Хроники Навь-Города
Шрифт:
Служанки May-Тин и Тау-Тин, охранявшие сон своей госпожи, также пали жертвою вампира. Нет никаких признаков сопротивления, из чего явствует, что вампиру удалось подчинить себе волю четырёх человек разом либо действовать настолько тихо, что в то время, пока он насыщался кровью своей жертвы, остальные спали крепким сном.
Каким путём пробрался вампир в покои и каким выбрался, узнать не представляется возможным. Следует лишь указать, что стены, потолок, пол и окна не несут на себе абсолютно никаких следов проникновения.
Сэр Дии-Ол подтвердил
— Мы объявим о случившемся в полдень, — проговорила баронесса. — Скорбь наша безмерна, и гости, приехавшие разделить с нами радость, разделят горе.
— Я… Я прошу мою госпожу позволить мне дать обет найти и покарать вампира, где бы он ни был и кем бы он ни был! — воскликнул в порыве воодушевления ищущий И-Гор.
Возникла неловкая пауза: рыцарь-послушник не должен давать поспешных обетов, тем более перед лицом чужих.
— Я обращусь ко всему рыцарству с просьбой объявить охоту на вампира, — ответила наконец баронесса.
Это был ответ не столько И-Гору, сколько жест в сторону Степи. Ещё один тонкий дипломатический ход. У Степи нет теперь ни малейшего повода выказать недовольство.
Один повод — только повод. Два повода — уже причина. Причина мира и причина войны. Если Степь не станет союзником, как ожидалось, пусть не будет и врагом. Для этого стоит послать Хану и богатые дары — те, какие должны были быть посланы в том случае, если бы свадьба состоялась. Для этого стоит послать и молодого барона.
Фомин задумался. Что, если следствие — отсылка барона в Степь с повинной — и была причиной случившегося? Что, если баронесса просто не хочет отдавать власть? Не первый случай в этом мире. И в других мирах тоже.
Но мало иметь мотив — нужно иметь возможность совершить убийство. А баронесса совершенно не похожа на сытого вампира. Она и на голодного вампира не похожа. Хотя вампиры — дело тёмное. Полиморфизм, способность к трансформации, нейроиндукция… И это лишь то, что знает он, бывший бортинженер, а ныне рыцарь. И на том спасибо. Знание — сила, а силой в этом мире никто делиться не хочет.
— Вас что-то беспокоит, доблестный рыцарь? — Мастер Бец-Ал-Ел пристально вглядывался в лицо Фомина. Нет, мысли маги читать не умеют. Кажется. Где кончается правда о магах и начинается легенда о магах, не знают сами маги. Или знают, но скрывают. Маги, они как шахматисты. Новички, третьеразрядники, кандидаты в мастера и гроссмейстеры. Что мудрёного — двигать деревяшки, а поди ж ты…
— Самая малость, мастер. Не могу понять, каким образом всё-таки вампир проник в покой. И каким образом вышел.
— Силы Тьмы, доблестный рыцарь, могущественны, но не всесильны. Объяснение непременно существует, но мы пока слишком близки к истине и видим лишь часть её. Стоя вплотную к стене, увидишь ли Замок? Нужно отойти, увеличить расстояние, чтобы увидеть истину целиком. Иногда для этого достаточно мгновений, иногда и всей жизни мало.
Опять дипломатический ответ.
— Я прошу доблестного рыцаря сэра Дии-Ол проследовать в мой кабинет. — Баронесса, очевидно, решила, что пора от дипломатии явной перейти к дипломатии тайной. А посторонние ей ни к чему. Тем более свидетели. — Вас же, доблестный рыцарь Кор-Фо-Мин, мастер Бец-Ал-Ел познакомит с нашей библиотекой.
Фомин поклонился. Что ж, обижаться не на что, приглашение в библиотеку — знак доверия высочайшего. В чужую библиотеку попасть куда труднее, чем в чужую постель.
Опять дружным отрядом шли они по длинным коридорам.
У дверей кабинета баронесса ещё раз напомнила о том, что до полудня следует хранить молчание. Понятно, нужно обсудить со степняком детали, а уж в зависимости от них и выдвигать ту или иную версию.
— Покорнейше прошу следовать за мною, — позвал маг Фомина. Рыцарь-послушник увязался за ними! Компанейская душа!
Библиотекою оказалась небольшая комната во втором уровне.
— Присаживайтесь, пожалуйста.
Сесть было где — три больших кресла стояли полукругом. Должно быть, для ведения умных бесед. Стол с письменным прибором, полки с цистами. Храм знаний.
— Я рад видеть вас здесь, доблестный рыцарь. Жаль, встреча наша омрачена смертью.
— И я рад видеть вас, почтенный мастер. И тоже печалюсь, что встретились мы при таких обстоятельствах.
— Это невероятно! — В рыцаре-послушнике кипела энергия. — Невероятно! Вампир в Замке!
— Это действительно ужасное происшествие, — со вздохом ответил библиотекарь.
— Мастер Бец-Ал-Ел, если баронесса объявит охоту на вампира, я хочу, чтобы вампир пал от моей руки. — Рыцарь-послушник просительно смотрел на библиотекаря. — Может быть, в ваших свитках удастся отыскать подсказку, которая поможет отыскать его?
— Охота на вампира хороша, когда вампир в начале пути. Вчерашний мертвец. Перевернуть кладбищенские плиты, провести Испытание Аргента — ничего лучше, чем рыцарская охота, не придумаешь. Но этот… вряд ли охота даст что-либо.
— Почему?
— Что есть вампир? Мёртвое, прирастающее живым. Живое, прирастающее мёртвым, окружает нас: зерно превращается в колос, жёлудь в могучий дуб, корнями своими питающийся в царстве Нави. Но бывает и так: из мёртвого жёлудя растёт мёртвый дуб, и корни его тянутся к нам. Можно и нужно оборвать корешок, но дуб останется там, в глубине…
Библиотекарь достал из ящичка письменный прибор и бумагу.
— Смотрите, ищущий И-Гор, вот схема места трагедии. — Он быстрыми движениями начертил план. — Смотрите и размышляйте. Вы были там, вы слышали всё, о чём мы говорили. Думайте, делайте выводы. В одном древнем трактате мудрец учит: отбросьте невозможное, и тогда то, что останется, как бы оно ни было невероятно, будет ответом на ваш вопрос. — Он протянул лист рыцарю-послушнику.