Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

[2] Артупр — сокращение от «Артиллерийское управдение».

Глава 9

Пан или пропал

Очередное непростое совещание завершилось самым компромиссным решением, какое только могло быть принято — всем трем танкам дали дорогу в жизнь, поставив их в планы производства на 1939 год. Правда, машину Геркана временно тоже решили вооружить 122-мм танковой гаубицей, поскольку никакого иного орудия, достойного такого гиганта, пока еще не было готово в металле. Ну, в самом деле, не ставить же на него было 76-мм пушку Ф-34! С ней танк смотрелся бы уже не хищным зверем, а комичным слоником с крохотным хоботком. С гаубицей же он смотрелся уже хищным зверем с коротким хоботком. Тоже не то, но хоть что-то.

Но всё это были дела армейские. Куда же больше Иосифа Виссарионовича ныне занимал вопрос о той записке, кою Александр передал ему в самом конце заседания, попросту молча поднявшись со своего места, подойдя к голове стола и положив сложенный надвое листок рядом с главой государства. Никто от него, видимо, не ожидал подобной наглости, потому не попытался даже перехватить

на полпути. На минуточку — находящегося под стражей заключенного! А в той записке было… Ой, что там было!

— Откуда вы взяли данную информацию? — постучал пальцем по полученной записке Сталин, в который уже раз за этот день сверля тяжелым взглядом Александра Морициевича Геркана. Спускать подобное на тормозах он уж точно не собирался. Да и содержащееся на бумаге послание выглядело откровенно мрачным, хотя ни в коей мере не несло прямой угрозы лично ему. Опосредованную — да, прямую — нет. А потому уже спустя пару часов по завершении танкового совещания всё тот же зека, но уже в компании маячившего за его спиной Власика, был усажен на гостевой стул в кремлевском кабинете главы СССР. Рядом же с ним разместился Берия, как человек, чьи интересы в данном случае затрагивались более чем напрямую.

— Две недели назад, когда я вернулся с очередной поездки на 185-ый завод, данный текст, — кивнул арестант подбородком в сторону своей записки, — был обнаружен мною написанным мелом на доске, что находится в моём рабочем кабинете на территории «Крестов».

— Говорите, две недели назад? — задумчиво пожевал губами Сталин и, покуда оставив бывшего краскома в покое, перевел свой взгляд на Берию. — На вот, ознакомься, — не сдержавшись, перешел он на «ты», протягивая записку наркому внутренних дел, который пока не был в курсе происходящего и сам прибыл всего пятью минутами ранее. — Нет, ты вслух читай, вслух! — добавил он, когда Лаврентий Павлович принялся пробегать глазами по редким строчкам послания.

— Кхм. Скоро встретишься со Сталиным. Передай ему, в середине декабря будет убит Чкалов. Ему устроят аварию самолета И-180[1]. Сделают так, что двигатель замерзнет и заглохнет уже при посадке, когда реагировать станет поздно. Обвинят во всем Поликарпова, чтобы после отобрать у него завод №1 и отдать тот молодому Микояну. Пусть Сталин знает и выбирает того, кого больше ценит. А я посмотрю со стороны. И подумаю, предупреждать ли его в следующий раз. Подпись — Харон, — закончил чтение не сильно длинного послания глава НКВД и очень так нехорошо блеснул своим, пока еще не ставшим знаменитым, пенсне в сторону «вестника» столь нехороших новостей.

— Слово «подпись» я добавил от себя. Чтобы понятней было, — едва слышно проблеял весь сжавшийся на своем стуле Геркан. — На доске в самом конце послания было просто написано — Харон.

— Почему сразу не сообщили сотрудникам НКВД об обнаруженной надписи? — задал, наверное, самый правильный и прямо напрашивающийся на язык вопрос глава этой самой службы.

— А кто еще, по вашему мнению, кроме сотрудника НКВД, мог оставить данное послание? — ответил вопросом на вопрос Александр, который, естественно, и сочинил всё это сам, чтобы привлечь к себе внимание «вождя» и одновременно постараться вырваться из-под постоянного надзора чекистов. Время шло, война приближалась, а ему не давали нормально работать! Ограничивали со всех сторон, с каких только было возможно! А ведь в его голове имелось столько знаний! Пусть даже несколько поверхностных. Но всё же, всё же! Сколь многих ошибок и потерь возможно было бы избежать, предоставь кто ему шанс действовать и заодно снабди какими-никакими, но полномочиями! Потому и пошёл на столь отчаянный шаг, что ничего иного не придумал. Он ведь понятия не имел, что по результатам испытаний танков его вполне себе могла ждать столь желанная награда. А потому ориентировался на краткие знания о судьбе своих «артиллерийских сокамерников», которые и во время войны трудились в своем КБ, пребывая в статусе заключенных. К тому же, хуже его положение уже вряд ли могло стать, поскольку найти какие-либо связи между ним и авиаконструкторами не представлялось возможным совершенно по причине их отсутствия. Насколько ему помнилось, он никогда не имел дел и даже случайно не встречался с указанными в письме персонами, зная об их взаимоотношениях лишь памятью о будущем. На чем и строился расчет сваливания всей вины на какого-то мифического Харона. — Ключей от моего кабинета нет даже у меня. Они хранятся лишь у ваших подчиненных, — пожал плечами лупающий своими расширенными глазами арестант. — Я ведь и так являюсь заключенным. И отнюдь не горю желанием увеличивать свой срок из-за чьих-то подковёрных игр, да интриг — о чём в переданном мною послании ясно говорится. Указано там было передать сообщение товарищу Сталину, так я его и передал. Тем более, что даже я, частично потерявший память человек, прекрасно понял, о каком Чкалове идет речь! Он же само олицетворение красы и гордости всей нашей советской авиации! Как я мог об этом вовсе промолчать?

