Командировка в ад
Шрифт:
— С живым было прикольнее, — сказал я.
Молчунзавизжал оглушительно, попытался схватить мой автомат, но я уже отступил на шаг. Меня дернуло отдачей, и все пули легли практически в одну точку, а от такого наша бронезащита не спасет. Дергающееся тело упало на пол, сокрушив маленький, только начавший расти черный сталактит.
Я оглянулся — никого.
Вторым убитым оказался Абанго, одна из моих пуль угодила ему прямо в глаз, но покрытое белым пушком лицо в целом осталось нетронутым, и он удивленно пялился в низкий потолок,
— Пошли за шерстью — вернулись стриженными, — вспомнил я древнюю пословицу, и заковылял дальше.
У выхода на лестницу меня никто не встретил, и я рванул вверх, подальше от Равуды и от того участка под двигателем, где идут ремонтные работы. Если я появлюсь там, то на меня охота начнется всерьез, и в горячую зону пойдут те, кто знает ее не хуже, а то и лучше меня.
Пробежав два уровня, я свернул на третий, оставил позади три поворота, и только в этот момент поверил, что оторвался. Позволил себе не сесть даже, упасть задницей на пол, и закрыть глаза… а едва это сделал, как услышал рядом знакомое хрюканье и руки моей коснулось нечто пушистое.
— Котик? — я открыл глаза. — Жрать хочешь?
Это предложение зверь встретил с энтузиазмом, так что я полез в рюкзак за сухпаем. Спасибо Дирргу, который позаботился даже об этом… так что в химическую вонь горячей зоны вскоре добавился аромат жареного мяса.
Половину здоровенного стейка я отдал Котику, а за вторую принялся сам, сначала без энтузиазма. Но едва ощутил вкус сочной, в меру прожаренной свинины с упругой корочкой, с жирком, как проснулся волчий аппетит, я вспомнил, что толком не ел со вчерашнего дня. Сожрал все, включая крошки от плитки из прессованных орехов и ягод, и запил это витаминным напитком со вкусом терновника.
Подумал, не сожрать ли второй сухпай, но решил, что нет — точно лопну.
— Хр? — спросил Котик, покончив со своей порцией, черные глаза с золотыми искрами лучились довольством.
— Пока хватит, — сказал я, и он полез ко мне под руку, подставил шерстистую спину.
Я напрягал голову так, что та начинала трещать, прикладывал руки к вискам, тер лоб. Представлял эту дурацкую почку, которая должна вырасти и распуститься у меня на переносице, воображал телефон у себя в голове, живой, свернутый спиралью, с торчащей из него трубкой на стебельке. Шептал себе под нос «звони уже, звони», но ничего не помогало, связаться с Юлей я никак не мог.
Поговорить с Максом или Дю-Жхе тоже не выходило, на рабочей частоте стоял сплошной треск. То ли бриан глушили нашу связь, то ли они достаточно серьезно повредили линкор, добрались до его важнейших узлов.
Я сидел в огромной туше «Гнева Гегемонии», точно паразит в печени кита, и терзался от злости, разочарования и тоски. Я не знал, что творится с моими друзьями, не имел представления как там Сашка на Земле.
Уверен мог быть только в одном — Диррг мертв, и Етайхо мертва.
— Хр? — спросил Котик, когда я
— Кто не пытается, к того и не получается, дело такое, — сказал я, и попытался забыть обо всем, представить ту линию связи, которая протянется через всю вселенную, а может и не через одну, чтобы добраться до моей жены, чтобы я наконец услышал ее родной голос.
Но на этот раз все пошло не так, как обычно.
Я сосредоточился как следует, и тут мой мозг словно вывалился из черепа, повис на ниточке,как мячик для большого тенниса, и запрыгал туда-сюда. Понятно, что это испугало меня до чертиков, я попытался открыть глаза, но не смог, я вовсе лишился ощущения тела.
Не было пола под задницей, теплого Котика рядом, вони и шумов горячей зоны.
Мысли разлетелись, точно стая вспугнутых уток, оставив настоящую мешанину из вопросов… Накрылся и прибор тиззгха?.. Что делать?.. Все, добегался? Неужели сдохну?.. Нет, надо пробовать!
И тут я услышал голос, но совсем не тот, который хотел.
— Чттто тебе надддо человввекккк? — спросил он.
Тир-Тир-Вага-Хумаа! Мать Кладки! Вот до кого я «дозвонился»!
— Почему ваша сраная связь не работает? — заорал я не пойми чем, ведь рта у меня тоже не было, я болтался где-то в тьме, крохотный сгусток сознания, лишенный зрения, осязания и всего прочего.
— Она работает, — в шипящем голосе тиззгха была насмешка. — Ты же говоришь со мной. Так?
— Да что мнеты?! Я хчу пговорить с женой! — только выпалив это, я осознал, что не стоило произносить первой фразы.
— Но лимиты…
— Вжпу лимиты!
Стало тихо, и я с отчаянием подумал, что за такую «вежливость» меня самого отправят в эту самую жопу.
— Мы можем организовать краткий сеанс, экстренный, — проговорила Мать Кладки. — Устраивает это тебя, человек Егор?
— Да! Да!
— Но это будет стоить тебе второй услуги, — я не видел Тир-Тир-Вага-Хумаа, а представлял ее в виде огромной злобной змеи из фильма про Гарри Поттера. — Устраивает?
Я колебался не больше секунды:
— Да, чтоб я сдох!
— Сделка заключена, так, — сказала Мать Кладки. — Ты должен нам дважды, человек. Говори… а когда-нибудь мы с тобой поговорим…
Мне показалось, что она хихикнула, и наступила тишина.
— Юля?! — позвал я. — Обманули, лживые пидористические гады?!
— Егор? Это ты кому?
— Ой, не тебе… — накатила волна облегчения, и от этого сильного чувства меня вновь закачало в пространстве вверх-вниз. — Тут связь обеспечивают такие хитрые и жадные… Гады, в общем.
— А, ясно, — голос жены звучал еще более устало и безнадежно, чем во время последнего разговора. — Сашка в операционной… и там все непросто… Меня не пускают… Ничего не говорят… Нельзя же так. Я уже не знаю, что делать, и помочь мне некому…
Если уж Юля начинает жаловаться, то все, значит на самом деле край.