Некромант
Шрифт:
И тут же без перехода — улыбнулась и похвасталась:
— А я платье новое купила! Не видели? Я его только что сняла!
— Честно скажу: когда ты снимаешь платье, я не могу смотреть ни на что больше, кроме как на тебя — улыбаюсь я — Ты прекрасна! Ты одна из самых красивых девушек, которых я видел в своей жизни!
— Красивее госпожи Фелны? — вдруг спросила Ана — И госпожи Хельги?
— Хмм… — задумался я, и после демонстративной паузы бодро подтвердил — Красивее! Конечно же, красивее!
Ну что я мог сказать девушке, которая голой лежит в моих объятьях? Я же ведь не идиот.
— Ждешь меня после занятий в этой комнате. Готовая к выходу — повторил я, и притянул девушку к себе. В этот раз она не сопротивлялась, наоборот — приникла всем телом и стала целовать — истово, будто болящий, припавший к истукану в надежде на то, что деревянный идол избавит его от болезни.
Ну что же…после того, как мы сходим в ее дом, буду думать, как пристроить девицу. И надо прекращать наши постельные игрища, не нужно, чтобы на нее пал хоть краешек тени. И вот что…надо будет восстановить ей девственность. Не было ничего! Чиста, как снег на горной вершине! И никаких тебе вытаявших летом альпинистов…
Ну а пока…иди ко мне, моя сладкая! Времени немного, но мы успеем. Эх, жаль прекращать с с тобой отношения! Эдак не выдержу, да и…запасной вариант использую. Два запасных варианта.
Глава 3
— Аннар…ну-ка, поговорим!
Я маню подавальщицу в сторонку, она кивает напарнице и вытирая руки полотенцем, подходит:
— Что случилось? — на крупном лице женщины написано недоумение, а я внимательно смотрю ей в глаза:
— Я сегодня собираюсь посетить…тетушку Аны. Ничего не хочешь мне сказать по этому поводу?
Смущается, потупила глаза:
— А разве Ана тебе ничего не говорила?
— А что она должна была сказать — мягко, но безжалостно продолжаю наседать я.
Вздыхает, разводит руками:
— Ну да…я не родная ей, и не тетушка. Когда Ана пришла сюда, была такая запуганная, такая…несчастная, ну я и стала о ней заботиться. Девчонки смеялись — ты ей как родная тетушка! С тех пор и пошло — тетушка, да племяшка. Мне показалось, что ты лучше поймешь, если я назову ее племяшкой. Да и вообще — уже привыкла. Она мне как родная. Кстати, она очень хорошо к тебе относится. Целыми днями только: господин Син то, господин Син се! Девчонки обзавидовались ей. Ну а чего — красивая, в услужении у красавца…ей любая позавидует!
Аннар подмигнула, и нарочито поджав губы, кивнула. Потом с откровенным уважением добавила:
— Видела у нее амулет от беременности…ты молодец. Другие мужчины и не задумались бы над тем, что делать девушке, когда она залетит. А ты вот — озаботился! И не беспокойся,
— Ей замуж надо — вздыхаю я — Скоро наши отношения прекратятся. Не хочу портить ей жизнь. Прокатится дурная слава о том, что она живет в содержании у своего нанимателя, и что будет?
— Да ладно! — Аннар весело машет рукой — Кому какое дело, что было раньше? С ее-то мордашкой, фигурой, ножками — и ей не выйти замуж? Даже не думай об этом. Развлекайтесь, пока молодые. Для здоровья полезно (подмигивает). И мужа порадует — ворки умелые любовники, ты ее как следует научи мужа любить! Хе хе… Чтобы потом не бегал на сторону. Понимаешь, Петр…жизнь скоротечна (вздыхает, вытирает глаз запястьем). Сегодня живем, а завтра — нет. Радуйтесь тому, что у вас есть, радуйтесь каждому дню! Послушай тетушку Аннар…не гони девчонку, люби ее со всей своей силой! А завтра…это будет завтра.
— Спасибо, тетушка…я подумаю над твоими словами! — улыбаюсь я, Аннар улыбается в ответ, но тут же хмурится, будто гаснет:
— Говоришь, к ее тетке собрался? Будь очень осторожен. Знаю их семейку. Говорят, что и дети-то не от покойного мужа. Тетка Аны известная оторва. Еще до замужества бегала по мужикам — набегалась, и окрутила мужичонку. Дети-то на него ни капли не похожи. Она и будучи замужем бегала к полюбовнику. Муж-то у нее был худенький, тщедушный, а эти три мордоворота — в кого пошли? Не буду утверждать наверняка, но…был у нее один. Стражником служит. Может и сейчас к нему бегает, ну а чего? Ей лет-то не так уж и много. Вот сыновья точно копия этого стражника — видела я его. Может потому ее мужик и стал пить — а кому понравится, когда жена при живом муже на сторону бегает? Переживал сильно. И еще…поговаривают, что умер он как-то странно. Язвами покрылся, и скончался всего за сутки. Хотели даже сжечь дом, а их прогнать, но передумали. Остальные ведь в семье не заразились.
— Кто хотел сжечь? — спросил я, слегка озадаченный вываленной на меня информацией.
— Соседи, кто же еще? — просто ответила Аннар — А кому нужно в соседях гнездо заразы? Они же по одной улице ходят, помои на нее плещут. И зачем им заразная семейка? Но передумали. Может потому, что сыновей боялись? Ох, и лютые эти парни! Силища немеряная! Потому и говорю — не ходил бы ты к ним. Ану я тут пристроила, у нее койка своя есть. Помыться, поесть, поспать — тоже есть где. А там глядишь, и жениха найдет. Попозже, когда нагуляется. Ей теперь за всю ее несчастную жизнь нагуляться надо.
— А надо? — усмехаюсь я.
— Надо, надо! — расплывается в улыбке Аннар — Иначе потом будет искать мужиков, чтобы попробовать! Надо чтобы как следует нагулялась, чтобы и не хотелось больше! Чтобы мысли были только о семье, о детях! Уж поверь, я знаю что говорю! И не смейся — я не всегда была такой…большой. Худенькая была, как тростиночка! Как Ана! Это сейчас я раздобрела. Ну и что? Мой мужик любит, когда любимой побольше. Говорит — есть за что обнять! А то все — кости о кости стучат, грохот как от ломовика!