— А если бы вас не пригласили на танковое совещание? Тогда бы что? — на сей раз вопрос пришел со стороны хозяина кабинета.

— Тогда бы сообщил, конечно. Тому же товарищу Давыдову, что присматривает за нашими КБ, и сообщил бы. Как раз сегодня или завтра. Времени отреагировать, полагаю, хватило бы с лихвой. — Рисковал ли он в этот момент жизнью аж самого Чкалова? Скорее нет, чем да. Пусть его влияние на ход истории пустило волны изменений, кое-что оставалось незыблемым. Включая даты испытаний новейшей крылатой машины, появление которой на свет было обусловлено созданием в Германии истребителя Ме-109. Уж на что, на что, а на это Геркан уж точно никакого влияния оказать не мог. Как не мог оказать влияния и на самого Чкалова, которого прежде знал лишь по газетным статьям. Да и о тех уже успел лишиться памяти.

А сам означенный именитый советский летчик

уж точно вряд ли отказался бы от первого тестового полета, поскольку именно за такие испытания ему выплачивались максимальные денежные вознаграждения. Да и не только ему, а всем летчикам-испытателям. Социализм социализмом, коммунизм коммунизмом, а деньги для себя любимого и для семьи нужны были всегда и всем. К тому же в авиации была вся его жизнь. Жизнь полная, и взлетов, и падений, — как в прямом, так и в переносном смысле этих слов.

И точно так же рассуждали те, кто управлял московским заводом №156, где и собирали первый опытный экземпляр нового истребителя Поликарпова, не имея на то должных компетенций, поскольку прежде занимались исключительно воздушными гигантами. Собирали с таким авралом и с таким огромным количеством дефектов, что главный конструктор данной машины наотрез отказался допускать её до полетов, за что оказался вовсе отстранен от проведения испытаний. Вот сколь яростно желали получить свои награды «заводские бонзы» жаждущие уже в этом году отчитаться наверх о запуске в производство на своих мощностях столь необходимой ВВС РККА машины и, естественно, отхватить на неё заказ от наркомата.

А, как показывала складывающаяся в испанском небе ситуация, где И-15 с И-16 уже не могли конкурировать с новейшими модификациями Ме-109, новый истребитель стране и армии действительно был нужен. Нужен прямо здесь и сейчас! Потому и давали им зеленый свет, закрывая глаза на многочисленные нарушения всех писанных и неписанных правил.

Кто же ведал в этот момент, что проект И-180 окажется вовсе мертворожденным вследствие не решаемых проблем с мотором? Никто! Никто, кроме одного единственного человека во всем мире. Человека, который знал одно уж точно — Поликарпов, в отличие от своих коллег, рьяно отстаивавший идею пригодности для истребителей лишь двигателей воздушного охлаждения, был куда больше прав, чем неправ. В иной истории ему банально чертовски не повезло, отчего такая боевая машина, как И-211[2], поднялась в воздух лишь в 1943 году, когда острая нужда в ней уже отпала. Что ныне Геркан собирался подправить в меру своих сил и возможностей, поскольку развитие техники ему позволяло прийти к тому же результату, самое позднее, уже весной 1941 года. Ведь одержать верх в столь страшной грядущей войне одними только танками, виделось совершенно невозможно. Тут требовался системный подход к оптимизации и модернизации всей системы вооружений РККА, а также к организации должного обучения красноармейцев и краскомов, чего Красная армия не видела последние лет десять уж точно. Сказывался существовавший вплоть до этого года территориальный принцип милицейского комплектования войск, когда львиная доля призывников, особенно в пехоте, «тащила службу» не более пары месяцев в году. И лишь кадровые части постоянной готовности могли похвастать наличием почти полных штатов и какой-никакой учебной подготовкой. Остальные же являлись грозной силой исключительно по бумагам.

