Истинная история царевны-лягушки
Шрифт:
– Как? – перебил я. – Он же летает.
– Взлетели и попали, – улыбнулся царь. – Оказалось, что у Светланы там домик. Интересный такой домик… Вы остались там, а мне пришлось вернуться. Тоже отдельная история, но полёт обратно был гораздо короче. А через три года вы вернулись. Ты был совершенно здоров. Вместе мы прожили счастливо четыре года…
Отец вздохнул и поднялся с лавки. Молча подошёл к окну.
– Что же было дальше? – нетерпеливо спросил я.
– А потом уже ей нужно было вернуться наверх. Больше я её не видел, – грустно
– Так почему же мне говорили, что она умерла? – возмутился было я.
– Об этом, как и об её происхождении, знают всего несколько человек. Вопрос политический, – строго остановил моё возмущение царь.
14
Казалось бы, что может приключиться со мной по пути от царских палат до моего скромного жилища. Всё ведь на одной территории. Расстояние – не более двух сотен шагов. Однако ж, нате вам. Я проходил мимо бани, когда меня окликнули:
– Эй, мужик! Масло волшебное нужно? – франтоватый долговязый дядька в длинном плаще и широкополой шляпе стоял около угла и махал мне рукой.
Уж не этим ли маслом Марфу облагодетельствовали? Твоя правда, Стёп, хлыщ. Аристократическое лицо с тонким носом и ямочкой на твёрдом подбородке. Откровенно говоря, приятное лицо. Располагающее к доверию. Не всякий жулик таким может похвастаться. Я шагнул к франтику. Только успел завернуть за угол, как на голову мне что-то обрушилось, и мир померк.
Очнулся от окатившей меня ледяной воды. Весьма кстати, надо сказать. Заодно и напился. А вот пощёчина не порадовала.
– Где девка? – пророкотал знакомый голос.
– Жениться тебе пора, – пробормотал я. – Все мысли только о девках.
Удар под дых выбил из груди воздух, и я сделал вид, что задыхаюсь. На некоторое время меня оставили в покое. Как раз можно оглядеться. Итак, мой старый знакомый громила рядом. У двери двое. Тоже смутно знакомые. Видимо, давешние шаромыжники. Ещё кто-то за спиной. Должен быть как минимум ещё один. Хлыщ, по формулировке Степана. Помещение – видимо, сарай. У левой от меня стены стоят лопаты, грабли, вилы. У правой – небольшой верстак с тисками. Только бы не догадались применить их к моим пальцам. А то они мне дороги. И ещё без них неудобно в носу ковыряться.
Так. Отдых закончился. Опять подходит, изверг.
– Где девка?
– Мил человек, объясни, кто тебе нужен? – как можно более миролюбиво и жалостливо промямлил я. – Чем смогу, помогу. Если в прошлый раз не угодил – не обессудь.
– Стой! – раздалось сзади. Здоровяк остановил руку на замахе. Из-за спины вышел давешний франт. – Не обижай особу царского рода.
– А я чо… я ничо… – громила отступил к двери. Что ж, хотя бы понятно, кто здесь главный.
– Иван Никанорыч, извините за неудобства. Но жизненная необходимость обязывает нас действовать столь бесцеремонными методами, – повернулся в мою сторону хлыщ. – Мы разыскиваем некую личность, проникшую в ваше замечательное государство на спасательной капсуле. Должно быть, вы её видели на Шереметевской свалке.
– Кого?
– Капсулу.
– Что-то не припоминаю. Это та телега с надписью ГАЗ-3110? – сделал я задумчивое лицо. – Вряд ли на ней можно спастись.
– Ну же, Иван Никанорыч! Не раздражайте меня. Это чревато последствиями, – хлыщ щёлкнул меня по носу. На глаза тут же навернулись слёзы. – Серебристый шар. Около двух метров в диаметре.
– Теперь припоминаю, – я решил сказать правду. – Стояла такая штука на горе мусора. Только никого в ней не было. А потом пропала.
– Видимо, вы всё-таки кого-то заметили и попытались проследить?
– Был какой-то мальчонка. Он наткнулся на этих громил. Я ему немножко помог. А потом потерял его из виду.
– Та-а-ак… – протянул франтик.
– С кем, простите, имею честь общаться? – обратился к нему я.
– Не имеет значения, – хлыщ сделал какой-то знак рукой громиле. Тот стал заходить мне за спину.
– Сразу видно, что вы культурный человек, – в надежде на диалог продолжил я. – Не чета этим прохвостам. Должно быть, вы тоже из знатного рода?
Что-то зашуршало сзади. Чёрт, неужели сейчас пакет на голову накинут? Этой дряни много валяется в округе. Если не дырявый – не пропускает воду. И воздух, что в моём случае гораздо страшнее.
– Простите, Иван Никанорыч. Но если вы не можете помочь нам, то и мы вам помочь не сможем, – промолвил хлыщ.
– Подождите! – запаниковал я. – Возможно, есть человек, который что-то видел!
– Я слушаю.
Вдруг раздался ужасный грохот, и дверь влетела внутрь сарая, выбитая чьим-то телом. Несколько силуэтов заскочили внутрь. В одном из них я узнал Степана. Громила выскочил из-за моей спины и набросился на него, но тут же получил кулаком в нос, коленом промеж ног, а потом и вовсе полетел в верстак.
– Стоять! – рявкнул старший и понёсся вслед за убегающим хлыщом.
Его спутники закончили с оставшимися шаромыжниками.
– Здрав будь, Ванюха! – осклабился Гаврила Отрыжкин. – Смотрю, тоже экстрима захотелось?
– Не припомню, чтобы я о нём просил. Освободите меня уже.
– Всё сделаем в лучшем виде, – в бугае, доставшем из-за пояса нож, я узнал Якова, помощника Степана.
– С выздоровлением! Давно ль из больнички?
– Сегодня сбежал. Надоело там бока отлёживать, – пробасил Яшка, разрезая путы.
Я поднялся со стула, потирая запястья. Через дверной пролом вошёл недовольный Степан.
– Ушёл, окаянный. Как в воду канул, шлёпанцы Суворова! Вяжите этих и тащите в поруб! Сам допрошу.
Мы вышли из сарая. Я огляделся. Неподалёку изба чуть больше сарая, огород на десяток грядок. Почерневший, но всё ещё крепкий и весьма монолитный забор.
– Чьё хозяйство? Не узнаю что-то.
– Ещё б ты знал всех работяг. Хозяйство батрака Карпа. Сам он на заработки уехал. Жены нет. Что встали?