдруг нахмурился. – Случись такое в Чечне, весь ваш отряд перебили бы… Вы, как командир, должны были уже и преследование организовать, и все остальные, сопутствующие возникшей ситуации действия, включая решение по поиску нового автобуса. Мы на самолет опоздать можем… А в Чечне, учтите, после такого взрыва террористы сразу не побегут… Они еще и остальных обстреляют… И из автоматов, и из гранатометов… Там не пожар тушить надо, а оборону занимать… Это вам первый урок, и хорошо, что он такой… Водитель автобуса, кстати, не пострадал?
– Перепуган и цел… До утра будет икать, потом бутылку водки выпьет и успокоится… Но музыку ночью на всю улицу больше включать не будет… – сообщил Ларичев, улыбаясь оттого, что Буслаев так поставил на место подполковника Капустина. – Слава богу, вообще без жертв обошлось, если не считать самих террористов…
– Это вы верно заметили, Андрей Васильевич… – не обращая внимания на сияющую физиономию Ларичева, обратился Капустин к спецназовцу, вместе с тем давая понять тоном, что «разбор полетов» ему не понравился. – Побегу к начальству решать вопрос с новым автобусом. Откладывать отправку мы не имеем права. Хорошо, что без жертв обошлось… А что это вообще была за акция? Как думаете?
– Одно из двух… – словно вопрос был задан ему, сказал Ларичев, при этом не объясняя, какие два варианта ему видятся,
Капустин пожал плечами и торопливо ушел в управление – решать транспортный вопрос…
Решение транспортного вопроса генерал-лейтенант Рябушкин возложил на подполковника Храпицкого, тоже задержанного на службе на всю ночь по случаю отправки отряда. Петр Павлович такие вопросы решать умел и, несмотря на ночное время, уже через пять минут доложил генералу, что автобус отправился в сторону управления и будет в течение пятнадцати минут. Правда, не сообщил, что это будет за автобус и где он сам умудрился так быстро разжиться транспортом. Одновременно Рябушкин распорядился вызвать ОМОН, чтобы выставить оцепление вокруг места происшествия во избежание дополнительных эксцессов. Практика подсказывала, что там, где устанавливалось одно взрывное устройство, вполне могло быть установлено и второе.
Сам факт такого взрыва – под окнами областного управления ФСБ! – генерала возмущал. При этом Рябушкин вполне понимал, что и местный губернатор, и начальство из Москвы воспримет такой взрыв как событие чрезвычайное и произошедшее, несомненно, по недоработке сотрудников ФСБ, руководимых генералом Рябушкиным. Следует ожидать нескольких тяжелых разговоров и разбирательства. А тут еще бригада «Альфы» работает в городе. Хорошо, если с подполковником Ларичевым удастся договориться мирно и определить произошедшее как продолжение операции по ликвидации бандитов минувшим днем. Операция была успешной, и нынешний взрыв мог выглядеть местью за вчерашний день. Но, если месть проявилась так явно, то, следовательно, вчера не все было завершено. Не все было завершено московской бригадой «Альфы», и вина с генерал-лейтенанта Рябушкина, таким образом, вроде бы наполовину снимается. Но, чтобы к такому выводу прийти, следовало еще поработать…
Кроме того, если произойдет задержка отряда, вылетающего в Чечню, это грозит новыми неприятностями, и, возможно, большими. И потому в первую очередь следовало обеспечить саму отправку, так неудачно начавшуюся, а потом уже, несмотря на бессонную ночь, самому контролировать действия следственной бригады.
Подполковник Капустин оставался рядом с генералом, а тот, в свою очередь, даже в кабинет не ушел и уселся за стойку дежурного по управлению рядом с самим дежурным, к которому сведения стекаются быстрее, чем в генеральский кабинет. Следственно-экспертной бригаде не надо было далеко ехать, чтобы приступить к работе, и Рябушкин ждал, когда ему доложат о первых результатах – хотя бы после предварительного поверхностного осмотра места преступления.
– Ты-то сам, Игорь Евгеньевич, что по этому поводу думаешь? – поинтересовался генерал.
Капустин не решился высказать начальнику управления свои подозрения и соображения.
– Я, товарищ генерал, привык с фактами работать. Факт у нас пока есть только единственный – взрыв автобуса. А какие-то другие факты появятся только после того, как будет проведено обследование места происшествия. Поэтому голову ломать не стоит…
– Есть первые результаты… – из-за спины подполковника сказал майор Яхонтов, дежурный руководитель оперативно-следственной бригады.