Минувшие годы
Шрифт:
Лина. Ах вон как, путешествует… А куда едет, не говорил?
Катенька. Поехал на Балхаш работать в горном деле и, как он выразился, жить снова начинать.
Лина. И прекрасно. Что-нибудь сказал о наших прежних отношениях? Может быть, наплел чего-нибудь? Он не тонкий, нет.
Катенька. Нет, ни слова не сказал.
Лина. Это даже мило. Все-таки он честный человек. Не выдающаяся личность. Но я не осуждаю.
Катенька. Вы уж извините, я пойду. Я ведь еще
Лина. Сказано не так. Вы можете сказать — «у нас».
Катенька. Да, пожалуй. Придется привыкать. До свидания, Ангелина Тимофеевна.
Лина (актерски). До свидания, дорогая, до свидания, душечка. (Расцеловала.) Ах, я вас запачкала, простите. Желаю вам всяческого счастья, на веки вечные. Приходите ко мне на концерт. Стихи молодых казахских поэтов читаю. Театрализованное выступление. Волнуюсь ужасно.
Катенька ушла. Выходит группа молодежи.
Молодой человек. Добрый вечер, Ангелина Тимофеевна. А мы вас ждем с нетерпением. Зал полон. Что вы будете читать?
Лина и молодежь уходят Входят Жданович. Месяцев и Чильдибай.
Чильдибай. Месяцев, давай путевку.
Месяцев. Какую путевку?
Чильдибай. Пойду учиться.
Месяцев (удивленно). Куда учиться? Чему учиться? Жену, детей бросишь и пойдешь учиться?
Чильдибай. Жену, детей брошу, пойду учиться.
Жданович, не вмешиваясь, с интересом слушает.
Месяцев (с досадой). Чорт тебя знает, откуда взбрело в голову! Мастер, десятилетний стаж, дважды орденоносец… Брось, без тебя голова лопается. Видел, Катенька Маева что нам преподносит? Технологию менять надо. Реконструкция. Ты это понимаешь?
Чильдибай (страстно). Конечно. Она баба? Извиняюсь — женщина. Нет. Дама, извиняюсь! Она, дама, может, как хочет менять технологию, да, а орденоносец не может. Это неправильно, обидно. Скажи — нет?
Месяцев. Женщина! Вот что его сразило. Дорогой, успокойся, не страдай. Это глупо в конце концов.
Чильдибай. Я знал, когда она девчонкой здесь работала. Она в женском бараке жила, босиком ходила.
Месяцев (сердится). Ну и что?
Чильдибай. Пойду учиться.
Месяцев. Ну, хорошо, ты пойдешь учиться, я пойду учиться, а кто работать будет?
Чильдибай. Слушай, товарищ Месяцев, я не дурак. Знаю, что говорю. (Вдруг
Месяцев (задет). Никто за нею, во-первых, не бегает. А во-вторых, она звезд с неба не хватает. Просто-напросто молодые инженеры три года бились над опытами и добились своего. Она лишь возглавляет коллектив.
Чильдибай. Шутки-дело — возглавляет! Я, ты не возглавляем. Она. Да?
Месяцев (вскипел). Какого чорта ты въедаешься! Она, она… Главное дело — бегаем. Должен, кажется, понимать, что решается огромная идея. Босиком ходила. Митька Месяцев тоже босиком бегал…
Жданович. Верно, Чильдибай, обидно, когда отстаешь. Ордена, заслуги, а отстал. Ужасно.(Месяцеву.) Да, брат, утирают нам с тобой нос. Ничего не скажешь.
Месяцев. Под этим не подписываюсь.
Жданович. А ты пойми сравнительно. Вот уже вырос у нас молодой лес. Смотри, какие тополя!.. Можно обижаться, ничего не признавать, но тополя от этого расти не перестанут… Поймите глубочайшее, решающее — новые люди выросли. Я сравниваю себя с ними в молодости. Иное поколение, новая ухватка, свое мышление. Мы делали карьеру, эти строят государство. Мы о народе рассуждали в общем, идеальном смысле, а этим рассуждать не надо: они и есть самый народ. Она вернулась на завод с новыми большими знаниями. И против правды не попрешь. Суть вещей есть непреложность. Она нас бьет, как хочет. Это громадная тема, Месяцев, громадная.
Чильдибай. Она идет. Молчите!
Месяцев (тихо). Слушай, Евгений Евгеньевич. Вот говорят, будто Дмитрий и она давно супруги.
Жданович (пристально). Нет, ты серьезно?
Месяцев. Говорят…
Жданович (размышляя). Но так упорно скрывать даже от меня… Силен характер!
Месяцев. Характер мы этот знаем. Пойдемте.
Жданович. Вы идите. Я Черемисова здесь подожду. Мне надо предварительно с ним потолковать.
Разошлись. Является Катенька.
Чильдибай. Здравствуй, Катенька, здравствуй! Ай азамат! Молодец! Пойду учиться.
Месяцев и Чильдибай ушли.
Катенька. Евгений Евгеньевич… у вас свидание?
Жданович (приближаясь). Да, с первою звездою.