Избранные труды
Шрифт:
Таким образом, возникновение арбитражной формы защиты права в диссертации связывается с возникновением арбитражных комиссий, а не с возникновением государственного арбитража. Это неизбежно вносит коррективы в распространенный взгляд относительно причин создания самого государственного арбитража. Основные посылки арбитражной формы защиты права заложены в арбитражных комиссиях, с появлением же государственного арбитража арбитражная форма защиты получает лишь свое дальнейшее развитие и совершенствование. Главные причины возникновения государственного арбитража следует искать в самих принципах социалистического хозяйствования. Арбитраж в социалистических государствах появляется в связи с характерными особенностями их общественного, экономического и государственного строя, имея только терминологическое сходство с одноименными
Вторая глава посвящена сравнительному анализу арбитражной формы защиты отрыва с иными формами защиты права и, в частности, с судебной и административной формами защиты.
В диссертации критически оценивается точка зрения, согласно которой деятельность арбитража наряду с другими органами, осуществляющими защиту гражданских прав (ст. 6 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик), регулируется гражданским процессуальным правом (Н. Б. Зейдер, И. А. Жеруолис, Р. Ф. Каллистратова, В. Н. Щеглов и др.).
Автор присоединяется к мнению тех исследователей, которые отвергли новую концепцию предмета советского гражданского процессуального права, продолжая отстаивать устоявшуюся позицию о том, что область гражданского процесса ограничивается судопроизводством по гражданским делам (Т. Е. Абова, Н. И. Авдеенко, А. А. Мельников, В. С. Тадевосян и др.). Приводятся дополнительные аргументы в пользу традиционного понимания предмета гражданского процессуального права.
Отнесение арбитражного процесса к гражданскому процессу основано на преувеличенной значимости внешней формы деятельности различных по своей организационной структуре органов. Это неизбежно ведет к недооценке связи процессуальной формы деятельности юрисдикционных органов с организационными принципами построения этих органов, которые (эти принципы) в свою очередь обусловлены природой защищаемых отношений, характером осуществляемых ими функций. Сущность советской гражданской процессуальной формы не может быть вскрыта, если отвлечься от того обстоятельства, что использовать ее могут только строго определенным образом организованные суды. Если характерные черты гражданской процессуальной формы рассматривать в тесной связи с организационными принципами построения судебной системы, то мысли о едином гражданском процессе обнаруживают свою несостоятельность. Еще возможно найти поверхностные черты сходства в процессуальной деятельности различных юрисдикционных органов (суд, арбитраж, товарищеские суды и т. д.). Однако такие черты уже найти крайне сложно в организационных принципах построения этих органов.
Так как гражданский процесс представляет собой одну из форм осуществления правосудия, автор полагает, что сущность гражданской процессуальной формы нельзя определить без анализа второй формы осуществления правосудия – уголовного судопроизводства. Подвергнув подробному разбору в связи с этим компетенцию суда 1-й инстанции в полном объеме, автор высказывает мнение, что организационные принципы построения суда, органически связанная с ними гражданская процессуальная форма (и уголовно-процессуальная форма), вынесение судом юрисдикционных актов непосредственно от имени государства объясняются необходимостью всемерной защиты субъективных прав и охраняемых законом интересов граждан перед лицом государства. Особенность судебной формы защиты права и, в частности, гражданской процессуальной формы состоит в том, что она универсальна, ибо гражданин может быть участником различных правоотношений и суд в силу этого должен быть приспособлен к рассмотрению и разрешению любых споров, возникающих из правоотношений с участием граждан.
В настоящее время взгляд на арбитраж как на орган государственного управления стал преобладающим, поэтому во второй главе рассматривается также отношение органов государственного арбитража к государственному управлению.
Не подвергая сомнению структурную связь Госарбитража с административным аппаратом, автор пытается проанализировать имеющиеся в литературе взгляды на положение Госарбитража в классификационной схеме органов советского государственного управления.
Критикуется
Сущность деятельности этого органа не может быть вскрыта также указанием на то, что это специальный подсобный орган административного управления (С. Н. Абрамов, Б. Н. Габричидзе, А. Ф. Клейнман и др.) или что это орган, который осуществляет контрольные функции по обеспечению законности в советском государственном управлении (В. В. Копейчиков, В. А. Власов, А. Е. Лунев, И. С. Самощенко и др.).
Обоснованное рассмотрение сущности административного процесса как регламентированного законом порядка применения норм материального административного права (Ю. М. Козлов, Н. Г. Салищева, Б. Б. Хангельдыев и др.), а также распространенное представление о том, что предметом деятельности органов государственного арбитража является исключительно защита гражданских прав, не позволяют рассматривать арбитражный процесс как процесс административный (А. Ф. Козлов, В. Д. Сорокин, Д. М. Чечот). Это, по мнению автора, находилось бы в видимом противоречии с цитированным высказыванием К. Маркса.
Доводы в пользу исключения арбитражного процесса из гражданского процесса, неудачные попытки исследователей определить место Госарбитража в классификационной схеме органов государственного управления с точки зрения формы, порядка образования, территориального масштаба, а также содержания его деятельности – все это уже косвенно свидетельствует о самобытности функций Госарбитража. Но сами по себе приведенные соображения еще не позволяют, конечно, дать положительную характеристику сущности арбитражного процесса. Появление Госарбитража, особенности его процессуальной деятельности и, в конечном счете, его сущность определяются особой природой защищаемых арбитражем отношений.
Третья глава диссертации посвящена непосредственно позитивному анализу сущности деятельности Госарбитража, эффективности его деятельности.
Плановое управление народным хозяйством, осуществляемое социалистическим государством, едино по своей природе в регулировании планово-договорных отношений предприятий между собой и отношений между предприятиями и вышестоящими хозяйственными органами. Оно находит свое наиболее адекватное закрепление не в нормах гражданского и административного права (хотя вовсе не исключает их). В сфере планового управления отношения предприятий друг с другом и их отношения с вышестоящими органами – суть хозяйственные, которые, будучи урегулированы правом, приобретают форму хозяйственных правоотношений. Аргументы, которые высказаны В. В. Лаптевым и другими авторами (экономистами и юристами), в пользу существования в системе советского права хозяйственного права – отрасли, регулирующей упомянутые хозяйственные отношения, представляются автору обоснованными.
В диссертации критикуется, однако, мнение о том, что нормы, регулирующие процессуальную деятельность Госарбитража, охватываются предметом хозяйственного права (Н. И. Авдеенко, В. В. Лаптев, В. С. Тадевосян).
Функция хозяйственного права состоит в прямой регламентации отношений хозяйствующих субъектов. Оно определяет само содержание правового регулирования в сфере планового управления народным хозяйством. Поэтому хозяйственное право относится к числу «материальных» отраслей советского права. Деятельность же государственного арбитража носит правоприменительный, процессуальный характер, и потому нормы, регулирующие процедуру рассмотрения хозяйственных споров этим органом, входят в состав процессуальных отраслей права, положение которых в системе советского права отлично от положения «материальных» отраслей.
Между арбитром и ответственными представителями спорящих сторон устанавливаются именно процессуальные, а не хозяйственные отношения, характерной чертой которых является органическое сочетание имущественных и планово-организационных элементов. В отношениях арбитра со спорящими сторонами ни о каких планово-организационных, а тем более имущественных, элементах не может быть речи.
Между тем материальное хозяйственное право имеет свою, присущую ему процессуальную форму защиты, воплощающуюся в арбитражном процессе, регулирование которого является предметом соответствующей отрасли права, именуемой диссертантом хозяйственно-процессуальным правом.