Муж моей сестры
Шрифт:
Видимые повреждения от аварии уже начали сходить, но вот это пугало больше всего, ее позвоночник, вернее то, что из-за его повреждения она может не встать.
— Как легко тебе говорить! Ведь инвалид здесь не ты, а я! Дура, посмотри правде в глаза, — рычит мне в лицо, хватая за руку, ногтями впивается до боли. — Пошла вон отсюда, так бесишь меня, и вызови медсестру, пусть она соберёт мои вещи.
Встаю, сжимаю нос, чтобы остановить слёзы, что так и норовят пролиться. В последнее время я слишком много плачу.
Хватит, если я не возьму себя
Начинаю собирать ее вещи сама, а их за это время скопилось предостаточно.
— Не говори глупостей, врач же сказал, что клиническая картина складывается благополучно, — так же спокойным тоном, чуть улыбаясь. — Ты пойдёшь на поправку, я тебе обещаю. Ты молодая, все быстро восстановится.
— Через сколько? Месяц, три, полгода?! — кричит она в ярости, кидая в меня журнал. — А это все время я прикована к кровати и коляске для бракованных! Я амебное существо. Ты знаешь, сколько усилий мне приходится делать, чтобы просто сходить в туалет?!
Я знаю, ещё как. Хоть ей и помогают это сделать, но я вижу, как сильно задевает молодую девушку то, что она не может это сделать самостоятельно.
— Алис, ты должна думать о хорошем, думать, что пойдешь на поправку. Мы преодолеем эти трудности вместе, я до конца буду с тобой, — четко, смотря в ее злые глаза. Она сдвигает попу, чтобы пересесть на специальное кресло, я сразу же подхожу к ней. — Давай я помогу.
Накидываю на неё шубу и перетаскиваю на коляску, она совсем не тяжелая, поэтому получается сделать это быстро, тем более не в первый раз.
Повезло, что все обустроено в этой палате по высшему классу. Алису после аварии перевезли в платную клинику, самую лучшую в городе. Спасибо Минаеву, все же не остался равнодушным.
— Куда ты денешься, — фыркает она, имея в виду, что я буду с ней.
Не раз ей это повторяла и буду повторять, она единственный родной человек, я буду ее беречь и не важно, во что мне это выльется.
А за все нужно платить... Я знаю. Так сказал мне ОН...
— Где Артур? — вертит головой по сторонам, когда мы покидаем клинику, ища на парковке своего мужа.
Морщусь. Что же ей сказать... Вранья не люблю. Но я же знаю, что он не приедет, ему все равно на жену, даже если она попала в такую беду. Оплатил лечение и то хорошо, но чувств от него она не получит. Такой человек на них просто не способен, в этом я недавно хорошо убедилась.
— У него дела, прости, — говорю тихо, сжимая ручки коляски, машу рукой Виктору, что сразу же выходит из машины и идёт на помощь.
За этот месяц я почти привыкла, что этот молчаливый мужчина всегда рядом, везде отвозит, ждёт с занятий, по началу это доставляло небольшой дискомфорт, после привыкла. Правда от него все же стоило избавиться. Я не чувствую свободы, впрочем, все это потом, сейчас моя основная задача обеспечить сестре комфорт.
— Мой муж не захотел приехать? — жмёт по тормозам коляски, чтобы я остановилась, поворачивает голову и смотрит пронзительно. Ждёт ответа, но мне нечего сказать,
Отвожу взгляд, прикусываю щеку. Дрожу всем телом, хотя погода сегодня необычно радует, светит солнышко, мороза нет.
Вдыхаю полной грудью. Все же придётся солгать. Черт, как же так. Почему так сложно, язык словно онемел.
— Я не знаю, Алис, но я сообщала, что тебя выписали...
Сделала это буквально на днях, потому что Минаев не давал никаких указаний, а Лису уже надо было забирать, она хотела быть дома в привычной обстановке.
Я же пошла к нему в кабинет, и там меня ждал неожиданный сюрприз...
Глава 36
Постучалась в закрытую дверь и даже не подумала дождаться ответа, вошла еще не понимая, что совершила ошибку.
— Артур Леонидович, можно с вами... — резко осеклась, стоило мне увидеть неожиданную картину. Сердце зашлось с неимоверной скоростью.
Вот же черт...
— Ева-аа, — протянул как обычно он, подняв на меня застеленный ярой похотью взгляд.
— Простите, я зайду позже.
Выбежала как угорелая, а перед глазами так и стоял настойчивый образ того, как Минаев занимался сексом с Ирой, молодой, застенчивой помощницей по дому. А в ушах так и стояли стоны девушки.
Она лежала на огромном письменном столе с обнаженной грудью и широко раздвинутыми ногами, юбкой задранной кверху, а мужчина стоял спереди и сосредоточено вколачивался в женскую суть.
Блин, как это развидеть? Стереть из памяти.
Внутри отчего-то так сильно закололо, а дыхание сбилось от возмущения. Гадко от мысли, что он пользуется своим положением и пристает к домработницам. Вдруг он тоже ей угрожал, так же, как и мне, а теперь заставляет спать с собой.
Он мог, в этом сомнений нет.
Ужасный человек, ему нет оправданий. Алиса была права, говоря, что он тот ещё ходок. Но вот так... Честно, к такому была не готова.
Впервые видела такое своими глазами. Нет, конечно, бывало, я заходила на сайты с эротикой, но вот чтобы увидеть в живую.
Отчего-то увиденное мне не понравилось, краснеющее лицо девушки и животный оскал мужчины, когда мы встретились с ним взглядом. Меня пробрало в момент. Он даже не остановился, показалось даже, что начал таранить несчастную ещё быстрее.
Дёрнулась на месте, услышав громкий хлопок дверью, а после увидела, как из-за поворота выходит Минаев, застегивая ширинку. Такой нахальный, на первый взгляд кажется спокойным, особенно если не смотреть в его глаза. В них всегда горит пламя, и, если подойти ближе, то можно обжечься.
Хочется отвернуться, что я, собственно, и сделала, прикусила губы.
— Что ты хотела?
Когда он подошёл ближе, то в нос ударил необычный запах, очень странный.
Я не осмелилась поднять глаза, лишь отступила назад и уперлась спиной в стену. Уже и забыла, зачем к нему шла. В голове все перемешалось. Хотелось съязвить, сказать гадость, но я не такая, не хамло. Да и не в той ситуации сейчас.