— Хорошо. Допустим, — вернув записку на стол «хозяина» и сняв пенсне, Берия принялся протирать его линзы вытащенным из кармана платком. — Допустим, вы выполнили бы долг каждого честного советского человека и сообщили бы о данном тексте. Но что было бы дальше?

— А что было бы дальше? — Геркану даже не пришлось делать вид, что он не понял вопроса, поскольку он его действительно не понял. Больно уж расплывчатой оказалась формулировка собеседника.

— Как бы вы поступили, получив впоследствии очередное послание схожего толка? — потрудился расшифровать свою мысль нарком внутренних дел.

— А это уже напрямую зависело бы от реакции ваших сотрудников на первое послание, — внутренне довольно потерев ручки, Александр принялся излагать заранее многократно обдуманную речь, которая, как он надеялся, лишь положительно скажется на его дальнейшей судьбе. — Начни они из меня выбивать всю возможную информацию насчет послания, включая ту, которую я априори знать никак не мог, то в следующий раз просто промолчал бы. Независимо от важности указанного. Ибо убедился бы, что таким сотрудникам НКВД, более полагающимся на свои кулаки, нежели на голову, не нужна правда. Им необходим лишь обвиняемый, на которого возможно всё свалить. А становиться таковым у меня никакого желания уж точно не возникло бы. Да, честно говоря, я даже сейчас не совсем понимаю, за что был осужден. Нет, так-то со статьёй обвинения я был ознакомлен, — приподнял он руки в защитном жесте, наткнувшись на пронзительный взгляд Берии. — И также прекрасно осознаю, что со мной случилось нечто чрезвычайно необычное. Но разве нельзя было допустить, что в момент предполагаемого незаконного пересечения границы я сам, к примеру, являлся чьей-то жертвой? Ведь можно было предположить, что меня похитили в Испании и для чего-то тайно доставили в Ленинград совершенно против моей воли? Кто-нибудь из сотрудников НКВД подобный сценарий вообще рассматривал? Кто-нибудь провел расследование моего предполагаемого преступного деяния? Насколько мне известно — нет. Теперь вы понимаете, насколько у меня изначально предвзятое отношение к вашей службе, которая не провела необходимого расследования, не разобралась в моем деле, а просто нашла повод придраться и запереть меня на 5 лет за решеткой, лишь бы поскорее закрыть непростое дело, да поставить себе очередную галочку для красоты отчетности? И я вполне допускаю, что то же самое могло легко произойти в случае, сообщи я о данном сообщении вашим подчиненным. Потому я предпочел рискнуть и передать послание непосредственно товарищу Сталину, раз уж действительно появилась такая возможность. Уж за такое, полагаю, судить меня не станут. Как мне известно, любой гражданин Советского Союза имеет право направить письмо или оставить внизу в специальном почтовом ящике своё обращение к главе нашего государства. Даже заключенный не может быть лишен такой возможности. Что я, собственно, и сделал. А дальше, уж извините, но, что со всем этим делать — решать товарищу Сталину и вам. Я же свой долг честного советского гражданина исполнил в полной мере.

Поделиться:
Популярные книги

Генерал Империи

Ланцов Михаил Алексеевич
4. Безумный Макс
Фантастика:
альтернативная история
5.62
рейтинг книги
Генерал Империи

Приручитель женщин-монстров. Том 1

Дорничев Дмитрий
1. Покемоны? Какие покемоны?
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Приручитель женщин-монстров. Том 1

Виконт. Книга 1. Второе рождение

Юллем Евгений
1. Псевдоним `Испанец`
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
попаданцы
6.67
рейтинг книги
Виконт. Книга 1. Второе рождение

Идеальный мир для Лекаря 25

Сапфир Олег
25. Лекарь
Фантастика:
фэнтези
юмористическое фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 25

Магия чистых душ 3

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Магия чистых душ 3

Шипучка для Сухого

Зайцева Мария
Любовные романы:
современные любовные романы
8.29
рейтинг книги
Шипучка для Сухого

Метатель. Книга 2

Тарасов Ник
2. Метатель
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
фэнтези
фантастика: прочее
постапокалипсис
5.00
рейтинг книги
Метатель. Книга 2

Отмороженный 5.0

Гарцевич Евгений Александрович
5. Отмороженный
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Отмороженный 5.0

Кодекс Охотника. Книга XIII

Винокуров Юрий
13. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
7.50
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XIII

Деспот

Шагаева Наталья
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Деспот

Огненный князь 6

Машуков Тимур
6. Багряный восход
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Огненный князь 6

Ваше Сиятельство 5

Моури Эрли
5. Ваше Сиятельство
Фантастика:
городское фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Ваше Сиятельство 5

"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25

Лоскутов Александр Александрович
Фантастика 2024. Компиляция
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Фантастика 2024-5. Компиляция. Книги 1-25

Поступь Империи

Ланцов Михаил Алексеевич
7. Сын Петра
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Поступь Империи